Семена войны - Жуан Сильва

– Ты позволишь, Всевышний? – спросил седовласый советник, поудобнее устраиваясь в кресле.

Орберезис кивнул.

– Многим людям еще только предстоит ощутить твое величие. Свидетелями твоего чуда стали сотни людей. А потом ты продемонстрировал свою мощь, справившись с убийцей. Главы твоего культа неоднократно рассказывали об этом. Очевидно, что перед нами Истинный Бог, но даже если простой люд и верит в тебя, многие хотят своими глазами узреть чудо.

Орберезис поморщился. Они явно пытались отвлечь его внимание от настоящих преступников.

– Вы предполагаете, что на меня напал какой-то несчастный оборванец?

Усатый пожал плечами.

– Я ничего подобного не предполагаю. Просто… В Ушаре царят нищета, голод и болезни. А мы… очистили его от довольно богатых людей.

«А значит, придурок, на меня напал кто-то из дворца».

– Очевидно, мы недостаточно его очистили, – отрезала Сольви.

Советник заерзал в кресле, его руки задрожали, но он не проронил ни слова.

Орберезис вздохнул.

Король молча опустил взгляд на лежащие перед ним бумаги.

– Мне очень жаль, что я не смог этого предотвратить. Убийства очень редки, и предсказать их совершение крайне трудно. Я надеюсь, мы сможем найти виновника и быстро привлечь его к ответственности.

О, как бы ему хотелось, чтобы по его воле снова разверзлась земля, но этот долбаный красный шар не работал, когда это так было нужно. Наверняка во всем были виноваты Тайшай и его приспешники, но он не мог бросить все и заняться розыском убийцы и заказчика. Сейчас нужно было продумать, что же делать дальше.

И найти убийцу.

Расположившись в уюте своих покоев, Орберезис глубоко вздохнул:

– Рано или поздно я здесь сдохну. Я прячусь во дворце, а они все равно пытаются меня убить. Я должен сам отправиться в Аларкан.

Таванар вытянул ноги на стол:

– У тебя есть план?

Он окинул приятеля оценивающим взглядом. Можно ли по-прежнему считать его другом? В последнее время их отношения испортились. Они больше не пили вместе. Перестали смеяться над одинаковыми шутками. Казалось, Таванар охладел к нему. Но если нельзя было доверять ему, то кому можно?

– Двум Народам сейчас не хватает ресурсов. По крайней мере, так говорит Тайшай. Все его прихлебатели твердят, что мы должны раздобыть для них золото или ресурсы. Королевство нуждается в эликсире так же сильно, как и я, – просто у нас разные поводы для этого. Так уж случилось, что этот дурацкий остров – источник эликсира. Я собираюсь попросить у короля как можно больше кораблей и солдат – и с ними мы сможем его захватить, тем более что там у нас уже есть поселение, так что завоевать этих жалких дикарей будет несложно.

– Ты уверен?

– Судя по тому, что сказал Тайшай, там живут одни лишь фермеры, беженцы и изгнанники.

– По-моему, это звучит безумно, – сказал Таванар, почесывая в затылке. – Ну, в смысле, что никто не пытался их завоевать.

– Но в этом есть смысл. Все думали, что это просто бесполезная земля, заполненная лишь насекомыми и грязью. Я и сам так предполагал. Это место считалось жалкой дырой, куда сбегались подыхать те, кому нечего было терять. Кому она была нужна? Но теперь выяснилось, что там есть эликсир, и это меняет все. Подозреваю, что о его источнике мало кто знает, так что мы должны быть первыми.

Таванар кивнул.

– Ну да. Но я проинспектировал сирестирскую армию и могу сказать, что она оставляет желать лучшего. Им не хватает практики. Воевать умеют лишь те, что были размещены на границах. И это вполне понятно, учитывая, что Два народа известны как обычные торгаши.

Возможно, Таванар был прав. Но эликсир был ему жизненно необходим. И самое главное, он вполне мог, разыскивая эликсир, выбраться из дворца и направиться на его поиски – за счет короля.

– Я думаю, мы могли бы взять остров штурмом. Захватить землю. Отнять эликсир. Если все пройдет хорошо, я исцелюсь и Два Народа начнут производить это зелье. И если мы будем этим заниматься, мы вечно будем здоровыми и богатыми. У нас уже есть корабли и рабочая сила. Мы справимся.

– В твоих устах это все звучит так просто.

– Возможно, эти дикари окажутся столь же набожны, как и местные жители?

– Думаю, что бы я ни сказал, ты не поверишь, что говоришь бред, – ухмыльнулся Таванар.

– Бред? Это вполне реалистично. Кроме того, мне нужно убраться отсюда, пока король все еще верит в меня и согласен предоставить мне все ресурсы. Изначально я думал, что мы могли бы остаться здесь и жить как лорды, пока ждем, когда нам привезут эликсир, но вокруг царит ураган неприятностей, а мы просто плывем по течению. Вдобавок ты и сам видел паломников. Не знаю почему, но они меня безумно любят. Это ведь что-то да значит!

Таванар усмехнулся:

– Ты ничего не забыл?

– Что именно?

– О том, что на тебя покушались, болван. Может, стоит сначала разобраться с этим? Возможно, тот, кто пустил стрелу, затаился как раз среди этих самых паломников.

Он вдруг понял, что это вполне возможно, и почувствовал, как его душу затопил ледяной страх.

– Нет, – покачал он головой. – У меня есть подозрения, кто в этом виноват. И если я прав, я разберусь во всем этом очень быстро.

– И мне ты свои подозрения, конечно, не расскажешь.

– Не сейчас. Сперва мне надо кое-что выяснить.

– Смотри, если ты действительно хочешь попасть в Аларкан, не тяни с этим. Остальные советники утверждают, что тебе не нужны ни корабли, ни солдаты. Так что, если ты хочешь отправить войска на другой конец этого гребаного мира, к путешествию надо очень хорошо подготовиться. И объяснить, зачем это нужно – как можно подробнее.

Таванар, конечно, был прав, но и план Орберезиса был весьма неплох. Он раскроет, кто на него покушался, и тогда король окончательно ему поверит.

Глава 21

Буреруб

Рукоять моего меча едина с моей рукою. Клинок покрыт багрянцем, что струится из дав- но мертвого солнца.

Из «Воспоминаний Матери»

Орберезис уселся на крепкий, монолитный трон, украшенный сверкающими драгоценными камнями и благородным металлом – искусство обработки их было давно утеряно. Вскоре он навсегда покинет это место, понял он и почувствовал горечь от этой мысли. Он ничего не добился, и лишь оставил за собой след из мертвых тел и безуспешных попыток найти лекарство от своей болезни.