Должность мечты - Марья Моревна

— Терриус, он же всезнающий дядя нашего нового друга, по совместительству смотритель…

Мы отпустили Итана, вышли из парка и сейчас шли в сторону главного корпуса, обсуждая полученную информацию. Я высшего не перебивала, не показывая свою осведомленность, но и удивление не изображала, что он и заметил. Замолчал, поглядел на меня внимательнее.

Его брови удивленно взлетели.

— Можно не договаривать?

— Угу.

— Очень умная и проворная у меня напарница, — хмыкнул он спустя мгновение неподдельного изумления. — Да еще с собственными загадками. Впору начать подозревать. Может, и ты мне что-то расскажешь, чего я еще не знаю?

Говорил он о другом и в шутку, но на последних словах оба подумали о моей тайне. Барт нахмурился и отвернулся, по-видимому не ожидая от меня никаких признаний.

— Расскажу, — решилась я. — О предсказании Аскель. Делу эту вряд ли поможет, но, может, тебе интересно.

Он повернулся и поглядел с сомнением.

— Интересно, — подтвердил он. — Мне все, что связано с тобой, интересно.

Увидев, что я настроена серьезно, улыбнулся открыто и беззаботно, будто не хмурился минуту назад.

— Если вдруг захочется чем-то поделиться, говори не раздумывая. Ради такого можешь и ночью разбудить и отбор прямо посреди испытания остановить.

Несмотря на легкое напряжение, сквозившее между нами, я не смогла не улыбнуться в ответ.

Арх смолк, ожидая моих слов, и я смущенно опустила голову.

— В общем-то ничего интересного…, - забормотала еле слышно. — Ты, наверное, помнишь первую часть предсказания о том, что я все получу, но…

— Да, это многозначительное «но» мне тогда весь мозг сломало.

— И мне, — призналась я. — Но полностью звучит еще хуже: «Получишь все, но слез не лей».

Я подняла глаза и наши взгляды перекрестились. Мой слезливо-набухший и его встревоженно-ласковый, окутывающий. Я вздрогнула, почувствовав широкую ладонь, обхватившую меня за талию. Барт на ходу притянул меня к себе и еле ощутимо коснулся губами виска.

— Слезы не всегда означают горе, моя хорошая, — философски заметил он, сам понимая, что это слабое утешение.

А я в который раз удивилась насколько свободно и раскованно он себя чувствует. Обнял меня посреди улицы, ни от кого не таясь. Пресечь слухи после такого — дохлый номер — все равно поползут.

Я мягко отстранилась и заметила:

— Больше похоже на то, что мои мечтания сбудутся, но радости это уже не принесет.

— Может быть, — не стал спорить арх. — Но, Лин…

Он остановился, вынуждая и меня застыть посреди дороги, аккуратно провел пальцами по моей щеке, потом обхватил лицо двумя руками, будто собираясь поцеловать. Дернуться я не успела — он заговорил, и я поняла, что тревога ложная, арх просто хотел завладеть моим вниманием, глядя глаза в глаза.

— Линара, слезы и разбитые мечты — не самое страшное, что может случиться, — он с шумом выдохнул. — Представь, я уже вообразил, что кто-то умрет. Смерть не обнулить, а с остальным мы справимся. Только доверяй мне. Говори все — и страхи и тайны — я тебя все-равно не оставлю.

Он говорил так уверенно и правильно, что я не могла не поверить. Хотя бы на секунду. А потом вспомнила кто я. Чужое имя, чужое тело. Только мечты и остались. Если и они обернуться слезами…

Воспользовавшись тем, что нас плотно обступили деревья, и рядом никого нет, безотчетно вжалась в мужскую грудь, теплую и уютную, спрятавшись от одолевающих меня мыслей. Совсем скоро закончится отбор, и закончится это безумно приятное время. Срок для счастья я определила себе сама — слишком продолжительное оно могло меня расслабить и лишить воли, заставить врать бесконечно. Я и сейчас не представляла, как смогу уйти, ведь осталась всего пять дней до финального испытания, так мало и так неизбежно.

За спиной раздался полусмешок- полукашель.

— Стало быть, вот она, новая напарница, — произнес знакомый голос. — О чем-то подобном я и думала.

Марриса улыбалась, но смотрела на меня, отскочившую от арха, с тревогой.

— Вы знакомы? — я растерянно, все еще не полностью вынырнув из своих переживаний, перевела взгляд с высшего на свою полную сюрпризов соседку.

Марриса красноречиво фыркнула, а Барт пояснил, ничуть не смутившись:

— Марриса — дочь моего давнего друга.

— Будь моя воля, давно бы тебе рассказала, — Марриса подхватила меня под руку, увлекая за собой и оставляя арха позади. — Чтобы Барт не раскрыл меня батюшке, пришлось помогать. Хотя я в принципе за мир во всем мире, так что можно сказать работаю на добровольных началах.