Отец - Роман Пастырь

Пригласили меня на званый ужин, но он начнётся через полтора часа. А до этого… Вышли в коридор, а там двинулись по дому. Пару раз попадались слуги, что кланялись молчаливыми тенями. Вдали слышался детский смех. В его сторону мы и направлялись.

— Папа! — прокричал мальчик лет шести, пронесся по коридору и спрятался за Кассиана.

За ним следом бежала юная девушка. Лет пятнадцати-шестнадцати, подросток ещё. Бежала явно с целью проучить мальчишку, но, увидев нас, мгновенно затормозила и приняла благопристойный вид.

— Дети, это Эдгард Соколов. Я вам про него рассказывал. Эдгард, это мои дети. Сына зовут Оливер. А дочь — Агнесс.

— Добро пожаловать, мистер Эдгард, — синхронно ответили дети, ещё и поклонились мне.

У Оливера поклон вышел комичным, а у Агнесс это был книксен.

— А вы правда волшебник? — с детским простодушием спросил Оливер.

— Прости, Эдгард, — посмеялся Кассиан, — я не знал, как им объяснить, что ты делаешь.

— В какой-то мере да, я волшебник, — ответил я пареньку.

— Покажите фокус?

Первое правило алхимика: когда идёшь в гости — бери с собой подарки. Оно мне нравилось больше, чем правило алхимика-налётчика.

— Легко, — ответил я и достал из кармана небольшой перстень с жемчужиной.

Выглядело не «по-мужски», зато…

— Если прокрутить жемчужину, она начнёт светиться, — объяснял я парню. — Это могущественный артефакт, который способен развеять любую тьму. Пользуйся им аккуратно.

Простая задумка сработала. Глаза парня расширились, и он завороженно смотрел на святящуюся жемчужину. Кассиан же приподнял бровь, но ничего не сказал.

— А для вас, юная леди, — обратился я к Агнесс. — У меня тоже кое-что есть.

Ей я протянул небольшую брошку в виде бабочки. Она переливалась, словно сделанная из звездного неба.

— Благодарю, — снова поклонилась она.

Разобравшись с этим «квестом», пошли дальше. По дороге Кассиан, тихонечко посмеиваясь, тихо спросил:

— Ради интереса, а если у меня десять детей? И много других родственников?

— Я подготовился. Но, как говорится, кто успел, тот успел.

Дальше началась череда знакомств. Кассиан представил свою жену, родителей, двоюродных братьев. Семейство оказалось многочисленным. Меня встретили добродушно. Спрашивали про «волшебство», но в основном разговоры сводились к нейтральным темам.

Никого, кто бы говорил голосом Основателя, я не встретил. Что ничего не значило. Сам звонок мог быть подставным. Как и эта семья. Интересно, стал бы Основатель заморачиваться, чтобы обмануть меня? Не вижу в этом смысла.

Но проверить собираюсь. Артефакты я не просто так дарил. В них была спрятана функция передачи звука, ну и маяк заодно. Если это вскроется… я как минимум в Европе себе репутацию угроблю до конца жизни. Потому что если одни артефакты могут шпионить, то и другие тоже. А следовательно, со мной нельзя иметь дел.

Риск невероятный, но и как обойтись без подобных мер, я не знал. Точнее, знал, но эти меры были частью общего плана. Если с организацией не удаётся справиться, нужна сеть пошире да половчее, вот и всё.

Пока знакомился с семьей да дом осматривал, время пролетело незаметно. Там и другие гости стали подтягиваться. Собирались они в просторном зале. Скорее даже сети залов, где легко затеряется сотня-другая человек. Жилище у Кассиана было воистину необъятное, здесь при желании и заблудиться можно.

С приходом гостей началась настоящая моя работа. Я держал в голове сотни нюансов того, как себя вести и что делать. Сколько бы ни жил в этом мире, это так и не стало естественной частью меня. Иногда названные фамилии ничего не значили. Перед походом сюда князь и Родион снабдили меня имеющейся информацией по островным кланам, главным семействам, и вообще, выдал все, что было известно. Так что тот факт, что многие фамилии я не узнавал, красноречиво говорил о том, что известно об этом государстве не так много.

Но были и те, чьи имена на слуху. В частности, отметился Агнос Дарвал. Мужчина, на вид лет пятидесяти, с благородной сединой, с индексом опасности за сотню, который точно не определялся. Его род считался боевым. Экспансия, оружие, военные разработки, гвардия с репутацией высочайших профессионалов. В своём клане именно эта семья выступала главной дубиной. Чем-то они походили на Кнайтов.

— Мистер Эдгард, — кивнул он мне. — Наслышан, наслышан… — Агнос окинул меня взглядом, взвесил и явно оценил ощущения.

Что в мире аристократов определяло очень многое. Я давно подсчитал, что если разница в силе составляет двадцать-тридцать пунктов, то это, считай, веское преимущество в переговорах. Преимущество и осложнение. Тот, кто слабее, чувствует опасность и инстинктивно готов подчиниться. А тот, кто сильнее, чувствует превосходство и желание «вцепиться клыками в горло». Оба этих состояния потомственные аристократы учились контролировать с малых лет, поэтому нельзя сказать, что это уж такая большая проблема. Но ведь и разница в силе может быть куда больше. И там начинаются совсем другие игры.

Я уже достаточно повидал, чтобы сравнить и определить, что островная аристократия в целом посильнее будет всех, кого я встречал в других местах. Европейцы разве что не так сильно уступают, думаю, разница в районе десяти-пятнадцати процентов, если считать общие значения. Но и так сам по себе этот факт мог определять обстановку в мире. Есть англичане, на уровне инстинкта чувствующие желание править остальными, более слабыми. И есть все остальные, готовые принимать это как данность.

Разумеется, современный мир куда сложнее. Технологии и оружие меняют его. Да и других рычагов, таких, как финансы и связи, хватает. Голая сила не главная, но тем не менее важная часть жизни аристократии.

Вот и сейчас, когда знакомился с гостями, чувствовал себя лисой среди волков. Матерых, опытных убийц. Неприятные ощущения. Подавляющие. Если бы не мои силы алхимика, не уверен, что выдержал бы это.

— Любопытно… — протянул Агнос. — Вы определяетесь как слабый бес, но при этом вызываете опасение. Вы не так просты, мистер Эдгард, — усмехнулся Дарвал.

Мои индекс в шестьдесят пунктов для этого человека — слабый бес.

— Ты как всегда, — покачал головой Кассиан.

Большую часть вечера он был рядом со мной. Не скажу, что прием долго продлился и что гостей было много. Но человек тридцать насчитал. Их приводили слуги, а дальше гости попадали в оборот. Либо Кассиан к ним подходил, приветствовал и представлял меня. Либо они подходили к другим гостям и завязывали общение. В целом на званый ужин это не походило. Не светское мероприятие, а скорее встреча близких знакомых. Тусовка для своих.

— Что поделать, — демонстративно вздохнул Агнос. — Такой я. Ваша броня поразительна. Особенно неприятно было столкнуться с нею в бою. Кнайты стали посмелее в этой защите.