Пропавший племянник - Майя Зинченко

Ну все. Пришло время прогуляться. Перемена обстановки должна пойти ему на пользу, решил Дарий.

Погода способствовала прогулкам. Небо было темно-синим, как бывает только в июле. Знакомые навстречу не попадались – и слава богам! Никто не мешал им своими проблемами. Неспешная прогулка по парку тихим летним днем – что может быть лучше? Крион глубоко дышал полной грудью: компенсировал недостаток свежего воздуха. Дарий купил себе вместо обеда пирожок с капустой и теперь сосредоточенно жевал.

– Спасибо, что взял меня с собой, – поблагодарил друга Крион.

– Да ладно.

Они присели на одну из многочисленных лавочек.

– Я уже сожалею, что ввязался в это состязание, – откровенно признался техномаг.

– Ты что? – Гном с удивлением посмотрел на него. – Откуда эти пессимистические настроения? Все идет нормально, и я не вижу повода для терзаний.

– Квинту и остальным нужна моя помощь. Я ведь как-никак профессионал в области магии и колдовства. Они там, в глухой провинции, отрезанные от цивилизованного мира, рискуют жизнью…

– Не преувеличивай. Тем более что ты обеспечил их всем необходимым. Даже инструкциями, как это необходимое использовать.

– Не знаю, не знаю. Все на свете предугадать невозможно.

Мимо них важно ступала группка монахов. Они с ужасом бросили взгляд на Криона Кайзера, торопливо перекрестились и, не останавливаясь, пошли дальше. Монахи наотрез отказывались официально принимать сам факт существования магии, а техномагов считали приспешниками дьявола. Хотя, если честно, это нисколько не мешало монастырям пользоваться их услугами. Чтобы ни у кого не возникало законных вопросов по этому поводу, некоторые из техномагов были спешно причислены к лику святых. Дарий проводил долгим взглядом обладателей коричневых ряс – он скептически относился к любой из известных ему религий.

На лавочку к ним подсела белокурая девочка лет пяти. Она без стеснения рассматривала Криона. Вероятно, ее привлекла серебряная полумаска.

– Дядя, а ты волшебник?

– Волшебник, – согласился с ней техномаг.

– Тогда покажи мне что-нибудь волшебное, – попросила девочка. И добавила: – Пожалуйста.

Дарий только диву давался, до чего бесхитростными иногда бывают дети. Крион покопался в карманах своего неизменного комбинезона и вытащил на свет божий маленькую деревянную палочку. Тихо прошептав над ней несколько слов, он дважды щелкнул по палочке пальцем. Палочка тотчас превратилась в ярко-синюю розу. Девочка во все глаза смотрела на цветок.

– Ух ты! – вырвалось у нее.

Крион был польщен, хотя не признался бы в этом даже под пытками.

– Эльке! Прекрати приставать к незнакомым людям. – Это была мама девочки.

– Мам! – крикнуло ее непоседливое чадо. – Он настоящий волшебник! Он превратил палочку в цветок! Правда, мам, я сама видела!

– Извините ее, – смущенно попросила мама Эльке, высокая светловолосая женщина средних лет. В ней неуловимо чувствовалось что-то норвежское. – Мы недавно переехали в столицу, и Эльке постоянно всему удивляется.

– Крион Кайзер, – представился техномаг и вручил ей цветок. – Надеюсь, вам здесь понравится.

– Спасибо. Меня зовут Одда Тронхейм.

Дарий напряг память: ему определенно была знакома эта фамилия. Как же, Тронхейм! Он вспомнил, в связи с чем он о ней слышал. Улл Тронхейм – заместитель начальника Береговой Охраны. Отважный человек невероятной физической силы. В прошлом году он и три члена его команды на обычном патрульном катере потопили два пиратских корабля, предварительно арестовав самих пиратов. Пираты решили похозяйничать в море в недозволенное время, осенью, и без лицензии, за что и были наказаны. Четверо против тридцати четырех – это героический поступок, как ни крути. Дело о пиратах получило широкую огласку, а Улл Тронхейм – заслуженную славу. Поговаривали, что его неминуемо ждет повышение.

– Простите мое любопытство, но это ваш муж работает в Береговой Охране?

– Работал. Улла перевели в Патруль Города. Сейчас он распоряжается их финансами. А вы его знаете?

– Не то чтобы лично, но я регулярно читаю газеты. – Вот и обещанное повышение, подумал гном.

– Мой папа очень важный человек, – встряла в разговор Эльке. – Но он не волшебник, – добавила она уныло.

– Вы и вправду техномаг? – заинтересовалась миссис Тронхейм.

– А кем я могу быть? Неужели я похож на кого-то еще? Да, я довольно известный техномаг – в узких кругах, конечно, – скромно уточнил Крион. – К тому же унаследовал свой дар, а не просто обучался. Хотя последним тоже приходилось заниматься.

– О! – многозначительно сказала Одда, хотя было заметно, что она слабо разбирается в таких тонкостях. – У нас на побережье совсем не было волшебников, или техномагов, как вы здесь себя называете. Никакого волшебства, только одна грубая физическая сила.

– Странно, а я всегда думал, что мы есть везде, – удивился Крион.

– Если у вас когда-нибудь что-нибудь потеряется, то мы будем рады вам помочь, – решил извлечь пользу из неожиданного знакомства Дарий. – Мы – сотрудники Агентства Поиска. В «Рупоре Фара» есть наша реклама. Вы, быть может, видели?

– Нет, еще не успела.

– Мы можем найти любую пропажу. – Из гнома получился бы хороший рекламный агент. – Человека, ручную крысу, медальон вашей прапрабабушки – не имеет значения.

– Вы, несомненно, занимаетесь полезным делом. Но, надеюсь, что мне не придется воспользоваться вашими услугами. Весьма рада знакомству, однако нам уже пора. Эльке, пойдем!

– Ну, мам! Живой волшебник…

– Не спорь. Ты еще не обедала.

– Слушайся маму. – Крион превратил камешек, лежащий на краю дорожки, в воздушный шарик зеленого цвета и отдал его девочке. Та запрыгала от восторга.

Тронхеймы ушли. Эльке обернулась и помахала Криону рукой.

– Ты покорил ее сердце, – заметил Дарий.

– Меня всегда любили дети.

– Жаль, что деньги защищены от магических подделок, – без всякого перехода сказал гном. Его глаза алчно сверкнули. – Как было бы хорошо, если бы ты превращал мусор или что-нибудь в этом роде в звонкие монеты.

– Такая мысль приходила в голову не только тебе, но ничем хорошим это не заканчивалось. Все фальшивомонетчики были обнаружены и наказаны,

– Неужели ты никогда не пробовал наколдовать деньги? Не верю.

– Пробовал, – Крион задумался, – в школе. Это – было, когда я еще занимался в младшем классе.

– Ага. Я так и знал. Ну и как?

– В школе все делали черт знает что. Сам понимаешь… Монеты получились настолько хорошие, что их засек только радар Настоятеля, и то со второй попытки. Три предыдущих они прошли без подозрений. И тогда у меня состоялся серьезный разговор с наставником. Он запретил мне даже думать в этом направлении и взял с меня клятву…