Формула отбора - Ирис Ленская

Собрав всю свою волю, я медленно двинулась к сияющему саркофагу. Приблизилась и ахнула: его почти до краёв заполняла сиреневая жидкость кристальной чистоты, а в ней покоилась высокая, стройная, божественно красивая женщина лет тридцати на вид. Густые, цвета какао с молоком волосы слегка прикрывали покоившиеся вдоль тела нежные белые руки. Тонкие черты лица завораживали, как и огромные, широко раскрытые фиалковые глаза, хотя отсюда и трудно было определить их настоящий цвет. На женщине было длинное золотистое платье с необычной вышивкой из цветов и листьев.

Красавица явно жива. Пусть выглядит так, будто не дышит, но я каким-то шестым чувством ощущаю биение её сердца.

Несомненно, передо мной богиня Эрра. И она намного прекраснее, чем её изображения на картинах и фресках. Сразу же вспомнились слова Дары: «Лежит наша матушка в хрустальной гробнице, куда её заточил Витор. По преданию, в самой Лунной долине уже третью тысячу лет отбывает наказание…»

Но что значит «заключённая в хрустальную гробницу»? Здесь даже крышки нет. Или существует силовое поле?

Я не могла отвести взгляда от прекрасного лица. Казалось, богиня даже не спит, а просто лежит с открытыми глазами. Может, попробовать её разбудить?

Почему-то страха не было, а решение казалось единственно правильным. Осторожно опустив руку в прохладную жидкость, я дотронулась до лба спящей. Губы богини дрогнули, и водная гладь подёрнулась мелкой рябью.

Получилось?!

ПРОДОЛЖЕНИЕ

Вода хлынула на пол мне под ноги, заставив отдёрнуть руку. В следующий миг тело, лежавшее в саркофаге, исчезло.

С гулко бьющимся сердцем я обернулась, скользя взглядом по залу. Никого! Как всё странно, и где же сама богиня?! Ответа не было, не было ничего: ни открывшегося портала, ни голоса в голове, ни видений. Может, она уже вознеслась на небеса, где её встретил удивлённый муж? Или вовсе не удивлённый, а разгневанный? Но ведь Витор наверняка знал, что я собираюсь сделать. Мог бы и остановить, если мои действия были противоправными.

Значит, время ещё не пришло. Судить пока некому.

В зале я оставалась недолго. Ещё раз осмотрела саркофаг и стены, но больше ничего не трогала. Оживлять странные скульптуры не решилась. Пусть и дальше украшают гробницу. В задумчивости пошла обратно к выходу. Что будет дальше, я не представляла. Если там меня ждёт император с войском, значит, расскажу ему всё. В конце концов, кажется, мне удалось освободить Эрру. Может, это облегчит наказание.

К залу с ожившими воинами я возвращалась с опаской. Прислушивалась, напряжённо вглядывалась в темноту. Оттуда не доносилось ни звука. Вдруг они только и ждут моего появления, чтобы расправиться? Сильно сомневаюсь, что лёд до сих пор не растаял. В конце концов, боевыми заклинаниями мне пользоваться ещё не приходилось. Использованное было чем-то из разряда защитных, сдерживающих агрессию.

Наконец я всё же решилась войти. Другого пути отсюда всё равно не знала. И как же удивилась, что там оказалось пусто! Воинов и след простыл, а обрушившиеся стены выглядели как новенькие — все камни встали обратно на место.

Нервная дрожь отпустила, теперь оставалось только выйти наружу. Мне было уже всё равно, что там ждёт — хоть сам Витор. Главное — выбраться из этой гробницы и вздохнуть полной грудью, пусть даже это последний глоток воздуха.

Как же хочется напоследок увидеть Вернона! И сказать ему самое главное. То, что не успела… Любовь — сумасшедшая, сказочная, такая короткая, за которую я готова вечно благодарить бога, — останется со мной навсегда

Собравшись с силами, я наконец подошла к выходу и остановилась, с наслаждением вдыхая густой влажный воздух. Отсюда открывался вид на озарённое розовым рассветом небо. Такое безмятежное и далёкое… как и мой возлюбленный.

— Та…и…ра, — раздался его голос.

Или мне это почудилось? Вытянув руки, как слепая, я сделала шаг вперёд — и в проходе наткнулась на Вернона. Он стоял, купаясь в лучах восходящего тионийского солнца, высокий, статный, красивый. Такой родной и желанный!

Не может быть… Что это, всего лишь фантом?

Ноги не выдержали, я чуть качнулась и начала оседать.

— Любимая!

Вернон подхватил прежде, чем я приземлилась на холодный гладкий пол. Несколько мгновений мир кружился и плыл, а потом пришло осознание, что я лежу в объятиях кайра.

— Клянусь Витором, нас никто и никогда больше не разлучит!..

Оставалось лишь счастливо улыбнуться. Это самый лучший подарок, который могла сделать богиня. Вернон мягко повернул к себе моё лицо и, наклонив голову, нежно прикоснулся к губам.

— Прости меня. Следовало догадаться, что затеял отец.

Две светлые пряди упали мне на лицо и, встрепенувшись, я приподнялась.

— Что это, любимый? Твои волосы поседели?