Твёрже алмаза - Екатерина Оленева

– С вашими обвинениями вы смешны и нелепы. Подите прочь, сударь.

Опустившись в кресло и расправив пышные юбки, Каролина чинно сложила руки на коленях, демонстрируя показное спокойствие и терпение.

Губы Питера вытянулись в ниточку, щеки побледнели от злости. Но не имея возможности возражать, он сделал единственное, что ему оставалось – откланялся.

– Вижу, бы более, чем освоились с положением герцогини? Раньше с людьми вы говорили куда мягче, миледи.

– Может быть потому, что раньше люди не пытались отдавать меня в жертву демонам?

Дверь в очередной раз распахнулась. И в этот раз Каролина Силену не дождалась – перед ней стоял взволнованный мажордом.

– Леди Кайл… там… – начал он, запинаясь.

– Что?! – не выдержала Каролина.

– Там…

– Не мямли!

– Там к вам с визитом пожаловали.

– Кто?

– Леди Кадэр.

– Кто-о?! Кто ко мне пожаловал?!

– Ну, я не уверена, что именно к вам, – нервно теребя пояс, опустив глаза в пол скороговоркой пробормотал слуга. – Леди Кадэр приехала в поместье, уверяя, что её пригласили.

Первое, что почувствовала Каролина при подобном известии – это ярость. Да такой силы, что в глазах потемнело.

Какая наглость!

– Проводите гостью в кабинет. Сейчас я её встречу, – ледяным голосом распорядилась Каролина.

Слуги переглянулись, но, если и имели что-то против, перечить не решились.

Стоило Каролине вспомнить лицо бывшей любовницы мужа как перед глазами словно алая пелена поднималась. Ей хотелось расцарапать ненавистное лицо соперницы в кровь собственными ногтями. Хотелось отвесить ей полноценных оплеух, да так, чтобы на дебелых щеках остались красные следы. Хотелось унизить, раскатать, уничтожить!

С трудом удалось перевести дух.

Если она узнает, что Сид имеет к появлению этой стервы хоть малейшую причастность, их брак окажется в прошлом. И никакие слова, никакие действия с его стороны не смягчать её решения.

Кое-как справившись с эмоциями, Каролина, как боевое судно под всеми поднятыми парусами устремилась вперёд, готовая в любой момент обрушить на противника весь скопившийся за последнее время гнев.

Кадэр, невозмутимая и неизменно прекрасная, ожидала появление хозяев, стоя посредине комнаты. Вся, с ног до головы, в дорогих мехах и перьях.

Сочетание того и другого Каролине сочла дурновкусием, но куртизанки обычно не отличаются наличием двух добродетелей: чувством такта и чувством меры.

У конкретно этой ещё и чувство самосохранения почему-то атрофировалось.

Высокая, прекрасно сложенная, Кадэр стояла, слегка склонив голову на бок. Руки в лайковых перчатках лежали одна на другой. Тело чуть покачивалось словно в такт невидимому движению воздуха. На щеках играл мягкий здоровый румянец, большие глаза мягко светились.

Будь в комнате мужчина, он, наверное, не смог бы оторвать глаз от этого спокойного, очаровательного лица.

Но Каролина мужчиной не была. Её нисколько не очаровывали ни взгляд, ни губы, нежные, чувственные и мягкие, словно бы нарочно созданные для поцелуев.

Красота этой женщины была для неё личным вызовом. Солью на рану. Действовала как красная тряпка на быка.

– Чему обязана сомнительным счастьем видеть вас под своим кровом, леди Кадэр?

Услышав её голос, Флёр стремительно обернулась. Глаза сверкнули удивлением, испугом и гневом.

Несколько секунд Флёр смотрела на Каролину молча. Лицо её не отражало ничего – ни ненависти, ни гнева, ни разочарования. Железный самоконтроль.

Поняв, что ненавистная соперница первой ход делать не станет, Каролина взяла инициативу на себя:

– Зачем вы пришли?

Улыбка промелькнула на полных губах красавицы. Улыбка, полная превосходства.

Промелькнула и погасла, как искра. Кадэр не двинулась с места.

В неподвижности её фигуры было нечто решительное, непреодолимое и грозное, как в штиле перед бурей.

– Как вы посмели прийти в мой дом? – повысила голос Каролина. – Вам не место здесь.

– Не вам решать, – с убийственным, полным наглости, спокойствием, заявила нежданная гостья.

Она по-прежнему не двигалась. Затянутые в перчатки руки продолжали спокойно лежать одна поверх другой.

– Не мне решать?

Каролина с досадой чувствовала, что её выдержка нечета выдержке Кадэр. Щеки залила краска, руки тряслись от гнева.

– Не вам. Я пришла в дом Сида, а не ваш.

– Что вы говорите? А разве с тех пор, как я стала его женой его дом – не мой дом?

– Сид пригласил меня и, получив приглашение, я приняла его, – вызывающе засмеялась Кадэр. Слышите? – на бледном застывшем лице Флёр, в отличие от пылающего лица Каролины, не было ни кровинки. – Он хотел меня видеть! Живы вы или нет – мне всё равно. Я пришла к нему. И только он сам сможет выгнать меня.

Каролина едва сдержалась, чтобы не броситься с кулаками на это чудовище в перьях. Дойди дело до открытого поединка ещё большой вопрос, за кем будет победа – Кадэр крупнее и тяжелее раза в два.

Дать себя побить ещё, на этот раз физически, в планы Каролины не входило.

– Вас вышвырнут вон лакеи, – угрожающе проговорила леди Кайл. – Но я милостиво дам несколько минут на то, чтобы, не доводя ситуацию до абсурда, вы успели удалиться, собрав лохмотья того, что у других называется чувством собственного достоинства.

Кадэр качнулась вперёд, словно собираясь сделать шаг:

– Я хочу видеть Сида, – с твёрдостью отчаяния заявила она.

– Тут нет никого, кого ваши желания могли бы заинтересовать.

– Я требую немедленно доложить ему о моём приезде!

Взгляды двух женщин скрестились, словно две звенящие шпаги, разбрасывая вокруг невидимые искры.

– Вы требуете? – выразительно приподняла брови Каролина. – Вы? Требуете? Да вы хоть понимаете, что на вашей шее практически затянули петлю? Вместо того, чтобы просить моего прощения и снисхождения, вы осмеливаетесь чего-то от меня требовать? Вы неподражаемы. Сида сейчас нет, но я непременно передам ему, что вы наносили визит. А теперь –вогн отсюда. Быстро.

–Я никуда не уйду. Я пришла в его жизнь первой. И зная, что он желает меня видеть, я не намерена вам уступать.

Дверь скрипнула. Увидев вернувшегося Питера, Каролина занервничала.

– Простите, леди Кайл, – тихо заговорил он. – Я слышал несколько фраз из вашего разговора и вынужден вмешаться.

– То, что здесь происходит, вас совершенно не касается, – заявила Кадэр.

– Ошибаетесь. Всё происходящее как раз касается именно меня. Видите ли, лорд Кайл никогда не писал вам пригласительного письма. Сударыня, – отменно вежливым тоном вполне светского человека проговорил Питер. – Его написал я.