Я – Ректор! - Александр Олегович Курзанцев

Я поймал себя на остром желании чуда, которое бы раз, произошло, и эта ситуация рассосалась сама собой, исчезла, испарилась, снова сделав жизнь легче. А затем разозлился и на такие мысли и на себя самого.

— Тварь я дрожащая, или право имею? — вопросил сам себя, злым шёпотом.

А затем саданул по зеркалу кулаком, метя прямо в морду отражению. Заговорённое стекло не разбилось, пострадали лишь костяшки пальцев, не привыкшие к такому, но стало как-то легче. А ещё злость начала понемногу трансформироваться в убеждение, что так жить дальше нельзя. Нет, начинания, которые я потихоньку пытался воплощать в жизнь, не были чем-то плохим, наоборот, но теперь меня не устраивало то, почему я за них взялся. Спасая свою шкуру и только.

Не знаю почему, но мне вдруг стало за это неимоверно стыдно. Перед прадедами, что в Великую Отечественную жертвовали собой, о себе думая в последнюю очередь, перед дедами, что в то же войну ещё детьми взвалили на свои детские плечи непомерный груз взрослой работы. И тут я, во главу угла поставивший лишь собственное выживание. Боюсь, увидев меня таким, они бы не высказали ничего кроме презрения.

С трудом проглотив возникший в горле ком, я мотнул головой, а затем решительно принялся одеваться. Накинув белую мантию, прошел в кабинет, сел за стол и решительно стукнул в стену приёмной.

— Ираида!

— Да, ваше магичество? — донёсся оттуда бодрый голос секретарши, на которую разбитая нежданным призывам ночь никак не повлияла.

— Веди сюда задержанных.

— Слушаюсь — немедленно отозвалась та и, вскоре, все пять старшекурсниц стояли у стены слева от двери.

Вид у них был слегка бледноватый, они щурились от проникавшего сквозь окно за моей спиной света, со скрипом пытаясь сообразить, что произошло. Похоже райденка действительно продержала их всё это время в состоянии беспамятства.

— Так, — посмотрел я на выстроившую их секретаршу, — кто тут у нас? Хотя нет, мне не интересны их имена.

— Мессир ректор⁈ — пробормотала одна из них, узрев меня за столом, — а что, а где, а как мы?..

— Вы спрашиваете, как вы оказались в моём кабинете?

— Да, — словно болванчики дружно закивали головами все пятеро.

— А вот я хочу спросить вас о другом, — поджав губы, сурово произнёс я, — что вы впятером, делали ночью у озера?

— Мы? — растерянно оглянулась на подруг девушка.

— Да, вы.

Было видно, что такая постановка вопроса её несколько выбила из колеи. Ожидала она, похоже, другого. Но я целенаправленно не упоминал райдена и их последующее задержание.

— Мы просто хотели проучить первогодку, — ответила за неё другая, выбрав честность попыткам утаить правду.

Что ж, толика уважения к ним у меня появилась.

— Ночью, у озера? — бровь моя скептически поднялась, — проучить или убить? А затем концы в воду?

— Нет, мессир ректор, — разом сбледнула первая, — просто проучить, слабосилка слишком много о себе возомнила, её надо было поставить на место.

— Но она сама вызвала райдена, и чуть нас не убила, — тут же добавила вторая, — это она виновата.

— Да, она! — дружно заголосили остальные, — она хотела нас убить.

— То есть, того здоровенного райдена, которого я изгнал обратно, призвала слабосилка? — изгиб брови стал сильнее.

Вот тут я их поймал. Третий курс, как-никак, должны понимать, что подобного монстра призвать нужна ступень пятая, не меньше. Ираида меня на этот счёт успела просветить.

Студентка замешкалась, затем закусив губу, воскликнула:

— Мессир ректор, я не вру, это точно она — Эмни Райган.

— То есть, вы там стояли и смотрели как она вычерчивает пентаграмму призыва, читает заклинание, и всё это время даже не пробовали ей помешать?

— Она не чертила, — снова ответила вторая, — пентаграмма возникла мгновенно и активировался призыв. Мы просто ничего не успели.

— И вы снова утверждаете, что шли ставить на место слабосилку. Так, — вздохнул я.

— Но у неё потенциал единицы по всем трём направлениям! — снова воскликнула студентка.

— Откуда вам это известно? — вперил я в неё острый взгляд.

И правда, откуда? Подобная информация имеется у деканов и в личных делах студентов, но врядли они ходят и всем рассказывают, не те люди. Да и сама Эмни, очень сомневаюсь, что озвучивала подобный факт.

Глазки девушки немедленно забегали, выдавая с головой, что эта информация получена явно незаконно.

— С этим я ещё разберусь, до вашего декана это будет в обязательном порядке доведено. А по поводу призыва, вам не приходило в голову, что это мог быть артефакт?

— Она безродная простолюдинка, — уже не так категорично, с толикой неуверенности произнесла девушка, — а артефакты такой силы очень дороги.

— Безродная простолюдинка в Версильской академии магии? — моя улыбка стала напоминать оскал, — не заставляйте меня сомневаться в ваших умственных способностях.

— Но она сама так сказала! — не выдержав, выкрикнула ещё одна студентка.

— А ну тихо! — рявкнул я, — здесь позволено повышать голос только мне. А теперь включите мозг и подумайте, как безродная слабосилка-простолюдинка могла обладать артефактом вызвавшим райдена такой мощи?

Те задумались, опустив взгляд в пол. А затем одна вскинулась озарённая какой-то идеей и расширенными глазами уставилась на меня.

— Неужели…

Но я только приложил палец к губам, показывая, чтобы та замолчала. Затем коротко кивнул.

Студентка сглотнула, очень выразительно посмотрела на подруг и те тоже, разом притихнув, стали бросать на меня слегка испуганные взгляды.

Мне и самому было интересно, что они такое об Эмни подумали, но виду я не подал. Самый беспроигрышный вариант, дай человеку додумать самостоятельно и тот обязательно придумает самое удобное для себя объяснение.

— О происшедшем никому не слова, — добавил я, — иначе представляете, что будет.

И словно невзначай, на секунду поднял глаза к потолку.

Этого хватило. Я понял что девушек окончательно проняло, поэтому сделал знак Ираиде, чтобы выводила их обратно. А затем, хмуро цикнув, приказал:

— А теперь обоих деканов ко мне, Фаргиса с Баляйн.

— Может позавтракать сначала? — предложила та, но я лишь отрицательно качнул головой:

— Нет, давай их сюда пока я голодный и злой. Сейчас я им всё выскажу.

Где-то глубоко в груди я чувствовал клубящийся гнев, словно стоя перед зеркалом, внутри меня что-то сломало, страх отбросило оставив лишь стойкое желание воздать всем по заслугам.

— Явились, — с лёгким раздражением в голосе произнёс я, стоило парочке из мастера-чародея и целительницы шестого ранга появиться на пороге кабинета, — ну проходите, садитесь.

— Абдиль, — Синесса уперла руки в бока, — если тебе нечем с утра заняться, имей совесть не отвлекать остальных, у нас,