Воин-паразит: Стать человеком - Богдан Костяной

Из ниоткуда, во второй руке Асмодея возник зелёный камушек, который он погрузил внутрь кольца. Тот сразу замерцал изумрудным цветом, хотя и ежу понятно было, что эта вещь бесценна и явно не из этого мира, а значит — никакие горы золота не затмят даже одну тысячную от её реальной стоимости для демона.

Наполнив артефакт энергией, он расплылся в ужасающей улыбке. К нему возвращалась часть утерянной силы и памяти.

— Да-а-а… Великолепное чувство, когда становишься чуть более целым, чем обычно. Хотя можно ли назвать целым меня, когда я — сам по себе часть чего-то большего?

«Я сейчас сдохну…»

— Когда начала Третья Война за Порядок, врагам моего Отца удалось пробраться в его главный дворец. Мы с Хозяином бились двое, против двенадцати Уравнителей…

«Что он несёт… Что всё это значит…»

— …и нам удалось перебить девятерых, прежде чем самый главный из них — Некто Наместник, отступая, не решил нагадить Хозяину и не убить его дочь. Он вложил в ту атаку столько сил, что хватило бы на разрушение десяти таких миров как этот.

И тогда, я закрыл её своей грудью. Она спаслась, подхваченная Отцом, а я… — Асмодей вздохнул, — Как я уже и сказал, есть существа, Эспен, сила которых выходит за рамки понимания. Такие как я, такие как Хозяин или Наместник.

Нас невозможно уничтожить с концами. Его атака разорвала моё сознание на бесконечное множество мелких частиц и разбросала по всей Петле.

И теперь, я, вернее — мы, стремимся объединиться вновь. Поселившись в этом теле, я потратил почти три тысячи лет на то, чтобы переработать эссенции для создания этого артефакта, — Асмодей демонстративно покрутил кольцом. — Сложно удерживать мощь осколка собственной души в этом бренном теле. С его помощью, я смогу концентрировать собственную Территорию в одной точке и покинуть это захолустье, ха!

Асмодей взмахнул рукой, и биомасса из плоти и плесени втянулась внутрь драгоценного камня, не оставив и следа. Олаф же чувствовал, как вокруг «трактирщика» закручиваются вихри чужеродной энергии и каждая упущенная секунда, приближала его бесславную кончину.

— Я отработал свой долг… — наконец, решился произнести кузнец.

— М? Ах, да! — демон провёл рукой по рогам, — Прикончи его и ты свободен… Я лелеял надежду на то, что мистер Эспен присоединиться к моему войску, но увы, он оказался более смышлёным и потому, более не нужен.

«Сука, ты всё знал!» — пробрало дрожью гнома. Он посмотрел на Эспена, что практически не подавал признаков жизни.

«Если только он… попытается грохнуть… у меня есть шанс пробудить…»

Продумывая дальнейшие варианты событий, Эспен медленно моргнул, «соглашаясь» с участью. Гном с трудом проглотил ком. Что ему стоило добить того, кто и так уже без пяти минут труп?

Всё бы ничего, но он и без того опозорил народ Ашраам, предпочтя рабство смерти, да и осознание того, какую «игрушку» он подарил подобной твари… А теперь, Асмодей ещё и хотел, чтобы Олаф, танцуя под его дудку, отнял чью-то жизнь.

Конечно, гному за полтора века приходилось биться. И с людьми, и с орками, и со слитлингами… да почти со всеми народами Империи Доминус.

И хотя Олаф и получал по морде чаще, чем кому-то в неё давал, мозги он потерял не все. Не нужно было быть с семью пядями во лбу, чтобы понять, что демон никого не оставит в свидетелях.

А потому, у длинноборода был последний шанс искупить позор собственной малодушной кровью.

«Идиот!» — прорычал в глубине сознания Эспен, но было поздно.

Резко обернувшись, гном приставил своё ружьё к животу Асмодея. В ушах загудело от грянувшего выстрела, запах пороха обжог ноздри, а силуэт демона окутало дымом.

Но звука падающего тела так и не послышалось.

Вместо него — комнату заполонил чудовищно-ехидный смех, а ствол ружья оказался сжат когтистой лапой и безжалостно погнут. Когда развеялся дым, стало ясно, что Асмодея даже не поцарапало. Пуля даже не достигла его тела, застряв и сплющившись о невидимый барьер в нескольких миллиметрах от кожи.

— Весьма опрометчиво, низкорослик, — ухмыльнулся «трактирщик» и возникший в его руке меч из плесени, вспорол живот Олафа.

Кузнец охнул и, хватаясь за выпадающие, покрывающиеся грибком внутренности, рухнул рядом с Эспеном.

— Полежи немного. Кружка эссенции с тебя будет, а вот ты… — Асмодей протянул окольцованный палец к паразиту, — Я много таких как ты видел. Если не прикончить вас лично — можно нарваться на херову тучу проблем в будущем.

Думаю, сожрать тебя свежим будет не меньшим удовольствием, чем в виде консервы!

— NUMI SAE! — раздалось вдруг на крыше трактира, и стрела с розовым энергетическим хвостом, расчерчивая тьму, устремилась через дыру в стене кузни к Асмодею.

Тот призвал своё энерго-поле, но, неожиданно даже для самого демона, то дало заднюю и, в мгновение ока, расступилось перед энергией Тельмуса. Фаланга вместе с перстнем взмыла в воздух, пока Асмодей ошарашенно переводил взгляд с неё на стрелу.

Заклинание рикошета, или же «возвращающейся стрелы» было применено Энасом не совсем стандартно. Вместо того, чтобы ударить в самого демона, после столкновения с костью пальца оного, хвостатый убийца направился к шее ни живого, ни мёртвого Эспена.

Тело паразита на затылке сжалось, в кузнице толчками разошлась во все стороны тёмная энергия Древа Жизни, а Асмодей, продолжая недоумевать, впервые сделал шаг назад в этой… нет, битвой это сложно было назвать до этой секунды, скорее избиением, но всё же.

На двух выгнутых ногах, покрытый костными пластинами и увеличившимися мышцами, мужчина, что мгновение назад представлял лишь неполный мешок с переломанными костями, держал в руке, что также покрылась бронёй и когтями, палец демона.

— Интересная вещица, — со скрежетом двигалась его мощная нижняя челюсть из которой произрастали чем-то похожие на волчьи клыки.

— Как это возможно?! — произнёс Асмодей, осматривая обрубок указательного пальца.

«Моя форма изменилась, — заметил Эспен, — Теперь, при срабатывании защитного режима, тело покрывается заплатками из щупалец и костей не только в местах повреждений… Видимо, это последствия перехода на уровень «смертного». Что же, интересно, будет на пятом?»

— Послушай, Эспен… Я был не прав! Мне нужен лишь этот перстень, чтобы вернуться домой. Позволь мне забрать его и уйти восвояси! — тут же изменился в своём тоне демон и чуть приподнял руки в примирительном жесте.

— О, как мы заговорили! — поднял брови Эспен — единственное, кроме носа и глаз, что сохранилось на верхней половине головы воина.

— Я понимаю, что ты чувствуешь, но давай постараемся обойтись без глупостей! Не вынуждай меня