Плюсик в Чарму - Кристина Юраш

Стоило мне выбежать в зал, как я услышала голос Никиты. Мне пришлось спрятаться за колонну.

- Вы нашли ее? – встревоженно спросил Никатос. Я выглянула, видя, как к Никите склонилась высокая черная фигура.

- Нет, но найду,- послышался негромкий голос.

- Понимаю, что тетя будет ругаться о том, что я … я бросился к вам, но… - в голосе Никиты было смущение.

- Синяк откуда? – послышался вопрос.

- А… Да, так! – отмахнулся Никита, тряхнув серебристой челкой. – Мелочи!

- Иди сюда, - послышался голос Физалиса. Его мантия прошуршала в тишине. Я видела из-за колонны, как он присел рядом с Никитой. – Ты – мужчина. Чародей. Ты должен уметь защищать себя и тетю. Ты видел, как маги относятся к немагам. И ты учишься, чтобы в будущем защитить ее.

Никита молчал. Он смотрел на бледное лицо, которое застыло на уровне его глаз.

- Нужно драться? Дерись. Бей. Бей первым, если драки не избежать. Не позволяй себя обижать. И не надейся, что прилетит тетя и разберется, - я слышала его голос и удивлялась с каждым словом.

- Да, но … ректор сказал быть выше этого, - замялся Никита. – Не обращать внимания. Подразнят и перестанут!

- Это – позиция слабака. Однажды ты женишься, заведешь семью. И ты обязан будешь защищать ее. Однажды я врезал ректору. Мы с ним вместе учились. За твою маму, - послышался голос Физалиса.

Никита открыл рот от удивления.

- Мы были маленькие. Чуть старше тебя. Она позвала меня на свидание. Чтобы Филиус поревновал. И все свидание она только о нем и говорила. «Ой, а ты знаешь, Фил такой замечательный! Ой, а ты слышал, как Фил…». Я слушал десять минут, двадцать минут, полчаса … А потом терпение кончилось, и я ее поцеловал. В надежде, что она умолкнет хоть на минуту. Или врежет мне пощечину и уйдет, - усмехнулся Физалис. – В принципе, я не ошибся. Но потом подошел к Филу и врезал ему, от души.

- За что? – обалдел Никита.

Я представила маленького мальчика, который подперев кулаком щеку слушает про «замечательного Фила», и чуть не прыснула.

- Я случайно услышал, как Фил жаловался на Лорелей. Он был уверен, что родители Лорелей богатая семья волшебников. Но потом узнал, что нет. И решил встречаться с Ирандой. Потому, что у нее отец – заместитель министра магии. А у меня в тот день настроения не было, - послышался голос Физалиса.

- Я бы рад, но нас не учили боевым заклинаниям… - послышался голос Никиты. – А у Дариуса отец – боевой маг… И он научил …

- Подойди ближе, - послышался смеющийся голос. Руки в черных перчатках взяли за руку Никиту и поставили пальцы в какое-то нелепое положение.

- Запомнил? – прошуршала мантия. Я просто обалдевала от происходящего.

- Это простое, но очень действенное заклинание молнии. Теперь повторяй, но только про себя,  - шуршала черная мантия. – Целься в грудь. Поверь, тебе понравится.

- Ой! – обалдел Никита, когда из его пальцев выстрелила зеленая молния. – Вау! Класс!!! Спасибо!

Он швырял молнии во все стороны и с обожанием смотрел на Физалиса. Тот выпрямился во весь рост и отряхнул мантию.

- Ааааа!!! Я теперь смогу врезать! Да! -  танцевал Никита, рассматривая свои пальцы.  – Ой, только тете не говорите. И я не скажу, что мы с вами разговаривали. А то она вас ненавидит. И заругает… И вы не говорите! Я не хочу, чтобы она расстраивалась…

Никита, ну что ты говоришь! Маленький мой, ну зачем? Неужели со стороны я выгляжу именно так? Какой кошмар!

Я кусала губы, прячась в темноте за колонной.

- Ты на урок не опоздаешь? – послышался голос Физалиса. Он достал драгоценные часы и показал Никите время.

- Ой! – подскочил Никита. – У нас основы черной магии! Бли-и-ин! А как же тетя? Если она придет, то сюда! Кто-то же должен отправить ее домой?

- Иди на урок. Я подожду ее! – послышался голос Физалиса, когда я окончательно скрылась за колонной.

«Мужской пример», - стучало у меня в голове, когда я чувствовала себя обязанной. Я за этот маленький урок не расплачусь! Мне было так стыдно, так стыдно, что я стиснула зубы.

Нет, ну это правильно. Неправильно только то, что я в прозрачном дождевике прячусь за колонной.  А все потому, что не хотела бы, чтобы нашу с Никитой маленькую тайну, узнал кто-нибудь кроме.

- Апчхи! – внезапно для себя выдала.

- Та-а-ак! – послышался подозрительный голос. Я обмерла, проклиная свой нос. Нет, ну только голой меня еще не видели!

- Василиск, это ты? – послышалась насмешка.

Я промолчала, пытаясь понять, с какой стороны он зайдет, чтобы двинуться вдоль по колонне. И по возможности успеть прикрыть прелести. Хотя бы руками.

Шаги приближались справа, я стала плавно скользить влево, опасливо прислушиваясь.  Шаги остановились. Я тоже. До выяснения траектории движения.

- Дай-ка угадаю, - послышался смех. –  Маленькое чудовище, не так ли? Давай, выходи!

Ага, легко сказать, когда из одежды на тебе полиэтиленовый пакетик! «Зато водонепроницаемый!», - обнадежила совесть.

- Почему прячешься?  - слышался голос уже слева. Я резко поменяла траекторию движения.

Мы напоминали детей, которые хороводятся вокруг елки. Так, а он где? Справа или слева? Что-то я не слышу его?

- Ладно, прячься дальше. Я ухожу,  - послышался голос. И удаляющиеся шаги. – У меня нет времени на детские игры.

Признаться в том, что я тут прелестями свечу, у меня не хватило духу. Мало ли, а вдруг на следующем родительском собрании прозвучит: «А я помню, как кто-то голенький по Академии бегал!».

Я решила дождаться, когда шаги стихнут, а потом опасливо высунулась.

- Попалась, - послышался голос передо мной. Я дернулась, глядя, как из воздуха, объятый зеленым дымом появляется знакомая фигура.

- Заклинание бесшумности и невидимости, - улыбались мне.

- Здравствуйте, - официально поздоровалась я.

- Здравствуй, - мне протянули руку с улыбкой самого дьявола.  Я внимательно смотрела на протянутую руку и на улыбку. Мне кажется, что вокруг его родового замка целый лес из баб. И все они шумят, волнуются и качаются от ветра, изнуряя себя диетами!

- Неужели вас, немагов, не учили банальной вежливости? – спросили у меня с такой издевкой, что мне захотелось остановить время, выучить какое-нибудь убойное заклинание и носить на могилку цветы.

- Неужели сложно со мной поздороваться? Мы же почти друзья,  – улыбка стала такой мерзкой, что я едва мысленно не сыграла свадьбу.

И тут я решила пойти ва-банк. Почти друзья? Отлично! Сейчас-сейчас!

Я встала на цыпочки, игнорируя протянутую руку, и чмокнула в  прохладную щеку. Улыбка померкла.