Реквием по солнцу - Элизабет Хэйдон

— Конечно. Я надеялась, что он поживет здесь несколько дней и отдохнет после вашего ухода.

— Если он согласится, я не против. У меня остатся только один вопрос.

Рапсодия отошла в дальний угол шатра.

— Да?

— Когда я закончу собирать Светолов и придет время его испытать, ты придешь мне помочь?

Рапсодия вздохнула:

— Ты знаешь, что меня тревожит твой проект? Я считаю, тебе следует осторожнее использовать силы, суть которых ты понимаешь не до конца.

Акмед коротко кивнул:

— Да. Но тебе лучше других известно, что я ничего не делаю просто так. Можешь не сомневаться, я не стану без надобности использовать подобные силы.

— Я тебе верю, — быстро сказала Рапсодия и крепко обняла короля фирболгов. — Ты же знаешь, я всегда буду рядом, когда в том возникнет необходимость. — Она поцеловала его в щеку и еще крепче прижалась к его груди. — Удачного вам путешествия, и постарайся быть счастливым, Акмед. Я знаю, подобные вещи ты должен спланировать заранее.

Акмед рассмеялся и обнял ее в ответ.

К тому моменту когда болги покинули площадь, вновь собравшаяся огромная толпа горожан подняла страшный крик. Пришлось привлечь еще один отряд яримской армии, чтобы обеспечить порядок на улицах. Болги уезжали, не оглядываясь в сторону шатров, оставив за спиной королевскую чету, герцога и великана сержанта.

Болги окончательно скрылись из виду, и тогда по толпе пробежал громкий ропот, затем люди начали скандировать:

— Снимите шатер!

— Где вода?

— Покажите нам Энтаденин!

— Вода! Дайте нам воду!

Ирман Карскрик отчаянно дрожал. Объятый яростью и ужасом, он повернулся к королю и королеве.

— Именно этого я и боялся, — прошипел он. — Они разорвут нас на части.

— Не говори глупостей, Ирман, — раздраженно ответил Эши. — Обратись к ним с речью. Объясни, что вода может вернуться в течение этого цикла луны, пусть они проявят терпение.

— Я не стану, — резко возразил герцог. — Никто не знает, вернется ли вода, и я не хочу выглядеть болваном, который напрасно пригласил болгов в Ярим.

— В жизни редко можно быть в чем-то полностью уверенным заранее, Ирман, — наставительно проговорила Рапсодия. — Они ничего не потеряют, если вода не вернется.

— Что ж, буду рад, если вы им это скажете, миледи.

Рапсодия вздохнула и повернулась к Эши:

— Возможно, мне так и следует поступить.

После коротких размышлений Эши кивнул. Она сжала его руку и взобралась на выступ каменной стены, окружавшей бассейн возле высохшего фонтана.

Когда Рапсодия выпрямилась и гордо расправила плечи, Эши наклонился к Карскрику:

— Смотри и учись у мастеров своего дела.

Рапсодия закрыла глаза и начала тихо напевать, прибегнув к магии Дающей Имя, сплетая слова песни с помощью мотивов, которые слышала на рыночной площади Ярим-Паара. Снова и снова повторялись одни и те же слова, постепенно ее пение становилось все более звучным, потом она произнесла истинное имя тишины. Шум и крики постепенно стихли.

Она открыла глаза и посмотрела на горожан спокойно и прямо.

— Граждане Орландана, народ Ярима! Король фирболгов и его мастера закончили работы. Они завершили бурение, рассчитав так, что оно совпало с окончанием очередной фазы Луны, поскольку циклы жизни Энтаденина связаны с Луной. Вернется ли вода в Энтаденин, зависит теперь лишь от воли Единого Бога. Если вода вернется, с засухой будет покончено, жить станет легче, ваши поля начнут плодоносить. Если нет — что ж, ваше положение ничуть не ухудшится по сравнению с тем, как вы жили до появления болгов. Нам следует дождаться воли Создателя и Земли. А до тех пор проявите терпение.

Ее голос был мелодичным и чистым, на лице застыло спокойное и уверенное выражение. Эши улыбнулся. Она использовала магию Дающей Имя, обращаясь к разозленной толпе, и, как всегда, у нее все получилось. Люди успокоились, завороженные музыкой ее голоса и теплом, изливающимся на них из ее сердца, в котором пылала стихия огня.

Затем мелодия изменилась, Рапсодия готовилась произнести слова истинной речи.

— Возвращайтесь домой, беритесь за работу. Если Фонтан в Скалах проснется, вы об этом узнаете. Но сейчас рынки опустели, ваши очаги погасли, вы забыли о порядке в ваших домах. Пора подумать о насущных проблемах, вода может появиться не скоро.

Толпа некоторое время постояла в молчании, а потом люди начали расходиться.

Рапсодия спустилась со стены и взяла Грунтора за руку.

— Пойдем с нами во дворец, — с улыбкой предложила она. — Герцог позаботится о том, чтобы его лучшие повара приготовили роскошный ужин из имеющихся у них на кухне запасов — конечно, я не имею в виду судомоек.

— Ага. — Великан краем глаза заметил, как дрогнуло лицо Ирмана Карскрика, и широко ухмыльнулся. — Что ж, это будет чудесно, герцогиня. Может быть, мы даже прогуляемся по дворцу.

В самом первом ряду, возле веревки, ограничивающей коридор, стояла женщина в развевающихся светло-голубых одеждах жрицы шанойнов и молча наблюдала за болгами, собиравшими свое оборудование и инструменты. Пока толпа вокруг шумела, она изо всех сил старалась остаться на своем месте, хотя это было непросто при ее хрупкой фигуре.

Когда мощные зубчатые колеса укладывали в фургон. она подошла поближе, втиснувшись между двумя яримскими стражниками. Не решившись нарушить закон, охранявший жриц, стражники не стали отталкивать ее обратно в толпу. Затем она вместе с остальными горожанами последовала за караваном болгов к окраине Ярим-Паара и смотрела ему вслед, пока процессия не скрылась в клубах пыли. Но и после того, как большинство любопытных вернулось на площадь, чтобы послушать герцога, она еще долго стояла на вершине холма и взглядом следила за облаком красной пыли, полностью скрывшим от нее уходящих к скалистому перевалу фирболгов.

Но вот наконец болги исчезли за линией горизонта, пыль осела, и она вытащила из складок одежды диск квеллана. Гладкая черно-синяя поверхность вспыхнула под прямыми лучами солнца.

Подержав диск перед глазами, она спрятала его под одеянием, которое ей было немного великовато.

Затем она вернулась на шумные улицы Ярим-Паара, где после ухода болгов царило непривычное оживление.

16

Дворец Джерна Тал, Сорболд

СВЕТИЛЬНИКИ уже были погашены, в огромной спальне вдовствующей императрицы в золотых чашах догорели благовония и источающие сладкий аромат палочки из сандалового дерева. Во дворец вместе с влажным, бесшумным ветерком вошла ночь. Тяжелые портьеры из алого шелка слегка покачивались перед распахнутыми окнами.

В своих роскошных покоях ее величество Лейта, вдовствующая императрица, дочь Четвертого императора Темных земель, лежа на шелковых подушках гигантской кровати, наблюдала за звездным небом, как и всегда в это время. Полная луна ярко озаряла серое небо с белыми пятнышками облаков и сияющими точками звезд. Поразительное зрелище, величественное в своей чистоте и прозрачности.