Деллин Шторм - Ольга Пашнина

   Тучи разошлись, обнажив темное небо с мерцающими звездами. День и ночь будто поменялись местами, еще на шаг приблизив Штормхолд к хаосу.

   Три звезды, три спутника, ярко сияли, освещая людские головы.

   А потом навсегда погасли.

   Она стояла посреди площади, темная статуэтка в окружении огней. Флеймгорд обступила плотная тьма, она накрыла Штормхолд, спрятав под собой все страхи и пороки, оставив лишь совершенство линий, очерченных отблесками пламени. Фигуру богини, бессильно опустившую плечи. Сломанную игрушку, забытую в витрине старого магического магазинчика.

   Страх подгонял, пьянил и дурманил. Страх перед тьмой, лицо которой явил темный бог, затуманил и разум, и человечность. Казалось, толпа способна на все – и она была способна. Готовая мстить, терзать, уничтожить символ их потерь, вдруг оказавшийся так близко.

  Таара все еще сжимала в руках меч, способный одним движением оборвать ее жизнь, на этот раз окончательно. Запекшаяся кровь в полумраке казалась черными дырами в идеальном магическом клинке.

  Стоило кому-то вырвать из ее рук оружие – и она знала, что почувствует, что ощутит, когда плоть прорежет колдовская сталь.

  А еще – почти хотела.

  Медленно, остановив пустой равнодушный взгляд на одном из тех, кто держал в руках обгорелые останки плаката, богиня протянула меч. Перехватила за клинок, от чего черная кровь смешалась с ночной неестественной тьмой и протянула, словно призывая и прося.

  Драконий крик и треск электричества слились в единый грохот. Тара отшатнулась, а люди в панике разбегались. Они появились словно из ниоткуда – дракон и бог, встали между ней и толпой, закрыв собой, и ни у кого не возникло и мысли пойти против тех, кто был готов защищать ее до последней капли крови.

  За спинами огненного короля и бога грозы взметнулись клубы черного дыма.

  Они могли защитить ее от всего мира.

  Но не от нее самой.

***

Было больно. Стоя на балконе я почти не чувствовала боли от магии, что все же достигала цели, а сейчас, оказавшись вдали от столицы, поняла, что все руки исцарапаны, на ногах вздуваются волдыри от ожогов, а по виску бежит кровь – и я даже не смогла вспомнить, когда и как поранилась.

   А ещё меня била крупная дрожь. Мир словно сошел с ума, дождь сменился снегом, а плотная непроглядная темнота принесла с собой холод. Вода от устроенного мной шторма застывала на глазах, корочкой покрывая черные покореженные стволы.

   Идти было больно, но я шла. Слыша шум водопада, упрямо брела вперед, все еще сжимая меч и стараясь хотя бы для себя выглядеть достойно. Хотя достойно чего? Внутри не осталось ни капли человеческих чувств. Немного страха, может. Там, на площади, вдруг на секунду показалось, что я ненавижу их сильнее, чем хаос внутри. Неожиданно манящей стала мысль поставить их на колени. Если не смогли полюбить, так пусть боятся!

   А потом Бастиан и Крост закрыли меня собой, и стало стыдно. И больно, потому что я так долго врала самой себе, что темной Таару делала безумие! Я хотела быть частью светлого мира, хотела, чтобы он меня принял, хотела жить так сильно, что вернулась из мертвых.

   Но все равно сдалась. Они меня не бросили, а я была готова.

   Я не хочу к нему! Не хочу снова в тот ад, не хочу в склеп с драконьими костями, не хочу свиту из призрачных принцесс, каждая из которых смотрит ненавистным взглядом. Не хочу так жить и ненавижу в себе ее.

   У самых камней я все же не удержалась на ногах и упала. Меч выскользнул из ослабевших пальцев прямо в воду. Потянувшись за ним, я всмотрелась в отражение почти незнакомой девушки.

   «У тебя глаза грустные», - всплыли в голове слова Бастиана.

   Из груди вырвался прерывистый всхлип. Он говорил их не мне, он говорил их совсем другой девушке. У нее были каштановые волосы и совсем не было шрамов.

   Пальцы свело судорогой от ледяной воды, но я все равно достала меч, зажала в руке косу и с силой резанула по волосам, с отвращением отбросив оставшуюся в руке косу в сторону. Схватилась за прядь, отрезав и ее. Потом ещё и еще, кромсала неровно, как могла захватить, бросала охапки иссиня черных густых волос в воду и рыдала, размазывая по лицу грязь, кровь и слезы.

   От жалости к себе, от чувства вины перед Бастианом, от страха перед Акорионом. Слушая голоса тех, кто не пережил эту зиму. Мне чудились Эйген и Берген, Алайя и Надин. Едва я умолкала, до боли в горле сдерживая рвущиеся наружу рыдания, голоса пропадали тоже.

   Наконец стало неудобно кромсать мечом слишком короткие волосы, и я снова поднялась. Ступила на скользкие камни, оступилась, вымокла до нитки, но снова поднялась, с трудом продвигаясь к водопаду. Его чернеющее нутро манило со страшной силой, почему-то казалось, что стоит мне ступить в знакомый подземный мир, станет хоть чуточку легче.

   - Деллин, стой.

   Я замерла, пытаясь понять, мне снова чудится или Крост и вправду стоит у меня за спиной.

   - Где ты был?

   - Пытался спасти этот мир. Мне нужна твоя помощь.

   - Помощь?

   - Акорион его меняет. Ты же видишь, что творится. Ночь не закончится, если мы ее не остановим. Я не хотел впутывать тебя, не хотел просить сделать больше, чем ты уже сделала, но у Штормхолда два бога. Без тебя ничего не получится. Никогда не получалось. Мы должны это остановить.

   - Зачем?

   - Потому что это наш мир.

   - Мой – там. – Я показала на водопад. – Там будет много работы.

   - Деллин, ты не заслужила того, как с тобой обошлись.

   - Разве?

   - Не ты сотворила все это.

   - Из-за меня.

   - Ты не можешь нести ответственность за брата.

   - Он часть меня. Я так больше не могу. Я не могу им помочь. У меня больше нет сил, прости.

   - Деллин, ты запуталась. Тебе страшно. Я знаю. Нужно немного времени, все пройдет, мы справимся. Мы их остановим, у нас есть власть. Мы покажем им Катарину и расскажем вашу историю. Не совершай непоправимых ошибок. Выпустив хаос, ты не избавишься от боли.

   Я и рассмеялась и разревелась одновременно. Вздрогнула, когда смысл сказанного Кроста дошел до смертельно уставшего сознания. Боги, какой он видел меня сейчас? Сумасшедшей? Готовой уничтожить мир? Той самой Таарой, которой я боялась стать и все же стала, пусть и на несколько мгновений, показавшихся бесконечными?

   - Я не собираюсь выпускать хаос… - почти прошептала я.

   От слез говорить было больно.

   - Тогда зачем ты туда идешь?

   - Я НЕ ЗНАЮ!