Варька и вурдалаки - Маргарита Полякова

– Ну так что, мы домой будем возвращаться или подождем, пока Варвара еще дней десять будет искать себе подходящую одежду? – поинтересовался лэрд.

– Я и двадцать дней готова на это потратить, – пробурчала Варька. – Только что толку-то? Вряд ли у девиц де Крус вообще когда-нибудь приличная одежда была.

– Может, тогда пойдем уже отсюда?! – в очередной раз поторопил графиню Рюрик.

– Ладно, – вздохнула Варька, – идем. Я безумно хочу вымыться, выспаться и начать думать, что нам делать с вурдалаками.

– Если мы поднажмем, к вечеру будем у озера, рядом с небольшой деревенькой, – сообщил Рюрик. – Так что насчет выспаться и вымыться проблем не будет. А что касается вурдалаков… тут история сложная. Барон де Крус что-то напортачил с их вызовом, и теперь эта умертвь обладает возможностью развиваться. С одной стороны, сражаться с умным и хитрым противником гораздо сложнее. А с другой… приобретя разум, вурдалаки автоматически потеряют бессмертие. Но даже в этом случае их можно будет убить только одним определенным видом оружия. И это оружие еще нужно вычислить.

– Лучше бы ты что-нибудь обнадеживающее по этому поводу сказал, – тяжко вздохнул Нарк.

– Запросто. Став разумной, умертвь будет дольше регенерировать после смертельных ранений. Вурдалаки больше не смогут сражаться без головы. А на восстановление им потребуется время.

Лэрд окинул внимательным взглядом свой небольшой отряд и дал знак двигать из замка.

Обещанное Рюриком озеро показалось на горизонте уже поздно вечером. К этому времени и без того уставшая Варька вымоталась, сбила ноги и вообще была в дурном настроении.

– Мы что, прямо в лесу на привал остановимся? – поинтересовалась она.

– А что? – обернулся к ней Рюрик.

– Вообще-то ты говорил, что тут где-то рядом деревня есть. Может, мы там к кому-нибудь в гости напросимся?

– Ты думаешь, кто-нибудь в здравом уме пустит на ночь глядя в свой дом нечистую силу? – дернул бровью Рюрик. – Я сомневаюсь. А если учесть, что на нечисть в данный момент похожи мы все, наши шансы найти в деревне ночлег равны нулю.

– Ну и ладно! Не хотят кровать уступить, пусть ужином делятся! В какой стороне деревня находится? Пойду-ка я продуктовую дань там пособираю.

– Я с тобой, – тут же сказал изрядно оголодавший за три дня сидения в гоблинской тюрьме Нарк.

Рюрик пожал плечами, указал направление, проводил парочку взглядом, подошел к озеру, стянул с себя джинсы и нырнул. Вспенивая воду и одновременно встряхивая черными мокрыми волосами, упавшими ему на лоб, он с упоением принялся отмываться от грязи, крови и слабого запаха лимонника, напоминавшего ему о Варьке. Все, все! Хватит загоняться! Действие наркотика прекратилось, все встало на свои места, а о проведенном в раскаленной темнице времени он просто забудет. Рюрик еще раз окунулся и решительно вылез на берег. Нет, все-таки хорошо, что на сей раз ночевать они будут втроем. Во всяком случае, даже если соблазн и возникнет, устоять перед ним будет намного проще.

Тем временем Варька и Нарк уже приближались к деревне. Темные окна домов выглядели неприветливо, но графиню это мало трогало.

– Эй, мужик, у кого тут продуктами затариться можно? – поинтересовалась Варвара у припозднившегося прохожего.

Любитель вечерних прогулок заорал истошным голосом и принялся креститься, не забывая осенять крестом и Варвару с Нарком. Убедившись, что ни крестное знамение, ни знаменитое «Vade retro, satanas»[1]на них не действует, мужик погрустнел и предложил добровольно отдать все, чем владеет. Варька подумала, смилостивилась и решила ограничиться продуктовой данью. Назад они шли уже медленнее, поскольку Нарк отдувался под тяжестью двух корзин. Шагавшая впереди Варька помахивала пустым котелком и что-то напевала себе под нос. Похоже, совершенный на ночь глядя наглый грабеж поднял ей настроение.

К моменту их возвращения на поляну Рюрик уже затарился хворостом и даже развел костер. Варька тут же принялась готовить ужин, а Нарк полез купаться. Причем плескался он в озере до тех пор, пока графиня не объявила, что суп готов. Она порезала хлеб, достала ложки и скомандовала кавалерам повернуться спиной к озеру, потому что ей тоже хочется вымыться. Рюрик с Нарком послушно отвернулись и принялись за суп.

– Мне пару ложек оставьте! – крикнула Варька и полезла купаться.

– М-м-м… – восторженно прикрыл глаза Рюрик, снимая пробу. – Теперь я понимаю, почему все Варькины кавалеры рвутся на ней жениться. Графиня так готовит классно, пальчики оближешь…

– Лучше всю жизнь в столовой питаться, чем с ее характером мучиться…

– С Варварой весело, – не согласился черт.

– Ты знаешь, играть в догонялки на минном поле тоже не скучно. Но что-то я не встречал фанатов подобного занимательного времяпровождения.

Рюрик рассмеялся, подкинул в костерок хвороста и… задержался взглядом на необычном куске коры. Судя по всему, из него явно что-то пытались вырезать.

– Интересно, что это? – повертел он в руках неожиданную находку.

– Это? Это фигня. Потому что скульптор из меня как из тапочки половник.

– Так это что, твое творчество, что ли?

– Ага. Мое. Я хотел для Дисы амурчиков вырезать в знак своих нежных чувств.

– А амурчики – это кто? – поинтересовался озадаченный Рюрик.

Нарк вздохнул и мечтательно закатил глаза.

– Амурчики – это такие маленькие ангелочки. Розовенькие, симпатичные, белокурые, вооруженные изящным луком и тонкими стрелами. Пускает такой амур в тебя стрелу, а ты поначалу даже ничего не чувствуешь, потому что она входит в сердце легко, незаметно. А потом по всему твоему телу растекается сладкий яд любви, утолить которую может только та, чье имя было на стреле амура.

– Понятно, – ухмыльнулся Рюрик и попытался представить себе своего собственного амурчика. Ну, то, что это будет не симпатичный розовый карапуз с беленькими крылышками, – однозначно. Чертям ангелов не полагается. Скорее всего его амурчик окажется мелким злобным уродцем с черными кожаными крыльями нетопыря, украшенными когтями. И потом… Рюрик сильно сомневался, что тонкие ангельские стрелы в состоянии пробить толстую шкуру черта. А потому вооружен уродец будет явно не изящным луком. Скорее всего за спиной у него будет тяжелый арбалет. И оснащенные двойным, зазубренным наконечником стрелы (которые, конечно, можно выдернуть из тела, но только с потрохами). И еще отрава какая-нибудь мерзкая в запасе. Потому что вряд ли такой урод додумается до сладкого, постепенно растекающегося по телу яда. Рюрик представил, как подобная тварь подкарауливает его за углом и вскидывает оружие. Щелк! И толстая черная арбалетная стрела прошивает его грудь. Что там Нарк говорил? Незаметно? Легко? Ага, как же! Может, людей амурчики и легко ранят. А таких, как Рюрик, арбалетная стрела бьет навылет. Намертво. Лэрд передернул плечами, приложил руку к месту потенциального нахождения собственного сердца и нахмурился. Он не сомневался, что на арбалетной стреле будет написано вполне определенное имя. И Рюрик даже догадывался, чье именно. Судя по тому, как ему не везет в последнее время, это было бы логическим завершением всех свалившихся на него неприятностей.