Скалолазка и Камень Судеб - Олег Синицын

Я попросила Фернандо оказать мне последнюю услугу – подобрать какую-нибудь обувь. Он не отказал. Грубые крестьянские ботинки и сапоги, что обнаружились в стенных шкафах, были на несколько размеров больше и болтались на ноге. Но потом на чердаке он отыскал сандалии бывшей хозяйки, которые пришлись впору. Легкие и элегантные, на завязках, которые оплетали щиколотки, подобно причудливому макраме. Они даже отчасти гармонировали с моими потасканными шортами и майкой. Только полюбоваться на себя не удалось. Зеркала в доме не было – зачем оно слепому старику?

Ну вот и все. Я уже собиралась покинуть дом Фернандо и прокручивала в мыслях примерную фразу прощания. И тут старик неожиданно произнес:

– Я случайно услышал, как ты упомянула про скалу, достающую до неба!

Я так и окаменела.

– Что вам известно о ней?

– Ничего. Совсем ничего… – Старик закрыл дверцы шкафа, в котором хранилась обувь, и поискал на полке ключ, по какой-то причине оказавшийся не на своем месте.

– Тогда где вы слышали о такой скале?

– Ею бредил один человек, который однажды пришел ко мне.

– Какой человек?

Старик коснулся пальцами сухого лба, и мне вновь сделалось не по себе при взгляде на неприкрытые пустые глазницы.

– Это было так давно… – прохрипел он. – Настолько давно, что кажется сном. Не помню, жили тогда Селадес или я уже остался один?

– Прошу вас… Расскажите.

Он наконец нащупал ключ и запер дверцы шкафа.

– Помню, тогда распустились цветы на этих мальтийских кактусах, что растут в округе. Знаешь, они распускаются раз в году и пахнут ванилью. Запах стоял повсюду – на лугу и в доме. Выветрить было невозможно… Он пришел с гор. С той стороны, откуда явилась ты. Едва живой. И так же попросил пищи и воды.

Хотела спросить, как выглядел этот человек. Но затем опомнилась, мысленно обругав себя за глупость. Слепец продолжал тем временем:

– Он был очень болен. Заходился в страшном кашле. Большую часть времени бредил, и тогда я услышал о скале.

– Что он говорил о ней?

– Только то, что она царапает небо. Но как она называется и где находится… Быть может, и говорил… – Старик стер с губ вязкую слюну. – Возможно, говорил… Но я не помню.

– Он сказал свое имя?

– Он поведал, что его зовут Рикки… – Старик вновь дотронулся до лба, словно воспоминания давались ему с нечеловеческой болью. – Но в бреду он выдал настоящее имя… Баль.

Я тихо сползла по стене.

Мой отец был здесь! Тот короткий месяц между посещением лондонской библиотеки и гибелью в Аммане Игорь Баль провел в Андалусии!

С ума сойти!

Старик вернул ключ на полку. Положил точно на краешек, чтобы потом найти, затем твердым шагом направился в угол, где был сложен садовый инструмент. Поочередно ощупывая черенки, он выбрал грабли. Я следила за ним. Ошеломленная, по-прежнему сидела на корточках, прислонясь к стене.

Я иду по следу отца, это очевидно… Сначала Большой читальный зал в Лондоне, затем дом слепого старика в Испании… Маршрут в поисках Камня Судеб, сама им следую… Фернандо сказал, что отец спустился с гор – оттуда же, откуда появилась я. Не сомневаюсь, что Игорь Баль пришел с плато, на котором три темных камня стерегут кости мертвецов, восставших в давнюю пору.

– И что… что случилось дальше с этим человеком? – спросила я нервно.

– Он ушел, как только ему стало лучше, – ответил Фернандо, опершись руками на деревянный черенок граблей. – Он спешил, потому что его преследовали.

– Откуда вы знаете?

– Он сам сказал. Он сказал, что черный человек идет за ним.

– Черный человек? – удивилась я. – Африканец?

– Не знаю. Я его не видел.

Так и не поняла – то ли это шутка слепца, то ли иносказательное выражение. Но для уточнений не было времени, потому что Фернандо продолжал:

– Когда он ушел… Через час или два вдруг поднялся ветер. Сильный ветер. Козы блеяли и бились в загоне, словно почуяли волков. Запах луговых цветов исчез – так бывает, когда наступает ночь. Но был день, а цветы закрылись… Когда ветер стих, а козы перестали блеять, я вышел в поле. В некоторых местах трава наклонилась к земле, словно придавленная чем-то. Я проследил, насколько смог. Получилась полоса. Словно огромное колесо прокатилось через луг.

Он подошел ко мне, наклонился так близко к моему лицу, что я уловила в его дыхании запах болезни. Вероятно, смертельной болезни.

– Я думаю, – прохрипел старик, – это прошел тот самый… черный человек…