Ловец Душ - Марина Ефиминюк

Быстро сняв с шеи цепочку с Ловцом, я передала ее королю. Когда Распрекрасный нацепил кулон, то я снова принюхалась, выискивая признаки магии, но запах исходил лишь от кокона. Арсений, размытый зеленоватым свечением, махнул руками. Магическая стена исчезла, до нас донесся возбужденный шепот придворных.

– Все получилось, ваше величество, – расшаркивался Арсений, – мы все видели световой столб, ушедший в небеса.

Я задрала голову, на сводчатом потолке чернело идеально круглое пятно, такие появляются после передачи магии.

– Да, да, – улыбнулся король, – да, мы чувствуем силу! Чувствуем! – Он стал походить на влюбленного подростка. – Вперед, вперед – покорять драконов! – Он ткнул пальцем на выход и сорвался с места, словно за ним гнались тысяча чертей и мой болотный демон. Свита поспешила за ним. Я с ехидцей следила за их уморительным шествием.

– Кстати, – Распрекрасный резко остановился и повернулся ко мне, – девчонка много знает. Посадите ее на кол!

У меня отвисла челюсть. Я скорее изумилась, нежели испугалась, да так и осталась стоять, как вкопанная в пол, раззявив варежку. Стража появилась моментально, меня скрутили в считаные секунды, я дернуться не успела, лишь непонимающе хлопала глазами, а Арсений, подбоченясь, ухмылялся.

– Ты же обещал! – только и смогла прошептать я, чувствуя, как резко накатывает боль, сводит мышцы, перехватывает дыхание.

– Ты мне все еще веришь? – Он удивленно поднял брови.

– Но, – между тем продолжил король, – наше величество щедро, мы разрешаем проследить за минутами нашего триумфа, – и стремительно вышел из зала, только мелькнул край пурпурного плаща.

Мы едва не бежали по бесконечным коридорам, потом меня и вовсе выволокли в одной рубахе на мороз. Всей толпой мы пересекли задний двор, распугав горничных и конюхов. Король торопился, придворные, едва успевая, сбились в кучу, наскакивая друг на друга, нещадно толкаясь локтями и вовсе не разделяя восторга своего правителя, неслись за ним. За всей галдящей толпой в нелепых одинаковых плащах тащили меня.

Уже спускаясь в подземелье, я почувствовала тот же смрад, что и в замке Лопатова-Пяткина. Королевские фаворитки прятали белые напудренные носики в надушенные платочки, кавалеры храбрились, старались не морщиться, и под каждым капюшоном, на каждом аристократическом лице застыло выражение безумной паники.

– Вон он! Колдун, сними же свою защиту! – Король остановился перед двумя стражами, охраняющими огромные тяжелые двери, окутанные зеленоватой дымкой. Расхлябанные стражи в расстегнутых душегрейках высокого гостя никак не ожидали, а потому растерялись: то ли заправляться, то ли кланяться в пояс по крестьянской привычке, то ли салютовать по-солдатски. Арсений поспешно щелкнул пальцами, энергетический щит лопнул с громким хлопком, как надутый бычий пузырь, выпуская облако жасминового аромата. Распрекрасный был так возбужден, что заминки не заметил, оттолкнул стража потщедушнее и с натугой отворил дверь.

В огромной зале сидело одно-единственное существо, и оно, похоже, было очень-очень зло. Дракон повернул голову на скрипучий звук открываемой створки и блеснул желтыми кругляшками глаз.

Свита испуганно умолкла и отступила на шаг поглубже в коридор. Вояки, ведущие меня, остановились, готовые броситься наутек.

Дракон приподнял вытянутую морду, будто гипнотизируя нас. Перед его взором прыгала странная красная фигурка с отвратительным одутловатым лицом и воняющая резким раздражающим запахом магии, запахом ненавистного жасмина.

Чудище моргнуло, а мы увидели, как сокращаются его вертикальные зрачки. Оно поднялось резко, неожиданно. Длинный хвост махнул по каменным плитам пола, взметая в воздух пыль.

Дракон перевел взгляд на тех, что стояли подальше. Мелкие глупые людишки, отчаянно боявшиеся его. От них разило потом и развратом. Их запахи, их жесты буквально умоляли сожрать хотя бы одного из них. Глупое стадо, не понимающее, кто из них хозяин этого мира!

Крылатая тварь расправила огромные перепончатые крылья и как будто потянулась. Я с напряжением следила за его неспешными движением, прекрасно осознавая, что в следующее мгновение он может выставить свою чертову шею, открыть жуткую пасть и так пыхнуть огнем, что от нас всех останется единая кучка пепла.

Король продолжал прыгать вокруг склоненной морды дракона, размахивая руками.

– Смотрите, смотрите все! – орал он, как будто лишился остатков рассудка. – Сейчас дракон станет подчиняться моим приказам!

Распрекрасный достал из-за пазухи заклинание, болтающееся на цепочке, вытянул его вперед и четко, холодно произнес:

– Кто управляет драконом, тот управляет всем миром. Стань повелителем драконов!

Дракон уже с интересом разглядывал того странного человечишку, теперь протягивающего к его носу какую-то непонятную вещицу. Кажется, он что-то там крикнул на своем птичьем языке, слишком примитивном, чтобы он, повелитель этой земли, мог понять странный лепет.

В желтых глазах чудовища отражалось вытянутое лицо Распрекрасного, уже едва не повисшего на его шее.

«Сейчас он точно нас всех поджарит!» – мелькнула паническая мысль. Дракон расправил длинные чешуйки вокруг страшной морды.

– Ребятки, – прошептала я стражам, едва удерживающим меня ослабевшими руками, – по-моему, нам надо отсюда убираться! Я уже такое видела, сейчас он будет плеваться пламенем!

Стражи посмотрели на меня с непониманием на простых крестьянских лицах. Придворные между тем затихли, сбились в одну жалкую кучку, а дамы мечтали свалиться без чувств, лишь бы не видеть страшного представления. Арсений переводил взгляд с меня на дракона, на короля, потом снова на меня, понимая: что-то идет не так, что-то не получилось.

Дракон мотнул головой, шлепнул о камни хвостом, даже пол под ногами зашелся нервной дрожью. Король упал под ноги чудовищу и взвизгнул:

– Я твой повелитель, приказываю тебе посторониться!

Дракон снова расправил крылья, и тут он увидал странную скрюченную фигуру, ее держали две другие – такие же, как этот, прыгающий вокруг него кузнечик. Но эта особь обладала силой, еще неполной, но уже ненавистной, страшной силой, которой он боялся.

Ни с того ни с сего тварь отскочила к стене. Мы все непроизвольно отшатнулись назад. Распрекрасный вскочил на ноги и восторженно заорал, повернувшись спиной к дракону:

– Вы видели! Вы видели! Он меня слушается! Я приказал отойти, и он отошел!

Дракон открыл черную зубастую пасть, и я заметила, как внутри, в глотке, образуется легкий пламенный язычок. Я не знаю, откуда у меня появились силы и куда ушла мучившая меня боль. Я вырвалась из рук стражей, да они и не держали, а потом с силой толкнула одного из них на пол. Падая за ним, краем глаза я заметила, как, почувствовав неладное, свалился на плиты Арсений. В следующее мгновение над нами пронеслось всеразрушающее огненное облако. Вмиг запахло горелой плотью, подземелье накрыли нечеловеческие вопли боли. Рядом со мной зашевелился и застонал страж. Я подняла голову, пытаясь через дымовую завесу рассмотреть обстановку, но видела лишь почерневшие, обугленные стены. Охваченные паникой, метались людские фигуры.