Корректор реальности - Олег Языков

– Ничего, привыкай, истребитель! Старшим лейтенантом будешь. Если сядешь, конечно.

В этом выходе я контактов с нашими не прогнозировал, и поэтому разрешил взять рации. Ну, не рации, конечно, а такие маленькие переговорные устройства для боевиков Службы. Маленькие-то они маленькие, но километров на тридцать берут устойчиво. Так что мы с Андреем могли поддерживать нормальную связь. И нажимать ничего не нужно. Устройство включалось от голоса. Вот и сейчас.

– Тур, смотри – впереди справа колонна! Немцы. Атакуем?

– Нет, ты еще не освоился с самолетом.

– Ну, Ту-у-р! Ну, давай штурманем? Я тебя прошу! Я осторожно, честное слово. Точно за тобой.

– Андрей, опасно, пойми ты меня… А если сковырнешься? Без высоты ты и мигнуть не успеешь, как в землю войдешь.

– Тур, не пугай. Я буду точно следовать за тобой и повторять все твои действия.

– Ну, хорошо… Одна атака. Понял? Одна! Да, и еще. Помни – у тебя «ШКАСы», они очень скорострельные. Длинные очереди не давай – сожжешь стволы, понял?

– Понял, понял.

– Все. Пошли вниз. Предельное внимание и осторожность! Делай, как я.

Немцы не обратили на нас никакого внимания. Мы появились над колонной сзади, внезапно, высота была метров шестьсот. Тут и для меня опасно, если честно сказать… Я никогда на «ишаке» наземку не штурмовал. Уж больно низко.

– Андрей, газ прибери чуток… Отстреляешь – сунешь полный газ. Только плавно, а то мотор может захлебнуться. После атаки отваливаем вправо и сразу уходим в облака. Там идем минуты две. Ну, я там скомандую… Атака!

Стрелять буду с высоты метров в триста. Ниже не полезем, ну его к черту! Истребитель набрал на пологом снижении скорость, его стало чуть водить. Еще от пушек отдача будет будь здоров! Ну, где наша не пропадала.

– Огонь! – Я большими пальцами выжал обе гашетки. К идущим метрах в шестистах машинам потянулись зеленые пулеметные трассы и дымные пушечные очереди. Кажется, что пули и снаряды летят к цели очень долго. Уже трассы начинают вниз загибаться, а они все еще летят и летят. Вот, наконец-то! Трасса легла хорошо – плотно и как по шнурочку. По дороге, по машинам пробежали двойные багровые цепочки разрывов снарядов. Как искры или маленькие молнии. С машин посыпались немцы. Убитые, раненые и живые, бегущие от смерти с неба. Вывод, вывод!

– Андрей, вывод! Вверх, вправо! – Я перегнулся через борт кабины. Ниже и сзади, полыхая огнем пулеметных очередей, шел над колонной истребитель Андрея. Трассы секли длинное тело колонны. Машины виляли, тормозили, врезались друг в друга. Несколько машин дымили и разгорались пожаром.

– Андрей, вверх! Немедленно! – Я крикнул таким голосом, что самому стало страшно. Это помогло. Ведомый враз протрезвел, и «ишачок» полез в небо. Я, набирая высоту, потерял скорость, и теперь Андрей был немного впереди.

– Лихач чертов… Ничего не умеешь, а туда же… Коккинаки недоделанный… Да не крутись ты. Я сзади. Иди прямо – сейчас выскочу перед тобой.

Прибавив обороты, я выскочил перед Андреем, посадил его себе на хвост и потянул нашу пару вверх, к облакам. Там, за облаками, нас ждала капсула. А вы как думали? Лететь свыше трехсот километров в район Бобруйска, ежеминутно ожидая атаки «мессеров», да еще с неподготовленным к бою ведомым? Нет уж, нет уж – ну вас на фиг!

Мы вышли за облака и поднялись на две тысячи метров. Пора выкликать капсулу.

– Эй, насильник! Потаскун! Ты где? – А в ответ тишина… Обиделся, что ли?

– Корабль, ответь Туру.

– На связи…

– Видишь нас?

– Давно уж вижу… Наблюдал, как вы там над колонной резвились.

– А что же молчишь?

– Неуставное обращение. Имею право игнорировать запрос не по форме.

– Вот ты формалист…

– Будете нарываться – полетите сами…

– Понял тебя, корабль. Бери на поводок ведомого. Меня потом. Как принял?

– Понял, приступаю… Вам снизить скорость до 230… Ведомый, прямо иди, не виляй. Готово. Теперь ваша очередь, Тур. Прямо, прямо… Есть. Можете глушить ваши тарахтелки.

– Отставить! Впрочем, Андрей, ты мотор на самом деле лучше выключи… Тебе сесть на «ишаке» трудновато будет. А я все же сам попробую… Ну, полетели на точку. Вперед.

Взятые на силовой захват капсулы два истребителя «И-16» исчезли из вида. Как их и не было в небе. Капсула прикрыла наши машины полем защиты, и мы понеслись в район Бобруйска.

– Тур, мы на месте. Будьте готовы взять управление на себя. Отцепляю… пошел.

Мой самолет, тихо бормочущий прибранным мотором, клюнул тяжелым носом и пошел вниз. Я плавно дал ручку газа вперед. Мотор ожил и заревел как довольный лев. Заложив левый вираж, я внимательно рассматривал лежащую внизу пустую поляну. Тут еще никого нет, и еще долго не будет. Ни грибников, ни лесников, ни военных… Самое место для нас. Внезапно в тени деревьев проявился маленький зеленый самолетик. Сгрузили, значит, ведомого. Андрей быстро выскочил из кабины, зигзагом выбежал на центр полянки, проверяя грунт, определил направление ветра и улегся в траву, изображая стрелку. Прямо как тот скелет, в «Острове сокровищ»…

Ну, Тур, не подведи! Долго я не летал… Как бы не опозориться – плюхнусь еще на пузо. Я прибрал обороты мотора и стал строить заход на посадку… Стоп! Черт возьми – чуть на самом деле не плюхнулся. А шасси-то выпустить? Я расстроенно вздохнул, взялся за ручку управления левой рукой, а правой начал крутить штурвальчик выпуска шасси. Сколько там оборотов нужно? Сорок три, что ли? Ну, ничего. Лампочки загорятся – значит, можно и садиться. Двадцать семь, двадцать восемь, двадцать девять, тридцать… Давай, родной, давай! На травку уже охота!