Загон - Евгений Прошкин

– Нам-то с Ильей что делать? – осведомился Андрей. – Пойти и сломать эти чертовы серверы? Раздолбить их кувалдой? Вдвоем, да?.. Илья, у тебя есть кувалда?

– Кувалда не нужна, нужны сетевые терминалы, – сказал профессор. – Хорошие. Один для меня и двадцать семь для моих друзей. Всего – двадцать восемь.

Илья присвистнул.

– У меня на карте триста крепов, – ответил Андрей. – Уж чем богаты…

– Покупать мы ничего не будем. У Ильи есть опыт краж, у тебя есть пистолет.

– Ясненько… – процедил Илья. – Кража с пистолетом – это уже грабеж, Никита Николаевич.

– Естественно, преступление. Так же, как и то, что они с нами сотворили. Тебя вроде пока не касается, да? Когда коснется, мы уже будем мертвы – я и двадцать семь сетевых специалистов, которых я год разыскивал по блокам.

– Нет! – воскликнула Эльза. – Не надо этого!.. Как-то по-другому, мирно… по-человечески!

Андрей мягко ее отстранил и, открыв шкаф, вытащил черный мешок. Потом оценивающе посмотрел на Илью – подойдет ли ему одежда Вадика. Решив, что должна подойти, он понес мешок к выходу. В дверях Андрей остановился и, не глядя на Илью, спросил:

– Нет?

– Да, – сказал Илья. – Я с тобой.

– В кого ты превратился, Андрюша?! – протянула Эльза.

– В себя. Кажется, я просто проснулся.

Он вышел в коридор, но Эльза его догнала и схватила за руку.

– Ты не проснулся, ты в бреду! – горячо заговорила она. – Кто тебя окружает? Вор, старый психопат и этот… Вадик, истеричка в штанах!.. Он это что, серьезно?.. Насчет самоубийств…

– Серьезней, чем ты полагаешь, – хмуро ответил Андрей. – Илья видел его картины, а уж он-то разбирается.

– Но это ужасно!

– Не более ужасно, чем то, что с нами случилось. Профессор прав. А Вадик… по-моему, он просто мстит – всему миру. Ты не дай ему этого сделать, хорошо? Весь мир не виноват, так не бывает. Удержи его. Не нужно эти картины в Сеть запускать. Бардака и без них хватит. Завтра.

Андрей чмокнул Эльзу и зашагал к лифту. Илья уже стоял у кабины.

– Что в мешке? – поинтересовался он.

– Одежда. Людям в городе не безразлично, какие на нас вещи, – выразительно произнес Андрей.

– Всю жизнь меня корить будешь? – спросил Илья после паузы. – Если б с тобой поработали, как со мной… Ты же у них был.

– Был. Пряника попробовал, кнутом пока не угощали. Но кнут у них тоже есть, я уверен.

– Есть, – сказал Илья. – На каждого.

Они вышли из дома и направились к автобусной остановке.

– А упрекать… – сказал Андрей, подумав. – Нет, я тебя не упрекаю. Но мне не совсем понятно, зачем ты в это впутался. Ты же не чер, тебе ИС не опускали. Мы за свое глотки рвем, а ты?

– Так и я за свое. Меня ведь отсюда не вернут, из командировки. Никогда не вернут. Будут использовать до последнего. Меня уже заставили… заставили убить, Андрей. На вербовке об этом и речи не было – только наблюдение, а тут вон чего… Убил… И дальше убивал бы… На моей кредитке хренова куча денег, Андрей! А живу в блоке. Чем я отличаюсь от черов? Ношу то же самое, из гуманитарки, ем то же самое… Между нами нет разницы. Вернее, есть: обычным черам никто не приказывает, они свободней, чем я… Если так не объяснил, то лучше не получится.

– А со мной какое задание было?

– Вначале по схеме: познакомиться, проверить связи. Попытаться определить интеллект – не по прибору, а так, общее впечатление. Потом я стал подозревать, что они потребуют тебя ликвидировать. А потом надо было свести вас с этой дамочкой. Когда я почувствовал, что Вадик попрется с нами, передал, чтоб готовили вторую – для него. Он же клиент «неотложки», у него на лбу написано.

– А что она от меня хочет? – спросил Андрей. – Эта твоя «неотложка».

– Эта моя «неотложка», – сказал Илья с обидой, – если чего-то хочет, то говорит прямо. А если тебе не сказали, то мне-то откуда знать?

– Мне сказали. Да я не больно им поверил.

– Может, и зря… Они не всегда врут.

Илья забрался в салон автобуса и, загородив пакет от пассажиров, с любопытством заглянул внутрь.

– Ого! Шмотки дорогие. Откуда? О-о!.. а ботинки-то! Это вы магазин почистили, – сообразил Илья. – Но постой… там же всех поймали.

– Получается, не всех, – загадочно улыбнулся Андрей.

– И… там же продавцу репу просверлили…

– Чего? – спросил Андрей, быстро теряя улыбку.

– Труп, – коротко отозвался Илья. – Ты?.. И я перед тобой оправдывался?!

– Не ори, люди кругом.

– Конвой с-собачий!.. Он меня еще стыдит!

Сойдя на конечной, они миновали площадку-отстойник и углубились в лес. Когда рокот автобусов стих и просветы между тощими березками исчезли, Андрей свернул к удобному раздвоенному пеньку и высыпал одежду на землю.

– Я не собирался стрелять, – сказал он. – Мне его дали как муляж, я так и использовал. Попугать, и все. Я вообще не знал, что он стреляет! А он выстрелил… Он не должен был. Вот, посмотри.

Андрей задрал рубашку и вынул из-за пояса пистолет. Илья повертел его так и сяк, затем выщелкнул магазин и вставил обратно.

– Никакой не муляж. В стволе электромагнитный ускоритель, в рукоятке аккумулятор и сто двадцать стальных шариков. Нормальное, надежное оружие.

Он сдвинул флажок предохранителя и выпустил две пули в пень.

– Дырки есть? Есть. Должен стрелять и стреляет.

Илья вернул пистолет и нагнулся, выбирая из кучи одежду.

– Обувь вместе с тряпками… – проворчал он. – Все пыльное, неглаженое… Свалил, как картошку! На конвертере ты за этот гардеробчик полжизни пахал бы.

– Три с половиной года, – уточнил Андрей. – Не нравится – иди в этом, в брезентовом.

Илья вырвал у него брюки и, встряхнув, надел.

– Тесноваты… Ладно, застегнулись. Если ботинки… нет, размерчик мой, – приятно удивился он. – И куртка… А ничего!

Андрей тоже переоделся и собрал старые вещи.

– В город мешок не попрем, – сказал он.

– Не попрем, – согласился Илья. – Нам и без него забот хватит. Ночью профессор с Сетью поковыряется, а завтра уже совсем другая песня будет. Если профессору удастся это сделать…

– Завтра люди проснутся уже в другом обществе, – закончил Андрей.

– В справедливом, – поддержал Илья.

– Если только такие бывают…

Андрей вручил ему два разрядника, себе же оставил третий и пистолет. Они разложили оружие по карманам и, не сговариваясь, присели на пенек.

Илья вздохнул и побарабанил пальцами по колену.