Темная грань любви - Лана Ежова

Моя рука нырнула в холод, а затем пальцы коснулись твердого, словно из стали, косовища. Теплое?.. За холодом скрывалось тепло. Невероятно!

Я медленно провела рукой вверх по древку, затем повторила путь в обратную сторону. Наверное, косу удобно держать в руке. Только я не кромешник, и богиня Тьма вряд ли позволит управлять чужим оружием, которое не принадлежит мне по праву.

И все же сейчас я прикасалась к мраку, щупала застывшую тьму!

И мне за это ничего не было. Странно. Я всегда думала, что оружие кромешников неприкосновенно, святотатца уничтожит жестокая богиня темных. Неужели я ошибалась, и это очередная страшилка?

Эйфорию сменило опасение, которое тотчас развеялось, стоило провести рукой по гладкому древку до матово-черного лезвия. Скрытая мощь! Оружие излучало ее, больше не пугая, а даря чувство защищенности.

Желая поделиться впечатлениями с Вебрандом, я оторвалась от созерцания косы. На лице кромешника застыла неприкрытая жажда. И мука человека, который не может получить желанное. И все это обращено… на меня?

Я прерывисто вздохнула, разрушив очарование момента.

Невозмутимый, как всегда, Вебранд поинтересовался с легкой и какой-то теплой насмешкой:

— Удовлетворила любопытство? Пора спать, завтрашний день обещает быть тяжелее, чем сегодняшний.

— Да, ты прав, — поспешила я согласиться и упала на свою подушку. — Спокойной ночи, драгоценный супруг!

Делая вид, что до меня добралась усталость, не заметила, как на самом деле уснула.

Утро началось с аромата кофе и корицы.

Прямо перед моим носом на ажурной салфетке лежала теплая булочка.

— Доброе утро! — отвратительно бодрым голосом произнес Вебранд и протянул большую чашку кофе.

— Доброе? — буркнула я, потянувшись за подношением. — Я бы с тобой не согласилась, но кофе и булочка примиряют меня с действительностью.

— Отлично, значит, я не разучился находить подход к сложным девушкам.

К девушкам? Не передать силу моего недовольства, которое я испытала после этих слов. Не сомневаюсь, дамы любят таких, как Эрик, — продуманных, внимательных и обаятельных. И к скольким «сложным» он подход нашел?..

Бодрящий сладко-горький кофе помог смириться с неожиданной мыслью. Сейчас я напоминала себе сытую собаку, которая не в силах разгрызть косточку, закапывает ее в землю. Ревность неуместна, на нее у меня попросту нет права — эти слова следует твердить себе по возможности чаще, иначе увлекусь мужчиной, который испытывает ко мне не настоящие чувства, а лишь их тень.

Взяв со столика вторую чашку и сделав несколько глотков, кромешник посвятил меня в дальнейшие планы:

— Через два часа завтрак с остальными претендентами, тогда же и состоится первое испытание.

— Откуда знаешь?

— Оттуда, откуда наш перекус, — отозвался Вебранд. — И новость и еду принес Брентон.

— Какой хороший слуга, — пробормотала я неуверенно и покосилась на кольцо, подаренное давелийским кронпринцем.

Артефакт с черным камнем, выявляющий яд, ничего не обнаружил.

— Нужно было проверять сразу, — прокомментировал кромешник беззлобно. — Брентону пока можешь верить.

Пока? Я зацепилась за это слово, но расспросить не успела — Вебранд вручил мне браслет из красных и золотых ниток с крохотными деревянными бусинами, если не сбилась со счета, их одиннадцать. Была на плетенке и кисточка, как у обыкновенной сонетки.

— Обещанная Брентоном сонетка, ее следует носить на запястье постоянно, если хочешь вовремя его дозваться, для чего нужно трижды дернуть кисточку.

Я нахмурилась. Мне не нравилось находиться у кого-то на виду, фактически на поводке, ведь подобный артефакт предполагал двухстороннюю связь — слуга будет знать, где я нахожусь в любой момент.

— Не переживай, идея стоящая, и Брентон точно не желает зла, — успокоил кромешник. — Сейчас мы закончим завтракать и подберем тебе наряд.

— Считаешь, нужно сразу произвести впечатление на собравшихся? — усмехнулась я и потянулась за второй булочкой.

Плетеная корзинка, доверху наполненная вкуснейшей сдобой, напомнила о жреце Нортеме. Теперь я его понимаю: выпечка отлично поднимает настроение, когда что-то приходится делать против воли.

— Произвести впечатление? — Вебранд задумался. — И это тоже, но главная цель — выбрать то, в чем тебе будет удобно проходить испытание, даже если им окажется бег с препятствиями.

Мне нравился его обстоятельный подход к выбору моего наряда, и все-таки я не удержалась от ироничной подколки:

— Похоже, ты знаешь лучше, что мне нужно. Поможешь с выбором?

— Да.

Что?.. Я поперхнулась глотком кофе, и кромешнику пришлось постучать мне по спине.

— Ты готова? — спросил он, когда я отдышалась. — Перед тем как начнем выбирать наряд, взгляни на дела некоторых претендентов.

Вебранд похлопал по высокой стопке тонких и толстых папок из темно-красной кожи.

— Ого! Откуда они у тебя?

— Полчаса назад передали, — ответил он уклончиво.

Ясно, мне лучше не знать. И, понятное дело, данные на важные фигуры Латории собирала разведка империи. И мне бы ознакомиться с биографией своих соперников, а я думала в первую очередь о том, чтобы взглянуть на свою папку, если она там есть.

Желание нестерпимо, непреодолимо соблазнительное — и вскоре я листала написанные каллиграфическим почерком документы. Некоторые имена знакомы не понаслышке, другие претенденты входили в четвертый десяток.

Папку на себя я не нашла и не удержалась от недовольного вопроса:

— А где моя?

— В разработке. — В глазах Вебранда затаились смешинки. — Как только я узнаю все твои секреты, сразу заведу дело.

— А может не надо?

— Надо, ты ведь претендентка, — с наигранной строгостью возразил кромешник и, усмехнувшись, добавил: — Впрочем, я могу и передумать, взамен на…

— Взятку, чтобы такое дело вообще не появилось? — торопливо договорила вместо него. — Я готова на все!

Выдав шутливое признание, тотчас испугалась, осознав, что отчаянно флиртую.

— Хорошо, я подумаю над твоим щедрым предложением. А сейчас все же посмотри, с кем тебе доведется общаться ближайшие дни.

И, словно сбегая, он ушел к чемоданам, оставив меня наедине с папками.

Как исполнительный боевой маг я добросовестно все пролистала. Нет, не сорок папок. Я и не ожидала, что они будут в таком количестве, — кандидатов убирали всегда. Но все же я морально не подготовилась к тому, что их окажется меньше трех десятков.

— Эрик, почему так мало? Остальных… убили? — по-настоящему ужаснулась я.