Властелин - Александр Рудазов

Прорываясь сквозь загустевший воздух, Бельзедор поднял руку и спокойно взял стрелу. Время тут же пошло с прежней скоростью.

Для наблюдателей это выглядело вспышкой молнии. Вот Темный Властелин стоит совершенно неподвижно – а вот его рука взлетает вверх, перехватывая стрелу в двух ногтях от собственного глаза.

Увидев это, прихвостни возмущенно загомонили. Все были до глубины души поражены такой подлостью.

– А сказали, что никого нет дома! – раздавались крики.

– Они солгали Властелину!

– Солгали Властелину!

– Мы должны их убить!!! – забилась в истерике леди Боль. – Мы должны убить всех!!! Уничтожить все живое во славу Властелина!!!

Поняв, что в Шевларе ему совершенно не рады, Бельзедор почувствовал огорчение. Сегодня он пришел сюда как друг, вовсе не собираясь нападать на Шевларию, но раз уж его встречают так негостеприимно…

Вернувшись к войскам, Бельзедор подозвал лорда Кромбаха и спросил:

– Мы захватили с собой таран?

– Три штуки, – отрапортовал Кромбах.

– Зачем так много? – не понял Бельзедор.

– Основной, запасной и еще третий – на случай если первые два сломаются.

– А они что, часто ломаются?

– Довольно-таки часто.

– Почему?

– Но это же все-таки тараны. Трудно постоянно обо что-то колотиться и никогда при этом не ломаться.

– Ладно, тогда вышибайте ворота. Только поаккуратнее.

– Мы мигом, Властелин, – кивнул Кромбах, поворачиваясь к своему личному отряду. – Пригоните джаггернаут!!!

Через несколько минут из-за спин огромных бегемотов выкатился непостижимых размеров джаггернаут – тяжелобронированная самоходная колесница, снабженная тараном из древесины сталедуба, густо испещренным магическими рунами. На козлах восседал горбатый одноглазый гоблин – управляя джаггернаутом, он заливался безудержным смехом.

Джаггернаут помчался к стенам Шевлара. Вначале он вкатился на Звенящий холм, а уже оттуда полетел прямо на городские ворота – все быстрее и быстрее, разгоняясь до такой скорости, что стал почти неразличимым. На стенах послышались крики ужаса, загудели крюки «воронов», кто-то начал стрелять – но проку от этого было не более, чем от бросания камешков.

– Слушай, а возница успеет спрыгнуть? – поинтересовался Бельзедор.

– Спрыгнуть?.. – непонимающе моргнул Кромбах.

А мигом спустя джаггернаут со страшной силой врезался в ворота. Даже укрепляющие чары не выдержали такого напора – во все стороны брызнули щепки, и толстенные ворота с жалобным хрустом слетели с петель.

Так златобашенный Шевлар и был взят. По улицам понеслись тысячи прихвостней, в небе закружили драконы, а к Бельзедору за шкирку приволокли четверых советников – те тряслись от ужаса, умоляюще воздевая руки. Лишь камергер еще пытался храбриться, вполголоса бормоча какие-то угрозы.

Кроме советников к Бельзедору притащили всех знатных жителей, которых смогли найти. Теперь они стояли гурьбой, выталкивая вперед советников, и пытались сообразить, что вообще происходит.

– Знаете, вы как-то странно реагируете на того, кто спас вашу страну от вторжения, – вежливо заметил Бельзедор.

– Но ты же… ты же Темный Властелин!!! – истошно выкрикнул какой-то пузан с золотой цепью.

– Не спорю. Но этот Темный Властелин здесь для того, чтобы защитить Шевларийскую Империю.

– Какую еще империю?! – зло скривился советник Дренуед. – Империи больше нет! Император мертв! Последний представитель правящей династии – благородная принцесса Ньенна бесследно исчезла при невыясненных обстоятельствах!

– Но я здесь, – произнесла Ньенна, выступая из-за спины Бельзедора.

– При… принцесса?!!

– Да. И я прошу вас быть повежливее с моим дорогим Властелином.

У советников задрожали губы. Камергер Кивемон затрясся осиновым листом, стараясь не встречаться с принцессой взглядом. На Ньенну смотрели без малейшей теплоты, даже с неприязнью. Так смотрят на богатого дядю, который в прошлом году помер, а теперь вдруг вернулся с того света и требует наследство обратно.

– На колени перед вашей императрицей!!! – насупил брови Бельзедор, хлеща по земле Верберусом.

Советники и знать упали как подрубленные. Всех захлестнуло страшной подавляющей волной, исторгнутой Бельзедором. Каждого в толпе словно сдавило, сплющило чем-то невидимым. У некоторых изо рта пошла пена, другие забились в конвульсиях, третьи вообще лишились чувств.

Бельзедор удовлетворенно кивнул – хотя в его глазах промелькнуло недоумение. Он и понятия не имел, что так может.