Поступь Тьмы - Руслана Истрова

Он на несколько секунд замер в дверях, внимательно изучая меня и заваленный бумагами стол, затем уверенно перешагнул порог, пересек кабинет и опустился в кресло напротив.

А я не стала изображать недоумение и просто поздоровалась:

— Добрый вечер, тэр Леннарт.

— Умная, — удовлетворенно кивнул он. — Не сомневался.

Глупец, читающий газеты, справился бы с опознанием ничуть не хуже, но, разумеется, озвучивать я эту мысль не собиралась.

— Желаете кофе? — Я глянула на сгущающиеся за окном сумерки и поморщилась. — Или чаю?..

В коридоре уже слышались быстрые шаги и звон фарфоровых чашек — немного заполошная, но искренняя в своих порывах Ильса спешила уважить гостя после долгого пути.

— Нет, — коротко отозвался он, и звон затих перед самой дверью, а потом на той же скорости удалился.

— Ну тогда… слушаю вас.

Я взглянула Леннарту-старшему в глаза и действительно приготовилась слушать, хотя хотела этого меньше всего на свете. Ну что нового он может рассказать?

Что Виктор достоин большего? Что из-за меня блестящий почти-выпускник отказался от лакомого места при дворе? И, мол, неужели я сама не вижу, что это пыльное поместье и моя глупая затея с приютом для нестабильных магов — слишком мелкая цель для столь выдающегося молодого человека?

Согласна. Знаю. Вижу.

Более того — для самого Виктора все это тоже не секрет, и он отнюдь не собирается отказываться от своих планов и желаний, просто на первых порах помогает мне осуществить мои. Вот только если он не удосужился успокоить отца, то и мне остается лишь смиренно внимать его гневу.

— Сколько человек служит в поместье?

— Дв… что?! — Я так опешила, что едва не ответила машинально.

— Это все документы по приюту? — Аластар Леннарт кивнул на кипы бумаг на моем столе.

— Вас интересуют дела приюта?

Еще даже не открывшегося, кстати.

— Меня интересует, как ты с ними справляешься.

Я прокашлялась, собираясь с мыслями, но выразить мне их не дали.

— Врожденная сообразительность — это хорошо, но образования ничто не заметит, — наставительно произнес Леннарт-старший. — Институт — это не только знания, но еще и опыт, общение, зарядка для мозга, расширение кругозора…

— Осенью я иду в Первую Академию, — наконец смогла вставить я, с ужасом понимая, что будто оправдываюсь.

— Не в ИОВ? — прищурился гость. — Почему?

— ИОВ заточен под магов, а я хотела бы… расширить кругозор.

И он захохотал, запрокинув голову, от души.

Боги, как же похоже они смеются!

— Язва. Мне нравится. Смо…

В этот миг дверь за его спиной распахнулась, с грохотом ударившись о стену, и в проеме возник взбешенный Леннарт-младший. За прошедшее время я видела его всяким, и злым в том числе, но так сильно ноздри его еще не раздувались.

— Тебя не приглашали! — рявкнул он на отца.

— А ты не постучал, — спокойно ответил тот. — Это кабинет директрисы приюта, негоже вот так вламываться, какие бы отношения вас ни связывали.

Я поджала губы, чтобы не улыбнуться, и, заметив маячившего за дверью Ульфа с крайне обеспокоенным лицом, покачала головой. Он помогал мне во всем, практически стал правой рукой, но сюда ему соваться точно не следовало. Ульф нахмурился, отступил в тень, но не ушел.

— Отношения? — угрожающе переспросил Виктор. — Не лезь в мою личную жизнь!

— Было бы куда лезть, — отмахнулся Леннарт-старший. — Здоровый лоб, а все в игрушки играешься. Выдумал себе любовь, но и дураку ясно, что все несерьезно, раз до сих пор…

— Я ее люблю, — перебил Виктор и повторил раздельно: — Я. Ее. Люблю. Вопрос закрыт?

Они с отцом несколько мгновений буравили друг друга взглядами, наконец последний кивнул:

— Чтоб через два дня были к ужину. Оба. Мать позвала гостей. — Затем оглядел нас по очереди, еще раз кивнул и вышел, тихонько прикрыв за собой дверь.

— Это было странно, — пробормотала я, склонив голову.

— Это был Аластар Леннарт, великий и ужасный. — Виктор потер лоб, шагнул ко мне и снова замер: — Проклятье, я все испортил!

— Что именно? — Я сама вышла из-за стола к нему навстречу.

— Признался в любви отцу, а не тебе.

Щеки запылали, но я сдержалась и не отвернулась, хотя было невыносимо неловко.

— Я же слышала…

— Все равно не считается. Эй… — Виктор за секунду преодолел разделявшие нас метры, обхватил мое лицо ладонями и повторил: — Я тебя люблю. Кая Кристина Валборг, я тебя люблю.

— Признался под напором, — шутливо проворчала я, не зная, куда деть глаза.

— Ах так? Ладно. Хорошо. — Он отпустил меня и скрестил руки на груди. — В качестве доказательства своих чувств я одним махом исполню два твоих заветных желания.

— Ого. Это каких? — Я скопировала его позу. — Пригласишь тьмагов на гулянку?

Виктор скривился:

— Берг с Монсоном были на той неделе, до сих пор голова гудит.

— Значит?..

— Значит, первое: ты мечтала, чтобы Валборги навсегда сгинули.

Сердце замерло.

— Убьешь последнюю из рода? — Снова хотела отшутиться, но прозвучало жалко.

— Хуже. Заманю последнюю из рода в другой клан.

— А второе? — прошептала я, зажмурившись.

— Второе… — Веки опалило его горячее дыхание… Виктор стоял совсем близко. — Избавлю тебя от дневников. За семью отец любого порвет и ради невестки точно расстарается. С ним и записи, и Источники будут в полной безопасности.

Я молчала, и он склонился еще ближе, коснулся губ губами.

— Годится?

— Годится, — тихо ответила я, не открывая глаз. — Я тоже тебя люблю.

— Призналась за взятку.

Сказать «все может быть» я не успела. А на следующий час и вовсе забыла, что умею говорить.

Впервые за три года шесть месяцев и тринадцать дней я была безоговорочно счастлива и не собиралась больше вести отсчет.

КОНЕЦ