Уши не трогать! - Анна Гаврилова

Герцогиня рассмеялась:

– Великолепно. Род Аргаров в своем амплуа. Да, мы пали так низко, что брак с безродной навредить уже не может. – Юная блондинка выдержала театральную паузу и добавила: – А тот факт, что у этой безродной человеческая душа – тем более.

Я вздрогнула. Но не от испуга.

Кровь вскипела в момент, перед глазами встала алая пелена. Да, я – человек! И ни одна ушастая тварь не имеет права говорить о моей душе в подобном тоне!

– Остынь! – встрепенулась герцогиня. Смеяться ей почему-то расхотелось. – Эй, – сказала, обращаясь к Вариэлю, – подожди за дверью.

Сероглазый вытянулся по струнке, коротко кивнул и поскакал прочь.

Предатель.

– Иди сюда, – скомандовала юная эльфийка, поманила пальчиком. – Да не бойся!

Черт, как же вы меня достали. Все. Поголовно. Вот сейчас развернусь и уйду! И катитесь вы в Тартар вместе с Архом, временными потоками и прочей мутью.

– Ольга, успокойся, – ее голос прозвучал очень доброжелательно, а ладошки сложились лодочкой, – ну пожалуйста.

И я подошла. Повинуясь кивку благородной дамы села рядом.

– Сними. – Пальчик блондинки указал на заколдованный перстень.

– Только после вас.

Она беззлобно прищурилась и потянула с пальца точно такой перстенек. Морок спал, от молодости и следа не осталось. Вместо ангельской красоты – дряблые морщинистые щеки, бесцветные губы и подернутые белой пеленой глаза.

Все-таки карга. Древняя и жутко вредная. То бишь типичная.

Я последовала примеру герцогини, тут же схлопотала удивленный вздох.

– Но зачем? – недоумевала эльфийка, приглядываясь к лицу. – Ты же хорошенькая!

– Прячусь, – честно призналась я.

– От кого?

– От всех. – Ну не рассказывать же ей про Ориса.

Мой ответ чем-то понравился. Уголки губ, обрамленные миллиардом морщин, поползли вверх.

– И чего хочешь от старушки-герцогини?

– Помощи.

Карга развеселилась еще больше. Эмоций не скрывала.

– А расплачиваться чем будешь?

– Приключениями, – брякнула я.

Седые, едва заметные брови взлетели на середину лба. Пришлось пояснять:

– Вы ведь не из-за сделок с Архом постарели, а от скуки.

Услыхав имя проклятого бога, эльфийка, естественно, вздрогнула. Но запрещать произносить его впредь не стала.

– И кому же ты собираешься мстить, Ольга?

– С чего вы взяли, что это месть?

– Хорошенькие девочки вроде тебя без причин в омут не бросаются. А безродные хорошенькие девочки срываются с цепочки только ради мести. Безответную любовь, желание пробиться в высшее общество и прочие глупости они способны перетерпеть. Так кому мстим?

– Вообще-то всему миру. Но начать хочу с Шердома.

– О! Так и знала, что без старого интригана тут не обошлось!

– Значит, вы поможете? – с надеждой спросила я.

– Я подумаю, – отозвалась герцогиня.

– Отлично. Можно, пока вы будете думать, мы воспользуемся вашей тюрьмой?

Благородная эльфийка не растерялась и даже не удивилась. Только глаза стали хитрыми-хитрыми.

– Откуда знаешь?

– Ну… В таком великолепном доме просто не может не быть маленькой, уютной тюрьмы. Просто так, на всякий случай.

Герцогиня вернула перстень на палец и на меня снова уставилась юная прелестница с очаровательно торчащими ушками.

– А ты мне нравишься, – заявила эльфийка.

Я расценила эти слова как согласие, тоже нацепила волшебный перстенек и пропела, подражая хозяйке дома:

– Вариэль, зайчик мой!

Зайчик возник на пороге через долю секунды.

– Пожалуйста, принеси зеркало и тот амулетик с красным камушком.

Сероглазый вытаращился сперва на меня, после на тетку.

– Ну же! – пропела герцогиня. Все-таки у нее получилось лучше.

Окончательно озадаченный Вариэль отвесил невообразимый поклон и умчался.

– Значит, зайчик? – Настроение эльфийки неуклонно росло. – Отлично, так и буду называть этого пакостника.

Я улыбнулась карге и мысленно возблагодарила судьбу за эту встречу. Может, с точки зрения эльфов она странная, а по мне – самая что ни на есть адекватная.

Старушка же растопила мое сердце окончательно, спросив:

– А когда отомстим Шердому, расскажешь, откуда у тебя такие красивые ногти?

Мини-тюрьма располагалась на втором уровне подвала и, хотя ей явно никогда не пользовались, была в отличном состоянии. Ни одной соринки, ни одного постороннего запаха, и даже петли не скрипят. Впрочем, когда домом правит крепкая женская рука, это неудивительно.

Из двадцати одинаковых камер, выстроенных в ряд, мы выбрали самую дальнюю. Но вовсе не потому, что угловая надежней, просто ее светлость госпожа Ванесса сказала:

– Если во время дегустации винного запаса кому-то взбредет в голову поглумиться над пленником, он не должен промахнуться.

Мы с Вариэлем переглянулись и согласно кивнули. Мимо этой камеры точно не пройти, тупик как-никак.

Когда зайчик распаковал круглое зеркало, некогда доверенное Орисом, и положил в центре просторной камеры, герцогиня поморщилась. Я тоже – Шердом не сунется в комнату без окон, где из мебели только ночная ваза и узкая кровать с соломенным тюфяком. Он не дурак, сразу неладное заподозрит.

– Нужно создать видимость обычной комнаты, – вслух заключила я.

Старуха кивнула и коснулась бляшки с полупрозрачным камнем.

– Шерр, милый. Хватай ковер, пару стульев, лампу, стол и покрывало приличное. Да, еще фруктов принеси.

– А ковер какой? Зорийской работы или маргинрадской?

– Любой! – рыкнула герцогиня и убрала ладошку с магической пластины.

Через пару минут в тюремном коридоре стало очень людно. Вернее, эльфно.

У парня в красном камзоле, который встречал нас на пороге особняка, хватило мозгов привлечь к процессу коллег. Я мысленно поставила еще один плюс герцогине – выдрессировала. Черт, как же здорово, когда никто не тупит!

Мы с госпожой Ванессой даже бутылку игристого откупорить не успели, а камера уже преобразилась. Особую роль в изменении атмосферы сыграли дополнительные светильники – все-таки в подвале свет довольно тусклый и в иллюзию жилого помещения никак не вписывается.

Стараниями все того же слуги магическое зеркало водрузили на стену напротив входной двери. Да, теперь у Шердома шансов на спасение еще меньше – из положения лежа колдовать наверняка сложней.