Игра стихий - Эльвира Плотникова

– Драконы могут снять браслет. Даже я могу, только не тут. – Теперь я точно знал, что делать дальше. – Мила, я все устрою…

– Нет, – она зябко повела плечами, – не получится. Хозяин в столице. Не во дворце, где-то в городе. Завтра он свяжется со мной, и я расскажу ему все. О тебе, о том, как пыталась тебя убить, как ты предлагал мне сбежать. Я не хочу, но расскажу… Потому и пришла сегодня… Завтра мне бы уже запретили тебя трогать.

– Значит, мы уходим прямо сейчас, – сказал я упрямо. – Почему ты мне не веришь? Я могу тебе помочь.

– А что потом? – Мила посмотрела на меня, чуть склонив голову набок. Знакомый жест. – Хорошо, сейчас ты выведешь меня из дворца. Где-то спрячешь. Снимешь браслет. А что потом?

– Да что угодно! Можно вернуться домой, к родителям. Можно остаться в Крагоше – новое имя и внешность не проблема. Можно пойти учиться – по-настоящему, без принуждения.

– А я не хочу, Бес. – Мила невесело улыбнулась. – Я не хочу возвращаться в Мурильмию и снова становиться вещью. Не хочу менять внешность и всю оставшуюся жизнь шарахаться от любой тени.

– Быть рабыней лучше? – мрачно спросил я.

– Нет, не лучше. Но и не хуже. Я, знаешь ли, очень ценная рабыня. И сейчас я в королевском дворце, а не под замком у мужа. Бес, тебе не понять… Ты мужчина, ты всегда сам выбирал степень своей свободы. А у меня ее никогда не было. И сейчас, с браслетом, я свободнее, чем была без него!

Мила ошибалась, но я понимал ее страх. После нескольких лет в горном, после того, как мы с Дженни попали в ловушку весной, после рассказов Маризы… Я понимал. И сдаваться не собирался.

– Ты бы решилась на побег, если бы знала, что сможешь вернуться домой и жить, как свободный человек?

– Это невозможно, – рассмеялась Мила.

– Я обещаю – так будет. Не сразу, какое-то время придется прятаться. Думаю, недолго.

Мила нахмурилась. Я чувствовал ее сомнения. Ну же, сестренка, решайся! В моих словах нет обмана. Навряд ли мое участие в борьбе против инквизиции сильно изменит расстановку сил, но я сделаю это ради тебя. Дженни поймет и поддержит мое решение. Она любит, поэтому поймет и простит.

– Мила, я клянусь. Пожалуйста, доверься мне.

Она кивнула и спрятала лицо в ладонях.

Покинуть дворец оказалось сложнее, чем я предполагал. Милы не хватились бы до утра. Перед тем как уйти ко мне, она умудрилась подмешать сонный порошок в чай герцогине и ее дочкам. Мы с Лином спокойно могли бы выйти, но только без девушки. Воспользоваться иллюзией нельзя – запрет плюс сигнализация на возмущение ментального поля. Отвергнув идею с переодеванием, Лин отправился за помощью к Инвару.

Оставлять Милу без присмотра я не хотел. Не чувствовал лжи ни в ее словах, ни в ее мыслях, но рисковать не собирался. Инквизиторы могли выстроить сложную комбинацию, используя сестру как приманку для поимки брата. Если Мила ничего не знает, то и не врет.

Инвар сразу же все организовал. И из дворца вывел, и дом предоставил, и драконов для операции по извлечению браслета пригласил. Я полностью ему доверился и неотлучно находился при Миле – держал ее за руку и успокаивал. И Лин был рядом с нами, поддерживал, как мог.

С моего разрешения Милу проверили ментально. Делать это втайне от нее было противно, но необходимо. Я даже удивился, когда выяснилось, что никакого тайного задания, связанного со мной, ей не поручали. Обычные инквизиторские штучки – подцепить во дворце мужчину с высоким статусом. Желательно соблазнить самого короля.

Когда драконы стали работать с внешностью Милы, по ее просьбе, Инвар поманил меня из комнаты. Сестру погрузили в глубокий сон, поэтому я спокойно мог ее оставить.

– Спасибо, – сказал Инвар, как только мы остались наедине.

– За что? – непонимающе спросил я, осматриваясь.

Обычная гостиная, маленькая и уютная, но, кажется, тут давно не было людей – слой пыли на мебели, никаких посторонних вещей, выдающих вкусы и привычки хозяев. А за окном уже рассвело. Только сейчас заметил, что Лин куда-то исчез.

– За доверие, – вздохнул Инвар. – Взрослеешь?

Я раздраженно пожал плечами.

– Где мы? – поинтересовался вместо ответа.

– В Армансу, далеко от границы. Здесь Милу не найдут. Она же решила вернуть свою настоящую внешность?

– Да. Инвар, как… – Я поперхнулся и закашлялся.

– Никак, Коул. Ты ничего мне не должен.

– Спасибо.

Пожалуй, впервые манера Инвара все понимать с полуслова не раздражала.

– Честно говоря, это ты оказал услугу… Нет, не мне. Своему отцу… наверное, и правителю.

Я удивленно приподнял бровь:

– В смысле?

– Как думаешь, зачем инквизиторы спрятали Милу? Уж не ради того, чтобы сделать любовницей короля, верно? У них были другие планы.

– Какие?

– Мы уже говорили об этом. Давление на семью. Просто время еще не пришло, они не успели.

Я нахмурился, вспоминая прошлые разговоры. Да, мог бы и сам догадаться. В Мурильмии планируется переворот. Мила была заложницей. Допустим, отец нашел бы в себе силы принести ее в жертву ради высоких целей. Я – навряд ли. Но, значит, инквизиторы что-то предчувствуют, если заранее готовят заложников?

– Похоже, Высшие ждут чего-то… эдакого, – подтвердил Инвар мои догадки. – Утечка информации есть всегда.

– Есть и другие заложники?

– Скорее всего.

– Я займусь этим.

– Коул, прости, что? – Инвар не притворялся, он на самом деле растерялся.

– Я достаточно долго учился на инквизитора, – ухмыльнулся я. – Знаю генеалогию не только королевского дома, но и всех аристократических семейств, приближенных ко двору. Я займусь поиском заложников.

– Боюсь, это уже вне моей компетенции… – пробормотал Инвар. – Но ты соображаешь, что…

– Ты говорил, я мог бы возглавить это восстание, – перебил я его. – Теперь навряд ли получится внедрить меня в орден. После второго побега единственное, что мне светит у инквизиторов, – почетный погребальный костер. Значит, я займусь тем, что мне доступно.

– Никто не требует от тебя немедленного…

– Я найду его, – я снова перебил Инвара, – найду и уничтожу. Никто меня не остановит!

Я говорил о хозяине Милы, о том, кто подвергал ее мучениям, кто ломал ее день за днем, заставляя подчиняться. Драконы успели рассказать мне, что при сканировании обнаружили у сестры плохо сросшиеся переломы ребер. Все это можно было исправить, излечив тело. Но кто теперь излечит ее душу?

– Благородно, хоть и эмоционально. – Инвар не стал меня отговаривать, хотя мое решение его не обрадовало. Он словно постарел лицом, и взгляд стал тяжелым, хмурым. – Ладно, устроить тебе академический отпуск не проблема. Встреча с отцом уже запланирована, не успел тебе сказать. Скоро, через пару недель. Мила может жить здесь…