Богиня любви - Филис Кристина Каст

Сестры Гриффина оказались очаровательным женским ураганом. Они напомнили Венере лесных нимф. И еще они напомнили ей о том, почему она не слишком много времени проводила в обществе этих самых лесных нимф. Милые маленькие существа были слишком утомительны.

— Эй! Мы уже сто лет твердили Гриффину, что он просто обязан что-то сделать со своими штучками! Ведь круто, правда? Но он от этого не перестает быть настоящим мачо. Он ведь не какой-нибудь там дизайнер по интерьерам или что-то в этом роде. Он настоящий пожарный! И большего мачо просто не найти! — заявила Алисия, глядя вслед брату, которого увел куда-то владелец галереи.

Алисия была младшей из сестер, и Венера подумала, что эта девушка чем-то напоминает спаниеля — она была самой легкомысленной из всей компании.

— Ты просто не поверишь, как нам трудно было организовать эту выставку! — сказала Шерри, самая старшая и самая хорошенькая сестра.

Она была очень похожа на брата — с темными густыми волосами и изумительными голубыми глазами.

— Да, Шерри тайком сделала слайды работ Гриффина, а потом явилась с ними к владельцу вот этой галереи, сделав вид, что она представляет интересы скульптора, — сообщила Кэти.

Венере очень понравилась ее короткая стрижка, благодаря которой шея девушки выглядела воистину лебединой. И еще богине любви понравились искры в голубых глазах Кэти, потому что они тоже напоминали ей Гриффина. А еще Венеру заинтересовала работа девушки. Кэти была комментатором на «радиостанции мягкого рока». Венере очень хотелось бы расспросить Кэти, что это означает, в особенности потому, что это дало бы возможность послушать ее голос, такой женственный, что слышать его уже было истинно сексуальным переживанием.

— Я не делала вида, — возразила Шерри, отбрасывая за спину длинные волосы, и усмехнулась, посмотрев на Венеру. — Я действительно импресарио и журналист. Просто обычно я продвигаю рок-группы, а не художников.

— К тому же Гриффин не платит тебе за работу, — уточнила Стефания.

У нее тоже были темные, как у Гриффина, волосы, но глаза выглядели скорее зелеными, чем голубыми. Стефания объяснила, что она сейчас работает над тем, чтобы получить ученую степень по юриспруденции в университете Талсы. Венера не знала, что такое юриспруденция, но звучало это солидно, и к тому же богине любви понравились серьезность и энергия Стефании.

Шерри рассмеялась.

— Да, он мне не платит. Но он готов менять масло в моей машине еще пятьдесят тысяч миль!

— Эй! Он должен сменить масло в моей машине! — взвизгнула Алисия.

— Эй, девочки, вы снова из-за меня спорите? — усмехнулся подошедший к ним Гриффин и протянул Венере бокал шампанского. — Прошу, моя богиня! Думаю, тебе хочется выпить после того, как ты пообщалась с этой компанией.

— Твоя богиня? Звучит весьма самонадеянно с твоей стороны! — тут же сказала Шерри.

— Да, разве не нужно спросить позволения богини, прежде чем объявить ее своим личным божеством? — почти промурлыкала Кэти.

Венера улыбнулась и бросила на Гриффина дразнящий взгляд.

— Ваш брат принадлежит к тем мужчинам, которые предъявляют свои права на все, что им нравится. Полагаю, это хорошо, что Венера — богиня любви, а не войны. У любви более покорный характер.

— Покорный? У тебя? — Губы Гриффина насмешливо изогнулись.

— Она вовсе не говорила, что она покорна, болван! Она сказала, что она всего лишь более покорна, чем дурацкая богиня войны, а это значит — тебе следует быть поосторожнее.

— Это точно, — согласилась Венера.

— Да я уже понял, что она скорее немножко хулиганка, чем милая барышня.

— Это что, оскорбление? — спросила Венера у Шерри.

— Нет, не думаю. Скорее, это такой своеобразный комплимент в стиле Гриффина.

— Эй, я вообще-то рядом стою!

Все четыре сестры одновременно уставились на брата.

— Вы, красотки, утащили у меня Венеру, а со мной обращаетесь как с каким-то бесстрастным, одиноким существом, неким ненормальным старым пожарным-художником, который все свободное время тратит на то, чтобы менять масло в машинах своих сестер!

— И в чем тут, собственно говоря, проблема? — сладким голоском спросила Шерри.

— Эй, а ты не мог бы начать сутулиться и говорить с французским акцентом, как Кевин Кляйн во «Французском поцелуе», и бормотать что-нибудь вроде: «От этих девчонок у меня настоящий геморрой!», и еще курить вонючую сигарету и постоянно пить красное вино? — спросила Кэти.

— Кэт, тебе надо отказаться от подписки на «Нетфликс». Ты слишком много смотришь разные фильмы, — сказала Шерри.

— Я люблю кино, — надула губки Кэти.

— Тебе не хочется удрать со всех ног отсюда? — спросил Гриффин Венеру.

Богиня любви рассмеялась.

— Мне хочется познакомиться поближе с твоими сестрами.

Но ей уже было ясно, что сестры до безумия любят Гриффина и восхищаются им так же, как он восхищается ими. До чего же он оказался сложным человеком! Пожарный и воин, художник и любящий брат... Сестры продолжали спорить о том, в чьей машине надо поменять масло в первую очередь. Венера понемножку попивала шампанское и через край бокала смотрела на Гриффина, ловя его взгляд. Когда он посмотрел на нее, богиня любви взяла надетую на край бокала ягодку клубники и лизнула ее. И увидела, как у Гриффина перехватило дыхание. Да, он безусловно был человеком глубоким, многомерным, и в нем кроме всего прочего таилась, скрываясь под самой поверхностью, и основательная доза страстности, которую Венера уже успела познать. Страстности, которую богине любви хотелось ощущать снова и снова...