Келльская пророчица - Дэвид Эддингс

Они возвратились во дворец перед самым рассветом и, квеликому изумлению, обнаружили, что почти никто не спит. По Тронному залупронесся всеобщий вздох, когда в дверях показались Гарион и Закет. ДоспехиГариона были местами оплавлены и обагрены кровью дракона, а короткий плащ,накинутый поверх лат Закета, – обуглен и изодран страшными когтями.Панцирь на груди маллорейского императора избороздили глубокие царапины.Доспехи рыцарей красноречиво свидетельствовали, сколь страшным был бой.

– Мои доблестные победители! – воскликнул король,завидев их.

Сперва Гариону почудилось, что король, увидев их живыми,ошибочно решил, будто они убили дракона.

– За все те годы, что это исчадие преисподней разоряетнаше королевство, – продолжал король, – впервые кому-то удалосьобратить сие отвратительное создание в бегство!

Заметив изумленное лицо Бельгарата, монарх милостивосоизволил объясниться.

– Не далее чем два часа тому назад узрели мы в небесахнад городом дракона, вопящего от боли и ужаса.

– И куда он полетел, ваше величество? – спросилГарион.

– В последний раз его видели, когда он устремился назапад прямо через море, господин рыцарь, ведь, как известно всем в нашем краю,логово его находится где-то там. Заслуженная кара, понесенная им от руки твоей,благородный рыцарь, и твоего могучего сподвижника, заставила его покинутьпределы нашего благословенного королевства. Несомненно, чудище забьется в своелогово, чтобы зализать многочисленные раны. Теперь же не соблаговолите липоведать в подробностях сражения вашего со зверем? Мы с великим нетерпениемждем рассказа.

– Позвольте-ка мне, – пробормотал Бельгарат,выступая вперед. – Сии два непобедимых воина, ваше величество, люди весьмаскромные, как и подобает рыцарям благородным. Сдается мне, что они окажутсячересчур сдержанными, описывая происшедшее, из опасения показаться хвастунами.Возможно, будет лучше, ежели я сам поведаю обо всем, чтобы ваше величество ипридворные узнали всю правду о том, что произошло.

– Хорошо сказано, учитель Гарат, – похвалил старцакороль. – Истинная скромность – украшение всякого высокородного рыцаря. Нопорой, как вы только что изволили заметить, она мешает восстановить во всехподробностях картину подвига. Прошу вас, начинайте.

– Право, не знаю, с чего и начать, – изобразилрастерянность Бельгарат. – Ну хорошо. Как уже известно вашему величеству,мудрый Эрезель подоспел вовремя с вестью о том, что дракон бесчинствует вдеревеньке Дал-Эста. Тотчас же, покинув сей зал, мы вскочили в седла ипомчались в направлении вышепоименованного селения. Там к тому времени бушевалпожар – огненное дыхание страшного чудовища не пощадило ни одного двора. Окрествиднелись мертвые тела селян и туши скотины, коих умертвил дракон и отчасти ужепожрал – ибо для него всякая плоть есть пища.

– Какая жалость... – вздохнул король.

– Его искреннее сочувствие весьма трогательно, –прошептал Закет на ухо Гариону. – Но я сильно сомневаюсь, чтобы онприказал отпереть сундуки с золотом, чтобы помочь крестьянам вновьотстроиться...

– Что? Добровольно отдать простолюдинам то, что он свеликим трудом выбивал из них усилиями сборщиков податей? – притворноизумился Гарион. – Что за дикая мысль пришла тебе в голову!

– Доблестные рыцари сии обозрели окрестности, –продолжал Бельгарат, – и вскоре обнаружили дракона, который как раз в тотмомент пожирал табун лошадей.

– Я почему-то видел только одну лошадь, –прошептал Закет.

– Порой дедушка преувеличивает, чтобы рассказ получилсяболее захватывающим, – шепотом ответил Гарион.