Полдень сегодняшней ночи - Дмитрий Володихин

– Что это ты делаешь, Машенька?

– Я? Собственно, ничего.

«Слава тебе, Господи. Одевается наша дева Орлеанская. Уже, поди, портки натянула…» – и Бойков по новой примерился к дверной ручке. Не тут-то было.

– …А вот и неправда. Со мной определенно кто-то что-то делает. И очень сноровисто.

«На новую пошли. Форсаж, конечно, Машка включает. Тоже, Марья-искусница, коляска самобеглая!»

– Не знаю, не знаю. Кто бы это мог быть?

– А-ах! Ты-ы…

– Ну уж нет. Я такой ерундой не занимаюсь. Разве что, мои пальцы…

«Отрубить бы тебе все двадцать!»

– А теперь – кто? Ктоу-у?

– Не знау-у… Разве что, мои пальцы на ноге…

«Еще рога бы тебе. И рогами умудрялась бы…»

– О! Какие милые пальчики на ноге. Рад, что ты нас познакомила…

Бойков не уходил только по одной причине. Надеялся, что сейчас мерзавцы все-таки окончат свои игры, что это у них уже стадия успокоительного ласкания. А потом – все. Замрет лихо. У Машки закрытый перелом, порвана мышца, да и гипса на плече – не один килограмм. Вряд ли у нее хватит сил на второй… цикл.

– А так? Так нравится тебе?

– Да-а… Откуда ты такая взялась, Марья-искусница…

Воевода вздрогнул.

– Из Тридевятого царства. Я лягу на бок, а ты целуй мне шею сзади… Нет, так мне и вправду больно… А так я не дотянусь до тебя ступней… Да, так!

«Что у них за поза такая? – оторопел Бойков, – Вот что означает словосочетание "наукоемкие технологии"… да-с».

– И-и… погладь мне пожалуйста…

Длинный сладостный вздох. Нега.

«Видно, не будет лиху угомона. Женщины! Правильно их в алтарь не пускают…»

…Целая симфония разнообразных звуков и умолчаний. Или, вернее, увертюра. Прелюдия. Неудержимо переходящая в аллегро. Авангард, так сказать, сменяется кордебалетом. В смысле, кордебаталией. Иными словами, самым что ни на есть пеклом.

И воевода плюнул на искания молодых. Решил без них проводить штабное совещание. Потому что хоть бы и оторвал он цвет северной московской дружины от… дружеских рукопожатий, да все равно б эти руки… крюки… искали бы нелегальные пути к воссоединению под столом с картой. А эти так называемые мозги пребывали бы в афродических эмпиреях вместо изучения боевой обстановки. Так что Господь с ними.

Бойков плюнул и ушел к Петровичу.

– О-м-м-м-м-м-м-м-м… – нагнало его двухголосие. Ни один, ни другая не стали воспроизводить эту коротенькую мантрочку в здравом уме и твердой памяти. Но любовная напасть творит с людьми еще и не такие резвости.

* * *

– Даже и не думай подбирать слова: как мне сказать, да как объяснить. Не стоит.

Бойков глянул на него, как на сумасшедшего. И, отчасти, как голодная, злая и очень большая собака на кусок мяса. На какой-нибудь ходячий кусок мяса. Еще с этим влюбленным юношей антимонии разводить…

– К делу, Петрович.

Старый боевой конь, известное дело, борозды не испортит. Петрович живо оставил за кормой всяческие страдания и принялся докладывать обстановку.

– У меня есть кое-что по поводу цели всей их дрянной экспедиции.

– Что у тебя есть?

– Не слишком хорошие новости. Февда будет рваться через нас до последнего солдата. Пока может, пока всех не израсходует, и себя в том числе.

– Себя? Ты преувеличиваешь. У них там смена тела – очень рискованная вещь. Умер генералом, ожил бабуином… Они так не любят.

– Скажем так. Возможно, Февда телом не рискнет. Но я допускаю и обратное. Ставка соответствует риску, поэтому не исключаю самых экстравагантных действий с его стороны. Взгляни на карту. Он неуклонно идет в одном направлении. Мы сдали ему Вепревский мост. Куда он после этого пошел? Вот сюда. Я полагаю, ты связался с соседями?

– С запада нас прикрывает водная команда звенигородской и верейской дружин, с юго-востока – ребята из Бронниц.

– Февда не знает, сильнее они нас или слабее. Он будет исходить из нашей обычной тактики: прикрывать опасные направления равными силами… Он ведь нас, как ты понимаешь, знает, как облупленных.

– А у моста попался…

– И мы по-своему попались.

– Петрович, хорошо, почти как облупленных. Я знаю, что ты знаешь, что я знаю. Двигаемся дальше.

– Так вот, ему все равно через кого прорывать заслон. Его интересует не кто, а где. Он не остановился ни под Москвой, ни в самой Москве. Значит, дело не в восстановлении сети. Во всяком случае, не только в этом. Он желает пройти Москву насквозь. Что его может интересовать севернее Москвы, но не очень далеко – иначе десантировал бы в другом месте?

– По большому счету, все что угодно. Лавра, например.

– Почти. Его интересует Александров. Я уверен в этом. Если бы это был обычный армейский офицер, я бы тоже так рассуждал: все что угодно, любой объект, любая зона. Но Февда – Пятидесятый. И его могло выманить в Срединный мир только нечто чрезвычайно крупное. Остальное он получил бы чужими руками.

– И все-таки, Петрович, я продолжая не понимать.

– Потерпи. Видишь ли, Кирилл, у всех шестисот шестидесяти шести номерных есть свои собственные интересы, помимо службы их владыке. И каждый, поверь мне, каждый помнит о главном приватном интересе.

– 44-я статья Конкордата?

– Совершенно верно. Главный Оппонент в любой миг может быть смещен и заменен любым из номерной иерархии… если, конечно, там найдется существо более сильное или более хитрое.

– На моей памяти попыток переворота не было. Или у меня просто нет сведений от этом.

– Я знаю о восьми. Замшелый возраст, милостивый государь, иногда оказывается большим преимуществом. И, знаешь ли, я не раз говорил…

– Пассаж о юности, опыте и их взаимном дополнении, пожалуйста, пропусти. Кажется, я помню его наизусть.

Симонов вздохнул глубоко и печально, как рыба на берегу в последней раз перед смертью.

– Хорошо. Так вот, до сих пор Главный оппонент – все та же персона, что и с самого первого часа падения. Никто пересилить его не сумел. Но теоретически… Существует несколько методов добиться первенства в Воздушном королевстве и свергнуть его законного основателя. Один из них – провести умопомрачительно сложный магический обряд. Сложность состоит в том, что порядок действий разбросан по множеству источников и к тому же каждый маленький отрывочек информации зашифрован своим особым шифром. Мало того, волонтеру потребуется 666 артефактов, эликсиров и текстов. Если требуемое имеется в наличии все пройдет как по маслу. Ритуал сможет провести даже простой человек, никогда прежде не знавший магии. Зато если чего-нибудь не хватит, потребуется колоссальная магическая сила – залатать «брешь».