Странный приятель. Таинственный Амулет - Егор Чекрыгин

Еще не поняв, что именно приказал ей Готор, Одивия направила пистолет на забившегося куда-то под банку лодочника и только потом догадалась взвести курок. Сидеть пришлось спиной к берегу, не спуская глаз с противника, и потому о происходящих там событиях Одивия могла лишь догадываться по доносящимся звукам. Раздавшиеся из сарайчика истошные вопли и стоны свидетельствовали о том, что мирной беседой там и не пахло.

Ренки свирепствовал! «Причаливание» не туда мгновенно обострило все чувства, а ухо бывалого вояки уловило скрип взводимых курков и заставило тело реагировать. Это он прикрыл Одивию собой, краем глаза заметив, что Готор оказывает такую же «услугу» почтеннейшему Йооргу. Десяток бешеных скачков по мостику — и вот, ворвавшись в полутемное помещение, Ренки бьет эфесом своей шпаги стоявшего слишком близко к двери человека, потом прыжком перелетает куда-то далеко вперед, стремительно втыкает оружие в грудь стрелку, суматошно перезаряжающему мушкет, и рубит по лицу второго стрелка, пытавшегося дрожащими руками примкнуть штык к стволу своего мушкета. Еще один противник попробовал было использовать приклад своего оружия в качестве дубины. Но бравого тооредаанского героя уже не было на прежнем месте. Он опять, неуловимо для глаз противника, ушел в сторону, успев чиркнуть своего врага поперек живота.

Последний противник при виде столь быстрой и жестокой расправы бросился было бежать к дальнему концу сарая, где виднелась еще одна дверь, но Ренки догнал его в несколько прыжков, толчком поменял направление движения и размазал о стену с такой силой, что с крыши посыпалась солома. Быстро развернулся на шум. Это Готор успокоил первого, успевшего подняться на ноги, наемного убийцу, свалив его на землю и выкрутив руку.

— Этого тоже свяжи, — показал Готор на стекающего по стене разбойника. — А я погляжу на того, что визжит как резаная свинья. Эк ты его располосовал! Твоя шпага даже кости режет?

— Не знаю, — ответил Ренки, закончив «пеленать» свою добычу и подходя поближе, чтобы тщательнее изучить работу своего любимого клинка. — Думаешь, я ему и череп прорубил? Вроде только вскользь…

— Не знаю, — задумчиво ответил Готор и добавил почти шепотом: — Возможно, наш славный полковой лекарь оу Мавиинг и смог бы залечить эту рану, но по мне — он уже не жилец, хотя на всякий случай пока лучше не говори об этом. Тащи своего к двери, там света больше.

— Ну-с, граждане негодяи и разбойники, — грозно вопросил Готор, посадив оставшихся в живых противников в ряд вдоль стенки. — Кто желает первым сообщить мне имя человека, вас пославшего?

— Это не в традициях нашего общества, — ответил первый из противников, кажется уже успевший немного прийти в себя. — Но, если ты хочешь, наши братья могут заплатить тебе выкуп за наши жизни…

— Раз, два, три, четыре, пять, вышел зайчик убивать, — посчитал Готор, попеременно указывая пальцем на сидящих перед ним разбойников и остановившись на том, у которого было перерублено лицо. После чего ударил раненого кинжалом прямо в сердце. — Повторяю вопрос: кто первым желает сдать нам имена заказчиков? Раз, два, три, четыре, пять, он нашел в лесу косу, хочет замочить лису. Вот такой смешной конец — крадется за лисой песец. Но от косы немного толка, если встретишь в лесу волка.

— Сударь, ваша милость! — заорал тот, на ком на этот раз остановился палец Готора. — Клянусь вам, мы этого все равно не знаем. Главным был у нас Живорез, вон он лежит мертвый. А наше дело было — только пальнуть, в кого он скажет, да денежки получить.

— Два, четыре, восемь, десять, может, лучше вас повесить? Если ты ничего не знаешь, то какой мне толк оставлять тебя в живых?

— Но… Лодочник! Ваша милость, лодочник, что вас привез. Он тоже с нами, Живорез говорил, что это его знакомец. И что он не так прост, как кажется… Спросите у него!

— Непростой, говоришь… Ренки, тащи его сюда, а то не уверен, что наша Одивия справится. И припугни его по дороге хорошенько.

Последние слова он договаривал в распахнутую настежь дверь, когда оу Дарээка уже несся огромными прыжками обратно по мостику. Ренки подлетел к лодке, схватил ее «капитана» за грудки и прошипел прямо в лицо, злобно скрежеща зубами:

— Я убью тебя, лодочник!

— Однако, судари, — слегка дрожащим голосом спросил почтеннейший Йоорг, несколько расстроенный всеми этими происшествиями. — Может, уместнее будет обратиться к здешним властям? А то мне кажется, что мы несколько…

Они как раз успели подняться на палубу «Счастливого» и теперь наблюдали, как матросы втаскивают на корабль пленных.

— В свое время мы к ним обязательно обратимся, — подпустив побольше успокаивающих интонаций в голос, ответил ему Готор. — Просто сейчас это время еще не настало.

— Тогда как вы собираетесь действовать? — спросила Одивия, выразительно посмотрев на дверь баковой надстройки, за которой скрылся оу Дарээка. Она пыталась казаться спокойной, но, судя по тому, что так и не выпустила пистолета из рук, также была сильно потрясена.

— Думаю, здесь, в трюме «Счастливого» для этих ребят найдется уютный уголок, — пояснил Готор профессору, кивая на пленников. — Посидят там, пока мы навестим уважаемого купца Риигда, что оказал нам такие знаки внимания и нанял этих мерзавцев. Полагаю, одного капральства Йоовика будет вполне достаточно, чтобы убедить его поговорить с нами.

— Но, сударь! — не выдержав, почти взвизгнул почтеннейший Йоорг. — Месть, конечно, дело благородное. Однако вспомните, что об этом говорилось в законах Старой Империи: «Еще более благородно доверить ее суду». Нам надо…

— Не беспокойтесь, почтеннейший Йоорг, — усмехнувшись, прервал его Готор. — Наш поступок будет еще более благороден. Фактически мы сейчас спасем жизнь тому, кто подослал к нам убийц, потому как что-то мне подсказывает, что за всем этим едва ли может стоять владелец скобяной лавки. Он лишь посредник, а в таких делах от посредников принято избавляться. А это значит, что нам надо поторопиться.

— Но все же, — достаточно властно остановила его Одивия, — в чем ваша цель? Узнать имя настоящего заказчика? Ну мы и так примерно догадываемся, кто это может быть.

— Если мы не распутаем эту цепочку сразу и своими силами, — понятливо кивнув, пояснил ей Готор, — местные, скорее всего, объявят это обычным разбойным нападением. А если у нас в руках будут и исполнители, и посредник, и заказчик… В таком случае падишаху и его прихвостням не удастся просто закрыть глаза на это происшествие. Покушение на послов иностранной державы — дело весьма серьезное. А значит, Суувасиаку придется прижать своих кредонских дружков. Я до сих пор так и не понял, насколько искренне он их поддерживает. Но, если они ему враги, это хороший повод нанести им удар. А если друзья, то придется друзьями пожертвовать. Потому как Кредон далеко, а наши пушки заглядывают в окна его спальни.

— Это разумно, — довольно кивнула Одивия. — Тогда, возможно, мне стоит известить о происшествии уважаемого Зоткааса?

— А чем нам может помочь этот купец? — удивился Ренки, выходя на палубу в сопровождении пары дюжин вооруженных до зубов фааркоонских егерей.