Два жениха и один под кроватью - Марина Ли

— Большая Императорская Академия считается лучшим учебным заведением Аспона, — одеревеневшим голосом напомнила я. — Я горжусь, что мне позволено работать там наставницей.

— Лучше бы вы, леди Алларей, работали чьей-то женой, — скривился Лаклан Освободитель. — А уже в свободное от основной работы время уделяли неучам нашей Империи… Как получилось, что вы не замужем? Мы точно помним, что просватали вас за кого-то из своих поданных… Жаль, запамятовал, за кого именно! Не кажется ли вам, что помолвка несколько затянулась?

— Мне…

— А впрочем, к лучшему. Даже знать не хотим, кто был тем неудачником, который не сумел оценить по достоинству такую завидную невесту. Столько лет тянуть со свадьбой! И чего ради, спрашивается? Лучше не напоминайте нам, кем был этот идиот, а то осерчаем. Мы ему не невесту — драгоценный цветочек, можно сказать, подарили! Лучший в нашем цветнике, видят предки! А он так разбрасываться императорскими дарами? Знать не желаем! — Вновь растянул губы в улыбке, но смотрел на меня цепким, холодным взглядом. Так смотрит хищник на жертву, зная, что бежать ей уже некуда. Потому что я, может быть, и плохо разбиралась в подковёрных играх высшего света и совсем ничего не понимала в интригах, но откровенную угрозу в словах Лаклана Освободителя расслышала прекрасно. — Умница, красавица, с таким магическим потенциалом, что любой род, у кого есть в наличии хотя бы один свободный жених, с руками оторвёт… Вот хотя бы воспитанник нашего брата. Лорд Даккей, что скажете?

Моё сердце пропустило сразу ударов десять от страха за Даккея, но парень был спокоен, как удав.

— Ваше Императорское Величество… — отчеканил он, почтительно наклонив голову, — как всегда правы. Красоту и ум леди Алларей не заметит разве что слепой.

— Значит, согласен? — обрадовался Император и, отбросив официальный тон, внезапно поднялся на ноги и с самым довольным видом хлопнул Даккея по плечу. — Впрочем, ничего другого я от тебя и не ожидал, парень. Сразу виден стержень и характер. Ты уж со свадьбой тянуть точно не станешь… Осталось только у дамы спросить. Вдруг из меня отвратительная сваха и невеста вильнёт хвостом…

— Как можно, Ваше Величество?.. — пробормотала я, старательно держа лицо. Не хватало ещё только в позорную истерику скатиться.

— Согласна, стало быть?

Я кивнула, не в силах больше выдавить из себя ни звука, но Императору этого было явно не достаточно, поэтому он потребовал, сверля меня жёстким взглядом:

— Громче, леди, не стесняйтесь! Здесь все свои. Ваш брат, ваш жених, опекун жениха и ваш Император. Стесняться совершенно нечего.

— Да, — прохрипела я, закашлявшись, и повторила:

— Да.

— В таком случае, позвольте ваши руки. — Император снял со своего мизинца перстень с изумрудом и уверенно навинтил его на мой средний палец, Даккею достался рубин. — Со свадьбой не затягивайте. До конца года жду приглашения. Разорви меня Бездна! Первый раз выступаю в роли свахи! Не знал, что это так приятно… Ну не стойте столбом! Даккей, не позорь меня! Прояви хоть немного радости! Улыбнись, поцелуй невесту, а то она, чего доброго, передумает и сбежит из-под венца. То-то мы с тобой будем дураками выглядеть!

— Не сбежит, — заверил монарха Даккей и взял меня за руку. — Не отпущу.

А затем наклонился и поцеловал сначала мой палец, на который император надел свой перстень, затем тыльную сторону ладони, после чего выпрямился и мазнул губами по моей щеке.

Я вяло улыбнулась под требовательным монаршим взглядом.

— Ну вот, совсем другое дело! А теперь живо веселиться! У нас сегодня праздник!.. Кстати, удобный случай, чтобы объявить о помолвке. Вы как считаете, дети мои?

«Если бы мы на самом деле были детьми Императора, — подумала я с тоской, — то у нас было бы несколько вариантов ответа, а так лишь один».

— Это будет честью для нас, — тряхнул головой Даккей, а я присела в реверансе.

И теперь задыхалась в жадной до жарких новостей толпе, мечтая оказаться где угодно, только не здесь, и если не поговорить с Даккеем, то хотя бы его увидеть…

Увы, но после того, как было объявлено о нашей помолвке, сияющая, как новенький золотой герцогиня, взяла меня в полный оборот, для начала заявив:

— У вас, моя дорогая, сегодня последний свободный вечер, когда вы со спокойной совестью можете танцевать, с кем душе угодно! И никто-никто не посмеет посмотреть на вас косо! — Моей душе было угодно удрать отсюда поскорее, но кто ж позволит? — Поэтому сегодня мы будем веселиться! Уверена, у вас не будет отбоя от желающих!.. А вот и первый из них. Лорд Грисан, помнится, вы отменно танцевали мазурку…

Мазурка, вальс, па де кар, кадриль, полька и снова вальс. И полонез.

Я задыхалась. У меня разболелась голова. Я так устала держать лицо и не замечать любопытных взглядов. Я оглохла от сплетен в свой адрес, ибо высший свет не стеснялся строить предположения о причинах нашей скоропалительной помолвке и множил их со скоростью пчелиного роя, опыляющего один маленький палисадник.

Я своими ушами слышала, как двое приличных с виду мужчин делали ставку на то, что наш с Даккем первенец родится раньше, чем через девять месяцев.

Кусала от ярости губы, столкнувшись с версией о моей неимоверной распущенности.

Обижалась за Даккея, потому что его, конечно, заставили взять порченную Алларей.

И прочее, и прочее, и прочее…

Но я терпела. Правда, терпела. И головную боль, и тошноту, и корсет и мозоли, пока очередной партнёр по танцевальной фигуре не шепнул мне в ухо:

— Жаль, что красть невест последние лет двести считается дурным тоном. Я бы вас точно украл! И плевать, что в утробе не моё дитя. Зато остальные моими будут…

— Да катитесь вы в Бездну! — прошипела я, отталкивая от себя наглеца.

Размахнулась и так припечатала руку к щеке, что звук звонкой пощёчины на мгновение перекрыл громкую музыку. А затем прошипела, в обескураженное лицо:

— Радуйтесь, что руки о вас марать не хочу, а то бы вызвала на дуэль и вкатала бы в грязь, где вам самое место!

Всё надоело. То, что меня заставили прийти на бал, то, что, как куклу таскали по рукам от танца к танцу, то, что при этом я должна была улыбаться.

НАДОЕЛО!

— Леди, я…

— В Бездну!

Я развернулась и, подхватив юбки, выбежала из бальной залы.

Я задыхалась.

Вечер, который должен был стать чем-то приятным и восхитительным, обернулся полной катастрофой.

Мне нужна была пауза, если не для того, чтобы спокойно выдохнуть. Чтобы собраться с мыслями и… и…

Кулаком стёрла непрошеные слёзы. До чего же обидно! Кто я? Разве я не человек, а зверушка? Разве можно вот так просто взять и связать двух людей? Разве наши с Даккеем желания никого не волнуют? И зачем они вот так нас грязью? За что? Мы же… я же… я же ведь почти…