Счастливый брак по-драконьи. Вернуться домой - Александра Черчень

– Ну что, закончила?

– Почти, – вздохнула в ответ. – Осталось только в эпилоге указать, как сложилась жизнь остальных.

– А в этой книжке есть кто-то важнее нас?! – делано ужаснулся супруг. – Как так?

– Важнее – никого, но вопросы-то остались? – Я улыбнулась и потянулась к мужу за поцелуем. – Надо прояснить.

– Про кого ты там забыла, рассказывай! – Муж подхватил меня на руки и опустился в кресло, аккуратно посадив к себе на колени.

– Например, про Арвиля. Его точно полюбят все читатели.

– Еще бы! Такой страдальный персонаж! Так что у него? Первые пять лет правил городом, потом торжественно скинул это бремя на Совет Пяти и самоустранился, заявив, что звать себя дозволяет, только если начнется война. Вот и странствует сейчас по всей Изначальной и не только.

– Жаль, я ничего не знаю о его загадочной женщине. А то написала бы!

– Уверена, что это не просто отмазка на тридцать пятую предложенную кандидатуру на продолжение рода Сотников?

– Не уверена, но на безрыбье, как говорится… – я развела руками и задумалась. – Так, кто у нас еще? Диар и Лилада? Отеческие чувства рыжего десятника продлились ровно до того момента, пока после третьей линьки из кокона не выбралась голая серокожая красотка с потрясающими формами. Правда, мозги все равно остались детскими, потому рыжий страдал еще лет семь и вот только недавно рискнул начать ухаживать. Счастливая Лада, долго ждавшая этого момента, едва не съела женишка на радостях.

– Ну что ты утрируешь! – со смехом ответил Вейл. – Ладка – приличная девочка! А то, что тогда случилось… Так она просто напугала настырного арахна, который пытался ухаживать за ней в паучьей ипостаси!

– Еще надо сказать, что из нашей хондрии, слава всему, не получилось непонятного мутантика. Странная паучонка в одной форме и потрясающая девушка – в другой. Ну разве что глазищи красные и кожа серая. Недавно они с Диаром поженились, и пару месяцев назад у парочки родился чудесный малыш – Лариш Айлар Тис. Внешне пошел в мамочку.

– Диара, если честно, жалко. Его жену в темноте увидишь – долго спать не будешь.

– Он не жалуется. Итак, что у нас дальше? А дальше – еще один эпичный персонаж. Как раз из области кошмариков. Улинри Морфейр! Судя по слухам, он все же нашел свою любовь, но подробностей я не знаю, потому как древний фейри с тех пор не посещал наш мир. Закончил свою работу, воскресил умерших хейларов и ушел.

«Туда ему и дорога», – читалось на лице Ринвейла, который так и не проникся симпатией к слуа, несмотря на все свершения Улина.

– Ага… Вспомнила! Ты знаешь, что с древнедраконьего Шерриана – «черная звезда»?

– Теперь знаю, – закатил глаза Вейл.

– А вот Олли, когда мы вскрывали колбы, не знал! – я наставительно подняла пальчик. – А крышки стаскивал он, как самый сильный. Для нашего брутального дракона стало большой неожиданностью то, что мелкая хвостатая девочка кинулась ему на шею и категорически отказалась слезать. В общем, без понятия, что там разглядела в нем Шерри, но с тех пор она от Оллисэйна не отлипает. Хейлары бесятся.

– Мне кажется, за десять лет уже смирились.

– Только кажется, – авторитетно ответила я. – Когда мы виделись в последний раз, девочка серьезно заявила, что считает шестнадцать лет очень взрослым и сознательным возрастом, а потому готова прямо сейчас выйти замуж.

– О-о-о-о-о, – округлил голубые глаза Ринвейл. – А Олли в курсе?

– Думаю, уже да, – я пожала плечами. – Прошли слухи, что он сбежал в дальний край ледяного предела, закрыл замок от поиска и навесил множество всевозможных защитных заклинаний. Потом лег в спячку на сто лет.

– Как понимаю, надеясь, что Шерриана за это время если не найдет себе женишка, то хотя бы подрастет?

– Да, как-то так.

– Ты еще про Криону забыла. И Дарью.

– Не забыла. – Я ткнула пальчиком в текст. – Вот, смотри: тут указаны обе свадьбы. Дашки и Тринвира, а затем – Крионы и Себастиана.

– Тогда ты молодец! – Вейл поймал мою руку и нежно поцеловал пальцы. – Ну что, писательница… может, на сегодня все?

– Может, и все…

Я погладила изрядно округлившийся животик.

Муж перехватил меня поудобнее и понес в замок. А на столе осталась толстая рукописная книга, страницы которой лениво листал ветер. Особо сильный порыв перелистнул почти весь роман и остановился на заглавном листе, на котором каллиграфическим почерком было выведено: «Счастливый брак по-драконьи. Вернуться домой».