Отбор для невидимки - Дарья Вознесенская

Но такая вэй-гану и нужна была.

Пожалуй, самой красивой мне казалась приятельницы вдовы, вэй Андарелл. Да и самой нежной и легкой — вполне способной растопить ледяное сердце. По привлекательности ей не уступала вэй Гасар, но выглядела она при этом более жесткой и себе на уме, что тоже, впрочем, было не плохо. Такая в твердой хватке удержит и замок и… активного мужа. На их фоне две сестры — рыжие представительницы обедневшего семейства Табарилов — смотрелись блекло, несмотря на яркие волосы, и держались более… нервно, что ли. Но мне вполне импонировала их эмоциональность и непосредственность, даже несмотря на то, что причина их появления в замке граничила с меркантильностью и расчетливостью. Ищущие лучшей доли, жаждущие помочь многодетному семейству, что из-за неверных вложений и пристрастия к азартным играх их деда растеряло немалое состояние, они относились ко всему вроде как к игре… но глупышками не выглядели. И что уж точно смотрелось приятно — не стеснялись своего положения или намерения заполучить выгодного жениха. А то что от этих «выгод» регулярно пытались сбежать вэи стражи, которые попали под обстрел двух сестричек, так это проблемы стражей.

Еще одна вдова, вэя Бенар, представлялась мне чрезмерно взрослой и чопорной — вот уж про кого я точно не понимала, зачем ее оставили. Даже постоянно напуганная всем происходящим вэя Рьен и презрительно кривившая тонкие губы вэя Карсьенелл, которых, по слухам, заставили приехать родители, казались на фоне её трагически застывшего в разных позах тела живыми и заинтересованными.

Интересно, что в них всех видела вдова Майер? Какие внутренние метания и эмоции могла различить? У меня был порыв попросить её более прицельно применить свой дар, но я отказалась от этой мысли. Во-первых, Аржея могла повести свою собственную игру, а, во-вторых, не наблюдая за кем-то день ото дня вряд ли по краткой оценке состояния можно было составить дельное мнение. Ну мало ли какое у кого настроение именно сегодня — мимолетные чувства и эмоции, которые она могла «увидеть» не факт что сказали бы правду о личности девушек. И потом, с чего бы я помогала вэй-ганищу в его выборе? Пусть сам уже разбирается…

— Думаете, кто-то из них действительно понравится вэй-гану? — отреагировал распорядитель на мою последнюю реплику.

— Я не располагаю такими… мыслями, — ответила мягко, не понимая, почему мы это обсуждаем. — Вам лучше поговорить с ним самим.

— Я и говорил, вот только… он не выказал определенной симпатии.

Мужчина посмотрел на меня с надеждой.

Понятно — хочет выполнить свою работу моими руками. Но я оказалась не готова ему обещать, что выведаю что-то у Себастиана. Тому могли быть не слишком приятны такие расспросы… А меня они точно не порадуют.

— Значит, нам всем следует дождаться его знаков внимания и решения, — сказала твердо.

— Да, да… конечно, — пошел на попятный распорядитель. А потом чуть улыбнулся, — Ведь когда этот отбор затевался мы даже не рассчитывали, что нас примут… а тут почти до конца дошли. Осталось только два конкурса, ну и… проверка.

— Проверка? — спросила я с любопытством. А потом до меня дошло.

Нам не пристало говорить об этом но… не смогла сдержаться.

— А как она может проходить… ну вообще?

Забавно видеть, как взрослый мужчина смущается — но он смутился.

— Мне, безусловно, придется поговорить с вэй-ганом о возможных путях… — пробормотал едва слышно и откланялся.

Угу.

Как лучше наладить ему поставку благородных девиц в кровать.

Насколько я знала, к девственности здесь относились без особого пиетета. Были, конечно, особенно строгие семьи, но среди большинства обязательным условием для совершения брака она не была. И я предполагала, что невинными девицами была от силы половина из присутствующих вэй. Потому, наверное, уж как-то они разберутся… со всем этим.

Стало неприятно. Как они будут разбираться.

И, дождавшись, что Эрендарелл объявит о конкурсе магических подарков, после которого останется только пять претенденток, а также о совместном выезде на охоту, я тихонько вышла из зала.