Рыцарь ночи - Ярослава Лазарева

Любовь как жажда. Нет ее смертельней!

Ведь никогда насытиться не можешь!

Припасть к тебе и пить до одуренья,

И целовать, скользя по нежной коже Раскрытым ртом…

Рубиан Гарц

Дома я вздохнула с облегчением, увидев, что матери нет. Она сегодня заступила в ночную смену. Не раздеваясь, первым делом я сгребла в охапку по-прежнему свежие белые лилии, тюльпаны и орхидеи и вынесла их на улицу. Я остановилась в раздумье, так как на помойку их выкидывать не хотелось. Тогда я просто положила их неподалеку от дома прямо в снег. Падающие снежинки укрывали цветы белым рваным саваном, и мне стало невыносимо тоскливо от этого печального зрелища. Я вытерла слезы, смешавшиеся с каплями от растаявшего на щеках снега, и отправилась домой. Но когда я разделась и вошла в ванную, выдержка оставила меня. Я без сил опустилась прямо на пол и бурно разрыдалась. Меня так трясло, что стучали зубы. В какой-то миг мелькнула мысль о самоубийстве, чего ни разу за всю мою жизнь не было. И это немного отрезвило меня. Я села и уткнула лицо в колени, тихо всхлипывая. Будущее виделось мне исключительно в мрачных красках. Я мало что знала о вампирах, так как никогда особо не интересовалась этим жанром литературы. Но какое-то представление, конечно, имела. И, прежде всего, была уверена, что это мертвецы. Именно это и пугало до безумия. Я вспоминала милое лицо Грега, его глаза, глядящие на меня с живым интересом, его нежные слова, заботу обо мне и не могла поверить, что он, по существу, труп. И в то же время я смутно помнила, что Грег в разговоре с Ренатой говорил что-то об иной форме жизни, которую она когда-то приобрела. Эти вопросы мучили меня, я жалела, что не поехала с Грегом и не выяснила все до конца. Но при одной мысли, что я общаюсь с вампирами, меня начинало трясти от ужаса. Стал понятен повышенный интерес Дино ко мне. И я сама себе сейчас казалась жалкой из-за необоснованной уверенности, что нравлюсь ему как девушка. Ведь на самом деле я была для него всего лишь приманкой. Я вспомнила, с каким выражением Дино говорил нам с отцом о кладбище вампиров, когда мы проезжали Челяковицы, и о том ужасе, который тогда охватил меня. Затем вспомнила, с каким интересом Грег изучал книгу «Дампир. Предатель крови», а потом рассказывал мне о том, что почти все дампиры рождаются альбиносами и именно из них получаются самые лучшие охотники на вампиров. В моей голове постепенно наступила ясность, и все разрозненные фрагменты прошлых событий сейчас складывались в понятную картину. И вдруг на ум пришли странные случаи в деревне, смерть животных, убийство Миши.

— Боже мой! — в ужасе пробормотала я и подняла голову.

И вскрикнула.

Возле двери стоял Грег. Увидев, что я смотрю на него, он сразу поднял руку и быстро заговорил:

— Только не пугайся! Я, конечно, явился незвано, прости меня за это! Но я не мог оставить тебя одну в такой момент, хоть ты и просила.

Я смотрела пристально, потом тихо спросила:

— Ты фантом? Ты просто в моем сознании? Это галлюцинация?

Я плотно закрыла глаза. Когда открыла их, Грег по-прежнему стоял возле двери. Его лицо было грустным.

— Как ты тут оказался?! — громко и нервно воскликнула я и встала. — Ты можешь мне объяснить? Или я просто забыла закрыть входную дверь и ты вошел, как обычный человек?

Я приблизилась к нему, потрогала рукав его пальто. Он был влажный, видимо, от растаявшего снега. И это меня отчего-то мгновенно успокоило. Я уткнулась в его плечо, вдыхая запах влажной ткани, и расплакалась. Грег стал гладить меня по волосам так нежно, словно я была ребенком. Когда я начала успокаиваться, он открыл холодную воду и подождал, пока я умоюсь.

— Вампиры входят беспрепятственно лишь в те дома, куда их хотя бы раз пригласили хозяева, — объяснил он. — А я удостоился двойного приглашения, вначале от твоей мамы, затем от тебя.

— Значит, я сейчас не в трансе, а в реальности, — пробормотала я. — Тогда пошли в комнату. Чего мы тут стоим? И разденься!

В гостиной мы уселись на диван, но я старалась держаться от него подальше. Смесь самых противоречивых чувств не давала мне окончательно успокоиться и прийти в себя.

— На самом деле реальностей много, — сказал Грег. — Тебе покажется это утверждение спорным, но поверь мне на слово.

— Гипнотический транс, в который я впадала уже не один раз с твоей помощью, — после паузы задумчиво проговорила я. — Не могу сказать, что он был нереален. Мне казалось, что я нахожусь именно там, куда ты меня вводил. И там все было по-настоящему.