Степь - Константин Калбазов

– Что тут у вас? – Окрик Джефа заставил замолчать словоохотливого воина.

Ответил Рон, который и был одним из беседовавших дружинников:

– Заканчиваем.

– Смотрите, чтобы ничего из их имущества не смели брать.

– Помним. Не маленькие.

– Не маленькие, а лапки загребущие.

– А чего так-то, господин десятник? – вновь завелся молодой воин. – Вон сэр Андрэ и золото и серебро все собрал, а они-то – того… Имперские.

– Золото и серебро в слитки переплавятся, а вот какую вещицу не переделаешь!.. Или на костер захотелось взойти?

– Не. На костер неохота. Господин десятник, я что спросить-то хотел. Это что же получается, Церковь нас обманывает?

– Не Церковь, а инквизиция. Разницу пойми. А потом, и в инквизиции не все сволочи, возьми нашего падре Томаса – достойный был человек, просто верил всем сердцем в то, чему служил.

– А мы чему служим?

– Не чему, а кому. Я служу своему сюзерену и вам, моим боевым товарищам, только перед ним и вами мне и держать ответ. Ну, может, еще перед твоей Мэри.

– А перед ней-то с какого?

– А вот пришибут тебя, дурня, тогда и узнаешь.

– Э-э, нет, тогда точно не узнаю.

– Копай давай, зубоскал.

Взъерошив густую рыжую шевелюру парня, Джеф еще раз окинул взглядом братскую могилу и, удовлетворенно кивнув своим мыслям, направился в сторону, где Андрей потрошил двоих орков, захваченных живыми. Судя по всему, один из них был владельцем каравана, второй – командиром отряда охраны.

Три недели они провели в степи, выписывая по ней зигзаги, в поисках возможного караванного пути. Задача была не из простых, так как все известное им сводилось к тому, что торговцы империи приходят откуда-то с юга. Никаких более точных данных о направлении, где их следует искать, у них не было. Но Господь не попустил.

К исходу третьей недели они наконец нашли дорогу. Впрочем, дорогой это назвать было нельзя даже с большой натяжкой. Просто по наиболее удобному маршруту для движения повозок они обнаружили застарелые следы движения караванов. Не дорога, а так, направление. Но это уже было что-то.

– Ищем место, удобное для засады. Но только удобное для нас, а не для кого угодно, потому как в тех местах они и сами будут внимательны. Нам не воевать нужно, а быстро напасть и раствориться.

– Ясно, сэр. Сделаем в лучшем виде. Вот только в прошлом-то году торговцы в степь так и не пожаловали, а ну как и теперь не придут? – не скрывая озабоченности, проговорил Джеф.

– Лучше уж пусть припожалуют. Не хочу соваться на территорию империи, ничего заранее не узнав.

– А нам туда надо?

– Надо. Иначе у нас в руках будут не факты, а сплетни.

Место нашлось довольно быстро. На берегу небольшого озерца, образованного разливом мелкой речушки, обнаружилось место стоянки, и было видно, что пользуются им весьма часто – ну, в смысле из года в год. По всему выходило, здесь устраивали ночевку караваны. Место очень неудобное в плане засады: ровная как стол степь не позволяла незамеченными приблизиться к нему никому. А для обороны – наоборот, очень удобное. На стоянку купцы располагались на вдающемся в озеро мысу, связанном с берегом узким перешейком, на котором едва могли разъехаться две повозки.

В двух милях выше по течению речки имелись густые заросли камыша, где и можно было спрятать весь отряд до поры до времени.

– Идеальное место, – удовлетворенно констатировал Андрей.

– Это точно. Здесь двумя десятками можно две сотни держать. Берега топкие, не обойдут. Так что, скорее всего, они поставят пару повозок поперек прохода, за которыми в случае чего и укроются стрелки. Нет, сэр. Здесь нам их не взять.

– С чего бы это?

– Так спрятаться негде, подкрасться можно только с одной стороны, да и то они будут за укрытием.

– А если с воды?

– По воде только бездоспешные могут: глубоко. А как с одним мечом против них выходить? Оно, конечно, попытаться можно, да только… Нет. Если эти имперцы получше степняков мечами владеют, то покрошат нас. Да и степняки покрошили бы.

– Это если врукопашную. Опять забыл, на что мы упор делаем?

– Да как же из воды-то стрелять?

– Это луки да арбалеты влаги боятся, потому как размокают и к стрельбе не пригодны. Кстати, наши арбалеты влаги не боятся, так как тетива у них из проволоки, если только поржавеют слегка, другое дело, как их перезаряжать в воде, когда и до дна-то не достаешь. Ну а если говорить о карабинах, так это и вовсе песня.

– Так на них ничто не повлияет?

– А чего им. Только воду из ствола на всякий случай нужно слить – мало ли. А так ничего страшного. Значит, смотри, поступим так. Мальцы подкрадутся с берега – и по сигналу начнут расстреливать караул. Скорее всего, у них почти сразу исчезнут цели, но это не страшно. Их главная задача – чтобы никто не сбежал в степь. Остальные делимся на пятерки и подбираемся с воды с охапками камыша. Людям прикажи, чтобы ни в коем случае не стреляли в тех, кто больше всех будет распоряжаться. Это, скорее всего, будут старший охраны и сам купец. А то и разговаривать-то будет не с кем. Их подстрелит Яков – он самый лучший у нас стрелок, поработает снайпером.

– Кем?

– Без разницы. Это понял?

– Да.

– Пошли дальше…

Гладко было на бумаге… Прождать пришлось неделю, прикладывая все усилия к тому чтобы никоим образом не привлечь к этому месту внимания кочевников. А это означало, что они не охотились, сидели как сычи в зарослях камыша, не разводили огня и не готовили горячей пищи. Одно дело, когда это просто ночная стоянка, тогда можно и костерок развести, и поесть приготовить, потому как наутро ты уже покинешь это место. Сейчас ситуация была иной: они были буквально прикованы к этому месту, так что приходилось давиться вяленым мясом, твердым сыром и не менее твердыми сухарями. Благо хоть вода в речушке была пригодна для питья, но опять-таки река – она и есть река, вода в ней не отличается особой чистотой. Андрей все переносил нормально, а вот не меньше половины отряда уже на четвертый день начали мучиться животами, даже их луженые желудки, не испорченные цивилизацией, не имели возможности противиться такому обращению.

– Сэр. Мы уже шесть дней здесь сидим. Еще пара дней – и люди изойдут кровавым поносом. – Джеф выглядел озабоченным, и было отчего. Медицина в этом мире была в зачаточном состоянии, так что дизентерия – это могло оказаться весьма серьезным.

– Проклятье. Хорошо. Ждем еще сутки, если к завтрашнему вечеру никого не будет – ночью отпаиваем людей бульоном и отварами, а утром выдвигаемся.

– Если так, то, может, уже сегодня? По всему выходит, что стоять нам тут недолго осталось, а люди уже измаялись.