Имя шторма - Марина Суржевская

– Да ничего он мне не скажет!

– Если будешь вести себя, как дурень Ирган, то точно ничего! – Альва испуганно оглянулась на пристань, где грянул новый гром мужского хохота. – Очаруй его. Обольсти. Ты дева, и он не отводит от тебя глаз! Воды потеплели, а это значит, даже такой, как Шторм, подвластен их чарам! Он выбрал тебя, так действуй! Узнай, где спрятан хёггкар. А остальное предоставь мне!

– Что – остальное?

– Ты же не думаешь, что мы справимся с хёггкаром вдвоем? – усмехнулась красавица. – Но это уже мои заботы, я знаю, что делать. Мужчинами легко управлять, если знаешь – как. На этом берегу полно тех, кто сделает все, что я пожелаю, за одну только ласку!

Эйтри повернулся в нашу сторону, приложил ладонь к глазам. И Альва обольстительно улыбнулась, помахала рукой. Кто-то из ильхов издал завистливый вздох.

Я перевела взгляд с девушки на пристань. А эта дева времени зря не теряет!

– Узнай, где спрятан хёггкар, Мира.

Я удивилась, что Альва знает мое имя.

– Сегодня полнолуние – лучшее время! Фьорды согрелись, воды теплые. Вокруг много хмеля и лунного серебра. В такие ночи мужчины становятся мягкими, словно теплый воск. И Шторм не устоит. Приласкай его и узнаешь все тайны.

– Хватит. Я не собираюсь его…с ним… – Вчерашний поцелуй обжег губы воспоминанием.

– Нет? Жаль, что он выбрал не меня…

Я отвернулась, но успела заметить усмешку Альвы.

– Ну что ж, тебе и не придется. Полнолуние все сделает за тебя. Эту ночь все ильхи проведут на берегу. Уж поверь, никто не уйдет на хёггкары, разве что совсем немощные старики! Но предвкушение наслаждения размягчает не меньше самих ласк. Вечером Шторм-хёгг будет здесь и будет пьян, как и все. Укрась свое лицо и тело, надень шелка. Стань водой. И узнай, где спрятан хёггкар, Мира!

– Эй, Брик, а ну, не вертись под ногами, – закричал Торферд, привлекая внимание к берегу.

Настил почти установили, широкое полотно уходило в воду и терялось на глубине. Они что, собираются катить в море бочки? Для чего все это?

– Шторм обещал, что в этом году я смогу остаться на Лунную ночь! – зазвенел от волнения голос Брика, и в ответ грянул мужской хохот.

– Мал еще! Подрасти!

– Мне почти двенадцать!

В ответ снова засмеялись. Я хотела услышать больше, но солнце заслонила фигура подошедшего Эйтри. Он все еще был в одних лишь штанах, и я отвела взгляд от худощавого, но великолепно сложенного тела. Желтый янтарь в его глазнице казался расплавленным солнцем.

Альва безмятежно поправила белоснежный завиток на щеке и призывно улыбнулась варвару.

– О чем вы тут болтаете? – резко произнес тот.

– О тебе, милый, – полился медом голос девы. – Я говорила, как мне повезло, что встретила здесь тебя! О том, как я счастлива принадлежать столь сильному и щедрому воину!

Эйтри нахмурился, рассматривая деву, но та выглядела невинной и нежной. В прекрасных голубых глазах плескалась такая искренность, что даже я засомневалась, а не причудился ли мне разговор о побеге?

Ильх кивнул, притянул Альву к себе. О моем присутствии он, кажется, забыл.

– У меня есть для тебя подарок на Лунную Ночь, – пробормотал он, щуря свой единственный глаз. – Серьги из небесных лазуритов…

– Снова подарок? – на смех Альвы обернулись почти все мужчины. Многие смотрели на красавицу с откровенным восхищением. – Ты меня балуешь, милый…

Я торопливо пошла прочь, не дослушав чужое воркование. А еще так и не поняв, что происходит на берегу. В голове застряла мысль о спрятанном корабле. Неужели Альва права? Или это тоже байки, сродни тем, что рассказывает вечерами Нана?

Размышляя и хмурясь, я добралась до узких мостков над водным потоком, обогнула горячие источники и таверну. Слова Альвы бились в голове и заставляли меня хмуриться. Я думала о людях, живущих на этом берегу, об их тайнах. О секретах, что они хранят. О костре, чадящем на склоне, и о разбитом лице Шторма. О том, что я веду себя как воин, а надо – течь, как вода… О байках Наны и о мальчике Брике, свалившемся на муравейник.

И удивительно, но я ни разу не подумала о моем брате Алексе и тем более – о Джете. С каждым прошедшим днем они становились все более далекими и почти нереальными.