Поместье черного лорда - Екатерина Севастьянова

Я непроизвольно дернулась в сторону, но скинуть с себя черного мага, в разы превосходящего по силе, естественно, не удалось.

— Что? — притворно возмутился Рейес, прижав меня сильнее к кровати. — Не хочешь?

Я сглотнула. Если я скажу, что не хочу, это его обидит или нет? Но говорить ничего не пришлось: ослабив захват, он выпустил меня из кольца рук.

— Ладно, попробуем тебя обучить неинициированную.

При упоминании об инициации я тяжело вздохнула. Везде она! Все о ней говорят!

— Переоденься во что-нибудь более удобное, — сказал лорд, красноречиво указав на мое длинное черное платье.

— Мы идем на улицу? — спросила я, наблюдая, как Рейес поднялся с кровати.

— К озеру, — подтвердил он и двинулся на выход. — Одевайся и спускайся вниз. Я буду либо в холле, либо во дворе.

Он вышел из спальни, предоставив ее в мое полное распоряжение.

Я решила надеть один из брючных костюмов, который мы купили вместе с лордом. Если мы едем на озеро, значит, возня в грязи и в песке мне обеспечена. Если исходить из прошлого опыта, все поездки на озеро именно этим и заканчивались.

Приведя себя в подобающий вид, я выбежала из комнаты и спустилась по лестнице. Уже почти внизу я резко затормозила…

Лорд стоял в холле ко мне спиной, а у него в ногах ползала немолодая женщина и что-то быстро неразборчиво лепетала. Я прислушалась, и до меня донеслись обрывки фраз:

— Что угодно смогу… одна ведь осталась… никто не берет… возраст уже, лорд Вальтер…

Я сделала пару шагов, и именно в этот момент лорд обернулся, посмотрев прямо на меня. От потемневшего взгляда стало не по себе. Синева практически заменилась тьмой… Рейес злится, но почему?

Преодолев последние ступени, вопреки здравому смыслу подошла к нему вплотную.

— Лорд Вальтер! — снова запричитала женщина. — Я хоть кем буду, могу полы мыть, могу на кухне, могу в конюшне убирать, вы только возьмите меня.

Рейес снова изучающе посмотрел на нее. Все это время она была с закрытыми глазами, из которых катились слезы, но стоило ей их открыть, как я невольно схватилась за руку лорда. Белая магичка. Эта женщина — белая магичка.

Рейес взял мои ладошки и погладил их.

— Почему ко мне в поместье? В городе много мест, куда тебя возьмут.

От холодного тона пробежали мурашки, у женщины, видимо, тоже, она даже вся побледнела.

— Так не берут, лорд Вальтер. Возраст-то уже не тот, да к тому…

Рейес прервал ее движением руки и, нахмурившись, сказал:

— Девяносто лет для мага — это не тот возраст, на который надо жаловаться. Не ври, что тебя не берут.

Я в недоумении посмотрела на женщину. Девяносто лет, ничего себе! Всем бы так выглядеть в девяносто! На вид ей около сорока пяти, не больше но, даже несмотря на морщинки на лбу и под глазами, она выглядела достаточно хорошо. С ума сойти, девяносто лет! Эта мысль не выходила у меня из головы.

— Лорд Вальтер, вам разве не нужны лишние руки в доме, а? Дом-то вон какой большой, а уборки-то, наверное, сколько! — Магичка всхлипнула и на коленях подползла к нам поближе.

Для меня все это было настолько дико, что я стояла с выпученными глазами, переводя взгляд с нее на лорда и обратно. А вот Рейес оставался совершенно невозмутимым, даже не шелохнулся, когда женщина потянулась к его высокому сапогу и вцепилась в ногу мертвой хваткой:

— Лорд Вальтер! Возьмите меня к себе. Я к вам же еще потому пришла, что вся семья на вас работала, а сейчас я одна осталась, некому обо мне позаботиться, да и…

— Женщина, — нервно сказал он, — какая еще работа, если вам самой забота нужна?

Я стояла молча. Встревать в их разговор не было желания. Во-первых, я не знаю, что сказать, а во-вторых, я отлично помню намек лорда — не лезть в его дела, касающиеся поместья.

— Да я все выполнять буду, вы только скажите! — снова запричитала магичка. — Сынок рассказывал, как у вас тут хорошо, все порядочно. Я же сразу к вам за помощью-то и пришла, никто больше меня не возьмет, лорд Вальтер.

— Сынок? — переспросил он и почему-то взглянул на меня.

— Андри мой, Андриан, старший сынок. Умер он и оставил меня одну, без денег, да и без жилья.

У меня все внутри окаменело. Это мать Андриана? Того Андриана, которого лорд убил из-за меня? Что-то мне нехорошо.

Лорд увидел, как я побледнела, и, прижав к себе, шепнул на ухо:

— Лекси, все нормально, ты чего?

— Лорд Вальтер, — снова окликнула его эта женщина, — так вы возьмете меня к себе?

— Нет, — сухо ответил он.

— Лорд Вальтер! Я хоть за бесплатно, хоть как! Но пожалуйста…

— Я сказал — нет.

— Рейес, — позвала я его осипшим голосом, еле выговаривая слова, — возьми ее, пожалуйста.

Он в упор посмотрел на меня:

— Зачем?

— Ну… Андриан… — бессвязно прошептала я.

Говорить, что эта женщина осталась без кормильца по моей вине, совсем не хотелось.

Несколько секунд в холле стояла тишина. Но все же, тяжело вздохнув, лорд сказал:

— Хорошо, можешь у меня работать.

— Спасибо, спасибо огромное! Я вас не подведу!

Магичка наклонилась, пытаясь поцеловать ему носки сапог, но лорд быстро отошел в сторону.

— Белтрен, — обратился он к неизвестно откуда появившемуся дворецкому, — выдели ей комнату и назначь какие-нибудь работы с оплатой не больше пятнадцати фуций.

Больше не говоря ни слова, лорд быстрым шагом двинулся на выход, потянув меня за собой. И только когда мы оказались на улице, я сдавленно сказала:

— Она магичка.

— Не поверишь, — протянул Рейес, — но я заметил.

— Но… тогда почему Андриан не… не был…

Правильно поняв, что я пытаюсь спросить, лорд спокойно объяснил:

— Его отец был простой человек или бабушка с дедушкой были простыми людьми. Так что все вполне вероятно. В нечистокровных магических семьях часто рождаются обычные дети без каких-либо способностей. Так же и наоборот, как в случае с тобой. У обычных родителей может родиться ребенок с магией при условии, что кто-то из родни обладает силой какой-нибудь стихии. Но во втором случае шансы крайне малы.

Остановившись около кареты, лорд помог мне забраться внутрь. Как только мы оба устроились на мягких сиденьях, карета тронулась.

— Не нагружай себя ненужными мыслями, — поймав мой взгляд, посоветовал лорд. — Эта женщина притворяется слабой и больной, в то время как отлично себя чувствует и совершенно не расстроена потерей сына. На самом деле она вообще ничего не чувствует… от нее не исходит эмоций.