Мятежное сердце - Мойра Янг

Я встаю. Нерон задремал у меня на руках.

— Мне пора, — говорю я. Меня бьет дрожь. Мокрая одежда липнет к телу. Ноги онемели от холода. А Демало зажигает второй фонарь. Говорит, не глядя на меня:

— Тебя кто-нибудь ждет?

Эмми. Лу и Мейв. Томмо и Слим. Эш, и Крид, и все остальные.

— Нет, — говорю я.

— Сейчас ночь. И дождь идет, — говорит Демало. — Нерон ранен, ты чуть не утонула, еще не пришла в себя. Я ничего не забыл?

Да. Еще Джек меня предал. Обманул.

— Нет, — говорю я.

— Ну вот видишь, — произносит Демало. Забирает у меня Нерона. Устраивает его в коробке возле печки. Я кутаюсь в одеяло, зубы выбивают дробь. Демало достает из сундука стопку одежды. Кладет на кровать. — Переоденься в сухое, — говорит он и поворачивается ко мне спиной. Я стаскиваю мокрые насквозь тряпки. Вытираюсь одеялом. Я промерзла до костей. Никогда еще мне не было так холодно. Натягиваю мягкую рубаху, она мне до колен. Толстые носки. Чистые. Чуть-чуть пахнут им. Наконец я поняла, что это за запах. Можжевельник.

— Садись у огня, погрейся, — говорит Демало.

Я сажусь на стул у печки. Подтягиваю колени к груди, одергиваю рубаху. Обхватываю себя руками и продолжаю трястись. Слышу, как раздевается Демало. Снимает с себя мокрую одежду. Если поверну голову, то и увижу. Как странно. В жизни бы не могла такого вообразить.

Я не убежала, не бросилась в драку, не пробовала его убить. Казалось бы, как увидела, кто меня вытащил из воды, должна была вспыхнуть красная ярость. Нет. Ничего похожего.

Словно я не я. Но я и впрямь не в себе. Словно с цепи сорвалась. Чувствую себя свободной, как никогда в жизни. Свободной от Лу, от Джека, от всех, кто чего-то ждет от меня. Кто хочет меня переделать на свой вкус. Я ничего им не должна. Сейчас во всем мире ничего нет, кроме этой палатки. Словно все исчезло. Остались только я и Демало. Вдруг я понимаю, что мне было предначертано оказаться именно здесь. Именно сейчас.

Все дороги ведут в одну сторону.

— Ох, другое дело! — вздыхает Демало. Я оглядываюсь. Он натягивает сухую рубаху через голову. Я замечаю на его гладкой груди татуировку. Красное восходящее солнце, прямо против сердца. У меня самой сердце колотится, когда смотрю на его тело.

Он подбирает с пола мою мокрую одежду. Развешивает вместе со своей у печки. В углу палатки капает. Он подставляет жестяное ведро. Откупоривает бутылку зеленого стекла и наливает в две стеклянные банки темно-красную жидкость. Придвигает поближе табурет, садится и протягивает мне банку.

— За случайные встречи, — говорит Демало.

— За случайности, — отзываюсь я.

Жидкость ласкает мне язык. Душистая, обжигающая, проникновенная. Словно печальная песня.

— Никогда такого не пробовала, — говорю я. — Что это?

— Вино, — отвечает он. Смотрит бутылку на свет. — Очень старое. Очень редкое. Шепот утраченного мира.

Дождь льет. В воздухе пахнет грозой.

Мы пьем еще. Дивный напиток. Я понемногу согреваюсь. Понемногу смелею.

— А у тебя имя есть? — спрашиваю. — В смысле, кроме Демало.

— Сет, — отвечает он. — Хотя меня очень давно никто так не зовет.

— Сет. — Пробую имя на звук. Салютую банкой. — Спасибо за Нерона.

— А за себя не благодаришь?

Я молчу. Пью вино.

— Три, — произносит он.

Поднимаю глаза.

— Три раза я спас тебе жизнь. Первый раз — на Полях Свободы, второй — от Викария Пинча и вот сегодня.

Правило трех. Если три раза кого спасешь от смерти, то его жизнь принадлежит тебе. Нет. Эту ерунду Джек выдумал. Не произносить это имя, даже в мыслях! Он предал. Обманул. Ненавижу.

Дождь грохочет по палатке. Кап, кап, капает вода в ведро. Трещат дрова в железной печке. Я рассматриваю вино в банке.

— Зачем ты меня столько раз спасал? — спрашиваю я. — Мы по разные стороны. И тогда были, и сейчас.

— А на чьей ты стороне сейчас? — спрашивает он.

— Ни на чьей.

— Кажется, даже не на своей, — замечает он.

— Не понимаю смысла, — говорю я. — Ты меня вытащил. Вылечил Нерона. Почему не бросил меня тонуть? Сам же обещал награду за мою голову?

— Да, — подтверждает он.

— Тогда почему? И что дальше? Что ты от меня хочешь?

Мы смотрим друг на друга. Я чувствую его тепло. Запах его тела, его волос. Что-то древнее пробуждается и бьется у меня в крови.

Дождь капает все реже и совсем прекращается. Демало встает, откидывает клапан.

— Скоро рассвет, — говорит он. — Я хочу тебе кое-что показать. Пойдешь со мной?

— А что там? — спрашиваю я.

Он берет зажженный фонарь.

— Нечто удивительное, — говорит Демало. Видит, что я колеблюсь. — Тебе нужно куда-то ехать?

Наверняка наши меня ждут. Злятся из-за Джека, винят меня, что он забрал Эмми, хотят, чтобы я все исправила. Не могу сейчас встретиться с ними. Я просто не вынесу новых напоминаний о том, как я неправа. Я всегда и во всем неправа. Ненависть к Джеку выжигает мне внутренности.

— Саба, — окликает Демало. — Тебя где-то ждут?

— Нет, — отвечаю я. В один глоток допиваю вино, со стуком ставлю банку на стол и встаю. — Давай посмотрим это твое удивительное нечто. Ох! — Дергаю подол рубахи. — Наверное, надо переодеться.

— Твоя одежда мокрая, — говорит Демало. — Посмотри в сундуке. Я подожду снаружи.

В сундуке всего три вещи. Зеленое платье, нижние штанишки и пара крепких башмаков из свиной кожи. Костюм скорее для Молли, а не для меня. Я платья в жизни не носила. Зачем это у Демало? Проверяю свою одежду. Точно, все еще сырое. Нерон сладко спит в коробке у печки. Ругаясь себе под нос, влезаю в платье. Кое-как застегиваю пуговицы спереди. Натягиваю ботинки. Отгоняю мысли об Эмми. Выхожу в ночную прохладу.

Мир вокруг бледно-розоватый. Рассвет уже близко. Демало ждет меня. На дереве рядом с палаткой сидит ястреб Кулан. Рассматривает меня свирепыми желтыми глазами и топорщит перья. Демало смотрит на меня в платье.

— Тебе как раз, — говорит он.

Как будто заранее знал, что так будет.

— Нерону нужно спать, — говорю я.

— Мы ненадолго, — успокаивает Демало. — С ним все будет хорошо. Пойдем, надо торопиться.

* * *

Мы выходим из леса, перебираемся через прозрачный ручеек и дальше топаем по мокрому после дождя зеленому лугу. Демало торопит меня и поглядывает на небо.

— Хорошая земля здесь, — говорю я. — Не видала еще такой.

— Это Новый Эдем, — отвечает Демало.