Мелкинд Виллейн - Павел Шмидт

Юродивый по макушку в крови вскочил на одну из телег, ногами на половинки злополучной колоды. Прокричал в экстазе:

– Махия! Махия фернулась! Урха, урха прынцу Жесету! Махия фернулась, махия фернулась, аа-а!

И бросился прочь.

Люди начали скандировать: «ура», «Джетсет», «магия с нами». Судьба повернулась к принцу щедрой своей стороной.

Мы вломились во дворец, как и тысяча озверевших горожан. По пути крушим всё, но здесь и там неожиданно встают заслоны крепких ребят в цветах принца. Кутерьма разлучила с Джетсетом, но я помню уговор – беречь принца. А лучше всего уберечь, погубив врагов!

И снова я во дворце, в третий раз, считая бестелесное путешествие. Надеюсь, в последний. Под ноги красной змеёй ложится дорожка, ковёр раздваивается, как и лестницы, те идут из парадного зала вверх и сходятся на площадке перед бывшими королевскими апартаментами. Там засели остатки верных Шестёрке сил, в глубине залов сам Первый. Их атакует на правом фланге смутно знакомый рыцарь с отборным отрядом, волосы солнечного цвета или даже золота. На левом развернул децимариев бывший Третий, демонстрируя верность, вырядил своих в цвета принца. С ним щёголь Хурбис.

Препона в том, что путь в апартаменты преградил не дворцовый люд, паркетные шаркуны, а отборная стража Шестёрки, лучшие из лучших, ветераны Цирка Магикус. И с магией не развернуться, ни мне, ни Третьему, нет этой магии, ни капли. Первый правитель успел сделать выводы, и все амулеты, обереги, коими, не стесняясь, пользовались во дворце, даже светильники со стен куда-то пропали.

Я решил, лучше присоединиться к Третьему, пусть с Хурбисом под боком.

– Ну что там? – бросил я.

– Засели, – буркнул Третий.

– А может, ну их?

– Ни в коем случае! У Первого мало ли что припасено! Нет, штурмовать надо, хотя бы пока всё ценное не уничтожил.

Глаза Третьего блеснули.

– Желательно прикончить при штурме, так? – пытливо спросил я.

Третий поджал губы.

– Ты прав, для меня – желательно. Но и для Джетсета тоже. Куда проще убить сейчас, чем решать, что делать после! Едва ли он согласится сложить оружие.

Я задумался, хлопнул ладонью по лбу.

– Послушайте, есть отличная идея! Просто замечательная! Пошлём парламентёра.

– Парламентёра? Кто рискнёт шкурой? Им терять нечего.

– Рискну я. Судите сами: я вроде как не ваш и не их. Да, связан был с Джетсетом, но Первый не дурак, понимает – я сам по себе.

– Вот именно, – раздалось за плечом, – сам по себе.

Здесь Джетсет, одет с чужого плеча в нарядную куртку с золотым шитьём, на ногах снова сапоги, шпоры золотом царапают пол. Я с подозрением уставился на зелёную кожу голенищ.

– Ваше Высочество! – воскликнул я. – Не сомневаюсь, у вас есть более достойные персоны.

Я сделал вид, что кланяюсь. Глаза Джетсета опасно блеснули.

– Будь осторожнее, Виллейн! – проговорил Третий. – Принц без королевства и принц в одном шаге от трона – это два разных принца.

Джетсет благосклонно кивнул Третьему, затем бросил мне:

– Что ж, ты прав, тебя не жалко. Но что скажем правителю?

Появился Хурбис, делает вид, меня нет.

– Скажем – сдаваться, Ваше Высочество.

– Свежая мысль! Глубокая! В обмен на что? – спросил Третий. Хурбис поморщился устало.

– На жизнь, разумеется! – прогудел низким голосом подошедший рыцарь, и я узнал его – тот самый, что обещал запомнить. Рыцарь добавил с лёгким кивком: – Колдун мелкинд Виллейн.

– Мелкинд здесь, мелкинд там, все знают мелкинда, – пробурчал принц. – Разумно ли отпускать Первого?

– Кто сказал, что сдержим слово? – воскликнул Хурбис, на губах заиграла улыбочка. Золотоволосый скривился.

– Нет! – решительно заявил Джетсет. – Слово сдержать придётся, иначе… иначе я не могу рассчитывать на верность никого из вас!

Джетсет обвёл продолжительным взглядом каждого. Кроме меня.

– Лучше отпустить… сбежавший правитель даже удобнее мёртвого. Полезнее, – проговорил Третий многозначительно. Все подтвердили кивками согласие.

Я подал свой меч Джетсету, на этот раз рукоятью вперёд.

– Помните, Ваше Высочество? – улыбнулся я. Но Джетсет делает вид, что не замечает, и я сунул клинок рыцарю.

Мне дали белую тряпку на обломке копья, и я зашагал, помахивая, по красной, в свежих тёмных пятнах дорожке.

Массивные двери отрезали дорогу назад с гулким металлическим лязгом. Я шагаю осторожно, тяну шею, пытаясь избежать бритвенной остроты у горла. Одно неловкое движение, и залью кровью великолепный паркет. Но волновался напрасно, слишком опытны руки, что держат мечи. Отборная стража, децимарии куда ближе к тем, легендарным, чем виденные прежде ленивые увальни, жадные и толстые жабы да тощие писари. Нет, эти – настоящие воины, беспощадные к врагам и безжалостные к себе, верные до последнего, и даже после.

Меня проводили до спальни, бывшей королевской. Совсем скоро её займёт принц, нет, король Джетсет. Я стараюсь выглядеть уверенно и мирно, скрыть дрожь коленей под тканью штанин и петухов в голосе за напускной небрежностью.

В спальне пусто, не сказать аскетично. Вместо роскошного королевского ложа узкий топчан под балдахином возле стены, по центру стол, завален бумагами, в аккуратных стопках фолианты древних книг. У окна, на фоне близких гор человек, глубокие морщины перечеркнули недавно надменные черты, плечи ссутулены. Но во взгляде мрачный огонь. Нет, Первый не сдался. Такие не признают поражений!

– Милорд… – проговорил я, сразу беря быка за рога. – Я послан с предложением сдачи!

– Вы сдаётесь, – предположил ровным безжизненным голосом Первый.

И я понял: он не отступит. Из высокомерного ли презрения к захватчикам, от упорства, перерастающего в упрямство, или ещё чего. Не отступит, и мгновения мои сочтены. Провались моя миссия, и он не упустит шанс устрашить, отправить посланника назад по частям.

– Знаете, почему Джетсет победил вас, Шестёрку?

– Этот предатель Веррат! – процедил правитель, и я впервые услышал имя Третьего. – Если б не он!

– Нет, милорд. Джетсет предложил людям то, от чего бежали вы все эти годы!

Правитель закован в доспех самообладания, но я заметил, как дрогнул на миг. Продолжил с нажимом:

– Он подарил надежду. То, что вы забрали давным-давно!

– Надежду на что?! – рявкнул Первый. – Как смеет этот юнец дарить напрасные надежды?! Где возьмёт магию защищать город? Что у него за душой кроме пары мечей? Предатель да тощий мелкинд?!! Проспал своё королевство, ищет, где пристроиться!

Я помедлил, подбирая слова.