Молот - Александр Авраменко

Глидер замер во дворе резиденции наместника, и караул из тевтонских гвардейцев отдал салют. Сын Императора вылез из машины, собираясь войти в здание, но, заметив спешащего к нему командира охраны, остановился.

– В чем дело, Брат Бонифаций?

– Просители, господин наместник. Согласно распорядку дня.

– Много?

– Пятьдесят, как вы и распорядились.

– Хорошо. Через час начинай запускать по одному.

– Да, ваша светлость…

Тевтон удалился, а Михаил прошел в дом. Быстро отобедал, затем упругим шагом поднялся в кабинет, где обычно принимал посетителей. А их хватало! По самым разным вопросам. Кто-то искал близких, уехавших в Империю и не подававших оттуда вестей. Кого-то несправедливо обидели. Кого-то ложно обвинили… Михаил никому не отказывал, прибегая в сложных случаях к методу пси-допроса. Случалось, что приходилось извещать и Церковный Трибунал Ордена, чтобы те взялись за просителя всерьез… Словом, приходили всякие люди. И каждый надеялся на справедливость.

Вот и сейчас все шло как обычно. Привычный уже поток посетителей. Ничего сложного. Там – одно. Тут – другое. Пока в кабинет не вошла женщина в скрывающем лицо капюшоне. Низко поклонилась и приступила к изложению своей просьбы:

– Ваша светлость, я Амара аун Митор, фэлла. Меня привело к вам следующее: мою дочь Файру хотят направить в Империю для обучения. Я категорически против этого, тем более что у нее, согласно приказу Императора, имеется жених из светлых фэллов.

Михаил нахмурился.

– Чье это указание?

– Правителя, ваша светлость. Мой род находится в родстве с родом бывшей правительницы Юмары. Поэтому…

Наместник жестом остановил женщину.

– Почему на вашу дочь пал выбор правителя?

– Он утверждает, что у нее сильно развиты способности к математике.

– Насколько сильно?

Женщина замялась, потом нехотя ответила:

– На уровне хорошего логгера. Интуитивное вычисление.

– Тогда чего вы боитесь? В Империи очень ценят такие таланты. Могу заверить, что ваша дочь пойдет очень далеко…

– Но у нее есть жених, и здесь ее родина!

– Уважаемая су, ничего не могу поделать. Отменить высочайший приказ будет преступлением против Империи. Повинуйтесь его слову. Идите. Вы свободны!

Женщина склонила голову, покорно прошла к дверям, но вдруг, обернувшись, прошипела:

– Чтоб тебе никогда счастья не знать, круглоухий! – Рванула ручку двери и замерла – та не открылась.

Михаил поднялся с места и приблизился к фэлле.

– Счастья не знать?.. Да что ты знаешь обо мне! Ты!..

Он рванул капюшон с головы женщины и обомлел: на него смотрело испуганное полудетское личико. Эта су никак не могла быть матерью той, о ком только что шла речь. Значит, это она сама! Вовремя заблокировал замок, получается…

Не обращая больше на девочку-подростка внимания, Михаил нажал тревожную кнопку. Через мгновение в кабинет ворвалась охрана. Наместник указал на фэллу:

– Взять ее! Поместить под арест. И оповестите остальных, кто остался, что прием продолжится через пятнадцать минут. Мне – чашку кофе…

Оставалось человек десять, дела которых он решил быстро. Устало потянулся, заложил руки за голову. Наконец-то все на сегодня. Досадливо сморщился. Ах да! Еще эта фэлла… Наместник наклонился к селектору, отдал короткий приказ:

– Попросите Орден прислать мне отца-дознавателя из Церковного Трибунала. Нужно проверить кое-что.

– Будет исполнено, ваша светлость!

Отключившись, Михаил взглянул в окно. Ничего себе, уже вечер! Пора ужинать…

Едва он прошел в столовую, как на пороге появился гвардеец.

– Ваша светлость, прибыла сестра-дознавательница Агнесса цу Штемке.

– Как раз вовремя. Кнехт, пригласите ее в столовую и распорядитесь, чтобы накрыли еще два прибора.

Гвардеец отдал честь и вышел. Михаил подождал пять минут, чтобы дать слугам время исполнить приказание, затем вошел в столовую. Увидев сестру, присланную Орденом, он едва не выругался: что-то везет ему сегодня на девочек-подростков! Сначала полуребенок-фэлла, теперь эта тевтонка… Ладно. Положение обязывает. Он слегка поклонился, приветствуя девушку в черной форме:

– Фройляйн, прошу вас к столу.

– Но я… Господин наместник, я не голодна.

Михаил лукаво улыбнулся:

– Вы, может быть, и нет. А я и, больше чем уверен, тот человек, ради которого я вызвал вас, точно!

Тевтонка покраснела, что особенно было заметно на веснушчатой коже. Между тем молодой человек выдвинул стул:

– Присаживайтесь, фройляйн. – Дождался, пока девушка сядет, затем сел сам. Сделал отмашку слугам: – Приведите сюда фэллу из арестантской! – Перехватив удивленный взгляд дознавательницы, пояснил: – Эта девочка прикинулась собственной матерью, чтобы отказаться от направления на учебу в Империю. Хотя, по ее же словам, у нее имеются некоторые очень нужные в Метрополии способности. Я бы хотел проверить, так ли это. И какие на самом деле мотивы замешаны в причине ее отказа?

Дознавательница согласно кивнула. Буквально через минуту двери в обеденный зал распахнулись, и рослый кнехт ввел ту, о ком только что шла речь. Михаил вновь встал, подошел к стулу возле тевтонки, выдвинул его:

– Прошу вас сюда, су Файра…

Та испуганно взглянула на наместника и подчинилась. Ласковым голосом он продолжил:

– Присаживайтесь, не стесняйтесь. И не бойтесь моего титула. Я такой же человек, как и все вы. И даже – принимаю пищу, как простые люди. Вы, су, наверняка очень голодны? Так что – угощайтесь. Представьте, что вы дома…

Михаил перехватил острый взгляд дознавательницы и на миг опустил веки, давая разрешение действовать. Человек за едой невольно расслабляется и теряет самоконтроль до некоторой степени, так что Агнессе цу Штемке в подобной обстановке будет легче работать…

Ужин, как и привык Михаил, проходил практически в полном молчании. Тевтонка лениво попивала кофе, который появился на планете Ордена лишь после прихода Империи и к которому потомки германцев моментально пристрастились. Фэлла стыдливо ковырялась в своей тарелке. Один наместник орудовал столовыми приборами, словно землекоп лопатой на тройной ставке. Но поскольку приготовлено все было просто великолепно, то вскоре и Файра налегла на поданные к столу блюда по-настоящему. Тишина нарушалась лишь позвякиванием приборов по драгоценному фарфору да чуть слышным журчанием напитков, разливаемых слугами по бокалам…

Михаил украдкой наблюдал за обеими девушками, даже не понимая, зачем это делает. В преданности тевтонки он был абсолютно уверен, а вот зачем ему эта полудевочка-полуженщина, и сам не понимал. Если соотнести физическое развитие с девушками Империи, фэлле всего-то лет двенадцать – тринадцать… Так что правитель фон Вальдхайм абсолютно правильно поступил, отправив ребенка в Метрополию. Если у нее действительно способности к вычислениям, то тогда су прямая дорога под крыло тетушки Рэй, знаменитого имперского министра экономики. И та сделает из фэллы блестящего финансиста!..