Избранная светом - Ольга Грон

Уже стемнело, когда я развесила в сушильной все свои вещи и отправилась в комнату. Как только дела закончились, вновь атаковали грустные мысли.

Снова и снова я вспоминала тот случай на поляне, горящие глаза итхара, когда он приближался ко мне, и не понимала, где ошиблась.

То, что случилось потом, я прокручивала и голове раз за разом, понимая, как буду тосковать по Роквеллу, ведь жизнь без него теряла смысл, становилась блеклой и неинтересной. Но раскисать нельзя, нельзя опускать руки и ждать своего конца, нужно действовать решительно.

Любовь приходит и уходит, как сказал когда-то мой бывший муж. Мне бы как-нибудь применить это жизненное правило.

Конечно, выспаться не удалось. Лишь под утро я ненадолго задремала.

Встала с больной головой. Наспех натянула блузку и юбку, забрала академическую накидку и поползла на кафедру, как сонная муха.

Впервые в академии стояла тишина.

Основные экзамены закончились, и у студентов началась практика. Лишь некоторые отстающие еще шатались по коридорам с экзаменационными бланками.

Я занесла отчет со списками на практику в ректорат, подала его Алиссии.

— Положи вон туда, на тумбочку, — съехидничала она, но взгляд ее подозрительно забегал.

— Разве не посмотришь? Вдруг вместо отчета я написала все то, что о тебе думаю? — ухмыльнулась я.

— Мне все равно. Клади бумаги и сейчас же проваливай из приемной! — Ее голос вдруг сорвался на визг.

Это показалось мне странным, я даже обернулась, когда покинула кабинет. Вслед за мной куда-то выбежала и сама блондинка, но свернула в другую сторону. Я не стала догонять эту ненормальную.

Тейн Мадеус за это время куда-то вышел. Поскольку поговорить с магистром про увольнение не удалось, я решила сделать это, как только он вернется.

В одной из аудиторий пыхтел Лаки, собирая модель алхимического круга для выставки в холле, что планировалась ближе к набору новых абитуриентов, но готовились к ней уже сейчас, загодя.

— Привет. Как дела? — поинтересовалась немного смущенно.

— Все как обычно. А ты как?

— Ездила домой, заодно побывала в храме Трехликой и расторгла брак с Дейсаром.

— Я так и думал. Все из-за Фланнгала?

— Нет, не из-за него. Лаки… мне нужно кое в чем тебе признаться… — начала я и остановилась, не зная, как подействует на друга правда о другом мире.

Но так и не смогла ничего сказать.

— Продолжай. Почему замолчала? — Он убрал в сторону макет, уставившись на меня. — Лерэйн, ты какая-то совсем бледная! Все хорошо? Как ты себя чувствуешь?

— Просто я почти не спала. Я написала заявление… В общем, я решила уволиться, нужно как-то сообщить об этом тейну Мадеусу. Он разозлится, — пробормотала я, обмахиваясь рукой. Стало жарко.

— Еще бы, ты первая помощница, которая продержалась у него так долго. Представляю его реакцию, — ответил Лаки, вновь возвращаясь к макету и прикручивая очередную деталь.

Я совсем забыла, что мне еще надо побывать в главном храме, чтобы потом сменить документы. Это задержит меня в Грэмвилле на несколько дней, без этого меня просто не пустят в Вастхальд. Главное, чтобы Роквелл ни о чем не догадался, даже если мы еще раз встретимся.

Голова действительно кружилась, стало подташнивать.

Я едва добралась до двери, когда окончательно поплохело. Воздуха не хватаю, будто кто-то высосал его из комнаты.

Со мной было что-то не так, а я не понимала, что именно происходит. Все тело начало ломить, будто в него тайком пробрались тысячи мини-существ и старательно долбили молоточками каждую кость, каждый орган, уделяя особое внимание нервам.

Нужно было позвать на помощь, а я не могла произнести ни звука. Лишь хваталась за стены, чтобы не упасть.

— А-а-а! — выдавила наконец.

Меня повело в сторону. И я грохнулась на пол коридора. В глазах на миг потемнело, потом картинка частично прояснилась.

— Лерэйн, с вами все в порядке? — склонился кто-то надо мной.

Лицо перед глазами троилось, и я не понимала, кто это, хотя точно знала — кто-то из знакомых.

— На помощь! С теей Вилтон беда! — разнесся крик по коридору.

Я ничего не понимала. Боль мешала сконцентрировать мысли на чем-то конкретном. Знала одно: я умираю.

Это не простое недомогание, а какое-то серьезное магическое воздействие.

— Лерэйн! Что происходит?! Тебя кто-то отравил? Ты что-то ела или пила? Скажи! Это важно! Мы успеем тебя спасти…

Это был уже Лаки Карлиман.

Голос растворился в общем гуле, поскольку людей в проходе прибавилось.

Я едва смогла промычать в ответ слово «нет».

— Я уже вызвал Анну и магистра с факультета лекарей. Тебе помогут, только держись, я тебя умоляю, милая! Только держись…

— Позови… Роквелла… Медальон…

Сознание уплывало, но я точно знала: последний, кого я хочу увидеть, — Рок.

— Какой медальон?..

Он все понял, стал тереть артефакт, что висел на моей шее. Говорил что-то… Лаки, безобидный добродушный Лаки, который даже злиться толком не умеет.

На какое-то время все исчезло. Я не знала, сколько времени прошло. Кажется, меня куда-то перенесли. Но куда — непонятно. Что-то со мной делали. И среди многочисленных голосов я вдруг различила голос Роквелла.

«Слышишь — я пока еще дышу…» — прозвучала в голове рваная мысль.

Но вслух не могла ничего сказать.

— Лера! Лера! Только не уходи.

«Мое сердце бьется-только для тебя…»

— Лера! Нет!!!

«Я люблю тебя, идиот…»

— Кто-то пропитал ядом ее рубашку… — Незнакомый мне голос.

— Успеем ли найти противоядие? — Кажется, это уже Анна.

— Не подходите близко, это может быть опасно… — Первый голос.

— Не вздумай умирать!. — Встревоженный возглас итхара.

«Меня отравили», — осознала я.

Хотела ответить хоть что-нибудь, но не вышло. Странно, но боль вдруг ушла. И тело словно не моим стало.

Моя душа покидала этот мир, устремляясь в неведомое пространство.

— Не-э-эт!!!

Отчаянный крик Роквелла, который я не услышала — почувствовала.

Удивительное ощущение, будто тебя против воли тянет сквозь какой-то бесконечный тоннель с белыми светящимися окружностями по всей длине. А вокруг летят мерцающие точки, как будто снежинки в свете фонаря.

Мысли закружили круговоротом…

Удар, словно меня развернули в пространстве, впечатав во что-то плотное, и я отключилась. Все потемнело, и сознание растворилось в небытие.