Холодные медные слезы - Глен Кук

Краск в полном одиночестве нес вахту в заведении Морли. Судя по его виду, он сидел там давно. Он не производил впечатления довольного жизнью человека. Я заметил его, когда одолел уже половину пути к стойке. Отступать было поздно.

Краск жестом подозвал меня к себе. Я смирил свой норов и подсел к нему. Краем глаза я видел, как Слейд говорит что-то в переговорную трубу, связывающую бар с кабинетом Морли.

– Чего тебе?

– Чодо теряет терпение. Он не любит долго ждать результатов.

– Чего-то я недопонял. Результатов у него – хоть отбавляй. Крысолюди работают сверхурочно, подбирая трупы.

– Не умничай, Гаррет. Он тебе задолжал, но это не значит, что он позволит тебе водить себя за нос.

– Краск, с каждым твоим словом я все больше и больше теряю нить.

– Ты должен был поймать для него какую-то девку. Где она?

Я недоуменно посмотрел через плечо, потом – опять на Краска.

– Я?! Поймать кого-то для Чодо? Что-то не припомню. Я слышал предложение объединить силы и обменяться информацией. Я играю только на таких условиях.

– Чодо Контагью – не тот человек, которого стоит злить, Гаррет.

С этим я согласился:

– Ты прав. Не тот. Но он и не тот человек, у которого я готов быть на побегушках. Сделка, заключенная между нами, – всего лишь сделка. Не больше и не меньше. Понял?

Краск встал:

– Я ему передам. Не думаю, что он будет доволен.

– Мне плевать, будет он доволен или нет. Я соблюдаю условия соглашения так, как я их понимаю.

Краск бросил на меня злобный взгляд. Я знал, о чем он думает. Когда-нибудь он с удовольствием оттяпает мне пальцы, по одному за раз.

– И еще. Куда бы я ни сунулся, меня все потчуют этим дерьмом, будто я работаю на Чодо. Я не работаю на Чодо. Я работаю на Гаррета. Если кто-то распускает слух, что я на содержании у Большого Босса, пусть заткнется.

Краск фыркнул. По-моему, это самое сильное проявление эмоций, на которое он способен. Ни слова не говоря, он вышел.

Я направился к бару. У меня тряслись руки. Этот проклятый Краск вывел меня из себя. Он всегда обрушивается на голову, словно стихийное бедствие – воплощение угрозы и беспощадности.

– Морли зовет тебя наверх, – сказал Слейд.

Я поднялся по лестнице. Морли был не один, но и он, и его гостья были одеты. Женщину я уже видел. Вчерашняя брюнетка. Она установила рекорд: не припомню, чтобы я дважды застал Морли с одной и той же подружкой. Может быть, он остепенился?

– Поцапался с Краском?

– Вроде того. Чодо пытается завербовать меня. Краск раздражен, что я не поддаюсь вербовке.

– Я слыхал о какой-то заварухе у твоего дома прошлой ночью.

– Да так, ничего особенного. Покойник обо всем позаботился.

– Напомни мне, чтобы я не восстанавливал его против себя. Зачем пожаловал?

– Мне нужен помощник, который прикроет мне спину во время одной работенки. Проникновение со взломом. Объекты непростые. Эти люди не поймут, если поймают нас с поличным.

Морли нахмурился:

– Такие чувствительные?

– Как назревший чирей. Одно неверное слово в неверном месте – и куча народу может поплатиться жизнью.

– Ладно. Я знаю человека, который поможет тебе. Подожди внизу.

Отлично. До него дошло, что женщина не должна услышать больше, чем уже слышала.

Хотя я сам все это затеял, на душе у меня было неспокойно. Морли вызовется на дело лично. Когда он выяснит, что я задумал, то переполошится по-настоящему. Морли, откалывая такие опасные номера, впоследствии избавляется от своих напарников, чтобы никто никогда ничего не узнал. И хотя он пытается меня понять, в глубине души он все-таки не верит, что я втайне не придерживаюсь таких же взглядов. У нас могут возникнуть проблемы.

Морли спустился по лестнице, когда я как раз допивал бренди, который плеснул мне Слейд. Слейд – единственный из подчиненных Морли – не сторонник вегетарианской кухни. Поэтому он держит под рукой настоящую выпивку. Должным образом припрятанную, конечно. Морли притворился, что ничего не учуял.