Рыцарь Ртуть - Кристофер Сташеф

— Личные вещи можешь взять с собой, — разрешил Диармид, — все, кроме золота, которое ты добыл с помощью этой доверчивой женщины. Оно будет возвращено ей. — Он посмотрел на графа Надира. — Каждая монета! Любая мелочь, которую ты взял себе, милорд!

Граф Надир с обидой смотрел на юношу вдвое младше себя, который неожиданно обрел над ним власть.

— Что же касается тебя самого, — продолжал вершить суд Диармид, — ты виновен в соучастии в обмане этой женщины Мораги, но только в соучастии. Ты проследишь за наказанием рыцаря, убедишься, что он выполнил мое повеление и проведет год в монастыре. Ты также должен озаботиться тем, чтобы те, кто служил этой женщине, не были наказаны.

— Иди своей дорогой, — обратился между тем герцог к Мораге, но больше никогда не переступай закон. Мастер Грегори!

«Почему только мастер? — подумала Ртуть. — Почему не милорд, как только что изгнанный граф?»

Грегори выступил вперед.

— Слушаю тебя, милорд герцог?

— Проводи эту женщину в Раннимед. Я хочу, чтобы она предстала перед королевскими ведьмами не одна. Ты познакомишь ее с ними. И пока королева не приняла ее на службу или не возложила не нее какие-нибудь обязанности, эта женщина не должна считать себя свободной от закона.

Морага молча смотрела на него. Грегори наклонился к ней и что-то шепнул. Она, вздрогнув, присела в поклоне.

— Благодарю тебя, милорд. Благодарю от всего сердца! Ты мудр и более милостив, чем я смела надеяться.

— Хорошо сказано, — одобрительно кивнул Диармид, он по-прежнему, казалось, видел в ней только объект дела, а не женщину. — Надеюсь на твое понимание. Мастер Грегори, благодарю тебя.

Придворные немного расслабились и снова зашумели.

Диармид повернулся и посмотрел на родителей.

— Мои повелители! Одобряете ли вы мое решение?

Король Туан только кивнул, потому что истинным повелителем была королева. Королева сказала:

— Ты принял верное решение, и мы подтверждаем его.

— Благодарю вас, ваши величества, — Диармид склонил голову, повернулся к собравшимся и отыскал взглядом Ртуть. Она встретила этот взгляд, и в сердце ее снова загорелась надежда.

Герцог может быть милосердным, если только Джеффри не предал ее! Если…

Герцог Диармид кивнул герольду.

— Пусть выйдет вперед разбойница Ртуть! — провозгласил герольд.

— Я здесь! — Ртуть почувствовала, как вспыхивает ее недовольство, и с трудом сдержала его. Они не имеют права высмеивать ее, не имеют!

— Госпожа Ртуть, — провозгласил герольд, — ты обвиняешься в захвате земель и добра, в восстании против графа Лаэга, в подлом убийстве самого графа, его рыцарей и солдат!

— Я убила графа Лаэга, защищая свою добродетель, — выпалила Ртуть, не дожидаясь разрешения говорить. — Чума на их правила! — А остальных убивала, защищаясь, потому что иначе они повесили бы меня!

— Нет, — возразил герцог Диармид, — тебя отвели бы к их величествам на суд.

— Я так и сказала — повесить!

— Нет, потому что ты могла бы обратиться ко мне.

— Обратиться? — губы Ртути скривились. Неважно, что герцог холодно смотрит на нее. — Я, дочь простого деревенского оруженосца, чего мне ждать, обращаясь к герцогу в поисках справедливости против лорда? Если бы даже закон разрешал это, как бы ты меня услышал?

Придворные замерли от ее дерзости, но герцог Диармид серьезно кивнул.

— В твоих словах есть доля правды. Но ты бежала в лес.

А разве не могла ты прийти ко мне?

— Да, — ответила она, — могла бы, но добралась ли бы до тебя живой? Меня схватили бы по пути в замок и убили до того, как я нашла бы сюда дорогу.

— Не уверен, — с обманчивой мягкостью промолвил Диармид. Он обратился к Джеффри. — А что ты скажешь, сэр Джеффри?

— Она пришла бы к тебе, если бы ты был здесь, когда ее обидели впервые, — согласился Джеффри. — Если бы она знала об этом — никто не смог бы остановить ее. — Он повернулся к молодому графу Лаэгу. — А ты пытался остановить ее?

— Конечно, милорд! — воскликнул молодой человек. — Конечно, я ведь хотел отомстить за смерть отца! Разве это не мое право? Не мой долг?

— Об этом буду судить я, — с ноткой раздражения проговорил Диармид, — когда услышу, что же произошло. Сэр Джеффри! Можешь ты разобраться в этой путанице?

— Могу, потому что знаю всю историю целиком. — Он обратился к Ртути:

— Говори, девушка!

И опять гул пробежал по толпе придворных.

— Да, я девушка! — в гневе воскликнула Ртуть. — А тот, кто распустил обо мне ложь, пусть выходит с мечом!

— Правда доказывается не оружием, а фактами, — голос Диармида ударил хлыстом, а своим взглядом герцог словно пронзил Ртуть. — Я требую от тебя правды, девушка! Говори ясно и по делу — и не трать мое время на вызовы и угрозы!

Она смутилась и начала отвечать, а Джеффри, стоявший рядом, прошептал:

— Он похож на моего брата, единственное, что его по-настоящему сердит — это отсутствие логики. Расскажи ему свою историю, как рассказала мне.

Она пристально взглянула на него, но решила, что в его словах есть смысл, и снова обратилась к Диармиду.

— Что ж, милорд герцог, моя история началась, когда я из ребенка превратилась в девушку. — Она замолчала, ожидая, что он остановит ее, прикажет не забивать ему уши бесполезной болтовней, чтоб она начала с убийства графа, но Диармид только кивнул и сказал:

— Продолжай!

Ртуть посмотрела на лицо королевы и успокоилась.

Слово в слово она повторила то, что рассказывала Джеффри на поляне у ручья. Наконец, рассказав все, она почувствовала, что гнев ее улегся, и замолчала. С удивлением она поняла, что ей стало легче, как будто с ее плеч упала непомерная тяжесть.

Двор молчал.

Но тут взорвался молодой граф Лаэг.

— Она лжет! Больше того, она чернит память моего покойного родителя!

Ртуть уже вскинулась было ответить, но заговорил Джеффри, спокойно и твердо.

— Она говорит, и в словах ее ничего, кроме правды.

— Докажи это, если можешь! — Закричал граф Лаэг. — Где же твой свидетель эльф?

— Зачем? — просто спросил Джеффри.

Граф Лаэг посмотрел на него недоумевая.

— Затем… затем, что…

— Затем, что вам не нужны свидетели ваших грязных дел?

Граф не отрываясь смотрел на него.

Диармид согласно кивнул.

— Какие доказательства ты можешь предъявить, сэр Джеффри?

— Показания матери и сестры Ртути, ты слышал, что они участвовали во всем происшедшем. Я попросил Маленький народец привести их сюда.