Попаданка в деле, или Ваш любимый доктор - 2 - Соня Марей

Слова Морригана всё ещё звучали в голове, от интонации, с которой те были произнесены, пробирала дрожь. А ведь он чертовски прав! Целителей никто за противников не считает, всем кажется, что мы только с пациентами возимся, перевязки там делаем, раны штопаем.

По правде сказать, в большинстве случаев так и происходило. Однокурсники Эллен были ленивыми шалопаями, детьми богатых титулованных родителей, им не было нужды думать о заработке, они и так имели всё. Парни с курса больше думали об азартных играх и женщинах, девушки забавлялись тем, что влюбляли в себя жертв на спор и тайно торговали приворотными зельями. Больше ради забавы, чем из-за денег. Но были и немногие, кто упорно грыз гранит науки, надеясь когда-нибудь получить место при королевском дворе.

Вспомнился ещё один неприятный нюанс. Некоторые преподаватели показывали, как нарочно затягивать исцеление, чтобы пациент думал, что оно близко, надо ещё чуть-чуть подождать, чуть-чуть доплатить. Слава Богу, шарлатанов было немного, Эллен их презирала и не понимала, почему их держат в Академии. А всё просто — абсолютное излечение и поиски новых лекарств, которые позволили бы победить многие болезни, были попросту невыгодны гильдиям. Ведь здоровый человек к ним больше не обратится, из него не получится тянуть и тянуть деньги. Особенно пытались нажиться на богачах. Неужели не понимали, что такой подход ведёт в никуда?

Эллен старалась изо всех сил, насколько позволяли резерв и врождённый дар, хотела заставить родителей ею гордиться. Но не блистала, смогла стать лишь середнячком. Естественно, декану было известно о её способностях, и тем более подозрительными ему кажутся успехи бывшей адептки. Это он ещё об артефактах не знает.

Вспомнить бы закрытый курс! Неужели Морриган учит адептов-целителей тихо и бескровно убивать? Я представила каково это — одним лёгким касанием остановить сердце человека.

Брр, жуть какая. Наше призвание — спасать жизни, а не отнимать их. Жаль, что для некоторых люди что пешки в игре.

* * *

В госпиталь я явилась, готовая ко всему. Сегодня было решено оценить умения практикантов, завтра — лекарей, послезавтра в программе стояло посещение секционной. Проверка началась с того, что практикантам устроили экзамен по разным дисциплинам.

Страдальцев собрали в самой большой учебной комнате, раздали бумагу и перья, а напыщенный нейт Льялль — столичный лекарь с седыми гусарскими усами, ходил туда-сюда и диктовал вопросы, время от времени заставляя кого-то из юношей подниматься и отвечать устно. Я смотрела на это через щель в двери, видела склонённый над столом затылок Йена — парень что-то быстро-быстро строчил, крутящегося туда-сюда Дэрина, который искал, у кого бы списать. К несчастью, его соседи были такими же раздолбаями и плохо знали теорию.

Уверена, я сама завалила бы эту проверку, потому что некоторые вопросы и ответы были такими, от которых у современного человека волосы на голове встали бы дыбом. Но так как я была магом, а тут проверяли знания традиционных методов лечения, этот экзамен мне не грозил. Хоть что-то приятное.

Зато меня вызвал к себе нейт Лейн, к которому я и отправилась, когда закончила с подглядыванием. Глава гильдии находился в комнате, где хранился лечебный инструментарий. Я туда забегала разок и после посещения захотелось некоторые из этих инструментов отправить в музей. Например, клещи для удаления зубов, которые одним своим видом должны вызывать приступ резкого выздоровления у пациента. Подобные штуки я видела в учебнике истории в разделе о батюшке нашем Петре Первом, который увлекался стоматологией и любил рвать зубы подданным. И попробуй откажи монарху! Ещё в музей я бы отправила фиксатор для особо ретивых пациентов, почти все гинекологические инструменты и гигантский железный клистир.

В компании нейта Лейна я заметила моего закадычного друга нейта Брайтена и … Морригана. Все трое стояли спиной ко мне.

Да уж, приятная встреча. Особенно после ночного сна.

Декана явно что-то заинтересовало, он протянул руку и взял со стола акушерские щипцы, одни из тех, что литейщик изготовил для госпиталя по моему чертежу. Морриган скептически оглядел инструмент и спросил у Лейна и Брайтена:

— А это ещё что?

— Позвольте, нейт Морриган! Эти щипцы ведь применяют в столичной Академии, так нейра Эллен сказала, — произнёс Лейн с удивлением.

Я хотела обозначить своё присутствие и объясниться, но меня опередил Брайтен. Он принялся с энтузиазмом расписывать достоинства инструмента, не забыл упомянуть, что с его помощью он уже спас жизни роженицы и малыша, который никак не хотел появляться на свет.

— Значит, наше изобретение, — хмыкнул Морриган, а потом заметил меня. Хотя подозреваю, он почувствовал моё приближение ещё до того, как я сюда явилась. — А вот и дорогая нейра. Будьте добры рассказать, где вы взяли это? — и протянул мне щипцы.

— Надеюсь, что ты заранее придумала ответы на каверзные вопросы? — без особого энтузиазма спросил Пискун.

— Иногда лучше импровизировать, — призналась я мысленно, потом откашлялась и произнесла:

— Идею я подсмотрела в одной старинной иностранной книге, которая нашлась в библиотеке моего отца, он ведь тоже был целителем. Я ещё в Академии думала над ней, а по приезду сюда заказала инструмент у литейщика.

— Что же это за книга? Почему я о ней не слышал? — ласково, почти по-отечески продолжал пытать меня декан.

— Не помню, как она называется. Она очень-очень старая. Подозреваю, что такие щипцы использовали ещё в глубокую старину, а потом лекари о них просто забыли.

— И вы сами сделали чертёж? — он вскинул брови, изображая крайнюю степень удивления, потом провёл пальцем по ветви, по плавному изгибу. — Такой, что головка младенца даже не травмируется?

— Здесь дело не только в изгибах, но и прямоте рук, нейт Морриган.