Разящий клинок - Майлз Кэмерон

Пройдя две улицы, Мортирмир заметил, что до сих пор сжимает в руке меч и с него капает кровь. Он остановился и протер лезвие полотняным платком своей матушки. Однако в некоторых местах кровь засохла, словно глазурь, поэтому, чтобы отчистить клинок, ему пришлось использовать собственную слюну. Только тогда до юноши дошло, что он плохо соображает.

Кое-как вычистив меч, он спрятал его в ножны.

Правая перчатка пропиталась кровью, кровь сочилась из раны на правом бедре. Но Морган продолжал двигаться в сторону дворца.

Мортирмир миновал улицу юристов; она была такой же безлюдной, как и площадь ювелиров, затем вышел на улицу оружейников и увидел вооруженных мечами и короткими пиками мастеровых. Остановился у фонтана.

К нему подошел этруск в полудоспехе.

– Что нового, сосед? – вежливо поинтересовался он.

Морган поклонился.

– Я студент из университета. На площади ювелиров на меня напали, – сказал он, почувствовав во рту солоноватый привкус, когда перед его внутренним взором промелькнул образ сожженного мужчины.

Собеседник кивнул.

– По мне, ты не похож на мародера, – заметил он и ткнул пальцем в меч. – Ты варвар?

На этот раз кивнул Мортирмир.

– Из Альбы, – уточнил он, скрыв негодование из-за такого определения.

– Ясно. Из Харндона?

– Имею честь, – подтвердил Мортирмир, при этом его голос звучал как-то непривычно, словно отдавался эхом внутри головы.

– В Харндоне славные оружейники. Можешь назвать хотя бы одного?

Морган заметил, что вокруг него собралось около десятка вооруженных до зубов учеников.

– Мастер Пиэл живет с моей матерью на одной улице, а сам я некогда ходил на рыбалку с его дочерьми.

Атмосфера тут же разрядилась.

– А, мастер Пиэл! – воскликнул мужчина в полудоспехе и отвесил Мортирмиру поклон. – Нынче трудные времена, сэр. Мне нужно было убедиться. Могу я спросить, почему ты не дома? Стражники объявили комендантский час, по идее, мы все должны быть в своих кроватях.

Ненадолго задумавшись, Мортирмир ответил:

– Я иду во дворец. Ради девушки.

Моргану повезло, оружейник знал кое-кого из дворцовой молодежи.

– Во дворце неразбериха. Но мы проводим туда тебя ради мастера Пиэла.

Час спустя Мортирмир в сопровождении четырех вооруженных учеников барабанил в дверь переднего двора. Это были уже четвертые ворота, в которые он стучался, – оружейники наслаждались приключением, но все порядком устали от постоянных неудач.

Здесь решетка оказалась открыта – первый признак жизни, замеченный во дворце.

– Цель вашего визита? – произнес голос.

У Мортирмира был целый час, чтобы отрепетировать свою речь и прийти в себя после драки на площади.

– Кириос, я пришел, чтобы разыскать своего друга Харальда Деркенсана, нордиканца из гвардии. И выяснить, нуждается ли дворец в продуктах питания или напитках – в случае необходимости пропитание могут предоставить городские таверны. Со мной члены городской гильдии оружейников, которые хотели бы узнать…

Двери открылись, и за ними показалось шесть схолариев, довольно измученных на вид.

– Свежий хлеб не помешал бы, – заявил самый высокий из них – молодой человек, одетый в некогда пышные, но теперь изодранные в клочья самнитские одежды из атласа. Еще на нем был чешуйчатый нагрудник, а на лице виднелась трехдневная щетина. – Что касается мастера Деркенсана, то он с императрицей. Можете сделать мне личное одолжение и отнести записку моей невесте. Конечно, если она все еще моя. – Он посмотрел на учеников оружейника. – Она живет в вашем квартале.

– Я бы хотел увидеться с мастером Деркенсаном, – продолжал настаивать Мортирмир, посчитав, что имеет на то полное право.

Ему еще не доводилось чувствовать себя настолько всесильным. В прямом смысле этого слова. Казалось, в его руках и груди того и гляди вспыхнет пламя.

– Если сдадите оружие и пообещаете отнести мое послание, я провожу вас к нему, – предложил разодетый схоларий. – Только если он будет с… императрицей, вас к нему не пустят.

Во дворце было так же безлюдно, как и на улицах города. Дворцовые слуги старались не покидать своих бараков – считаные единицы сновали по коридорам, вжимаясь в стены при приближении гвардейцев.

Они пересекли передний двор и попали во внутренний. В казармах схолариев толпились люди. Симпатичный молодой человек отвел Мортирмира к дежурному писарю, и тот занес его имя в специальный список. Затем они пересекли внутренний двор. У дверей, словно статуи, в длинных хауберках и с огромными топорами возвышались двое нордиканцев.

– Мастер Деркенсан сейчас свободен? – спросил схоларий.

– Деркенсан!!! – проревел светловолосый гигант, стоявший ближе. – Только что вернулся с дежурства после убийства в тюрьме.

У дверей появился заспанный нордиканец. Стоило ему увидеть Мортирмира, как он тотчас схватил юношу за руки.

– Ты! – воскликнул Харальд. – Ведьма сказала, мы с тобой связаны.

При других обстоятельствах Морган непременно рассказал бы о глубоком презрении, которое испытывает к тем, кого называют ведьмами, но час назад он сам заживо сжег человека, и теперь мир казался ему весьма странным местом.

– Анна отправила меня за тобой, – брякнул он и подумал, что прозвучало это крайне глупо.

Но лицо Деркенсана озарила улыбка, словно солнце взошло после долгой темной ночи.

– Клянусь богами! – объявил он. – Ты настоящий друг. Как там снаружи? Хаос?

Гвардеец развернулся и что-то крикнул. Его голос напомнил Мортирмиру рык двух дерущихся собак.

– Боже милостивый, это что, так звучит нордиканская речь? – удивился юноша.

Его провожатый, схоларий, усмехнулся:

– Вот и мы так говорим.

Деркенсан отвел обоих в сторону.

– Я позвал своего капрала. Послушайте. Император взят в…

– Про это знает весь город, – перебил его Морган.

– Слишком много офицеров погибли за него или же переметнулись на сторону герцога. Этот дворец, уж точно, темное местечко.

– Этот молодой человек предложил привезти еду, – заметил схоларий, протягивая юноше руку для пожатия. – Георгий Комнин к вашим услугам, сэр варвар. Вы, так понимаю, студент?

– Мария Екатерина Комнина – ваша сестра? – уточнил Мортирмир.

– Двоюродная, – улыбнулся жених. – Полагаю, вы встречались с ней в университете.

Морган отвел взгляд. Он не стал говорить что-то вроде: «Она придумала мне прозвище», просто ответил:

– О да, мы встречались. Простите меня за грубость, кириос, меня зовут Морган Мортирмир из Харндона.