Виделись! - Михаил Француз

напомню, это не электричество. И каким-то непостижимо-естественным образом, в момент сведения пальцев, слепящая, потрескивающая дуга превратилась в короткий шипящий факел ацетиленовой горелки. И даже почти такого же цвета, как у смеси ацетилена с кислородом: синеватый, почти совсем прозрачный, почти невидимый на дневном свету. Красивый.

Я, довольный результатом, отпустил ещё немного: факел автогена тут же удлинился, стал немного ярче, но, что очень радовало, не потерял стабильности, не стал толще, не превратился в беспорядочно дёргающееся пламя. Факел остался таким же чётким, ровным, направленным.

Я медленно подвёл руку к створке ворот и осторожно прикоснулся к ним самым кончиком этого факела. Дерево ворот в точке касания тут же потемнело, почернело, начало осыпаться невесомым холодным белым пеплом, а чернота от точки касания расходилась дальше, как ядовитая клякса по человеческому телу, как это любят показывать в Голливудских фильмах: кривыми разбегающимися прожилками, следом за которыми шло потемнение всей площади между ними. И это заставило меня нахмуриться — утечка в фон энергии Смерти мне была не нужна.

Однако, сосредоточение и усиление внимания на факеле и собственной силе помогло: «раковая опухоль» остановилась, перестала разрастаться, зато материал в самой зоне контакта стал истлевать ещё быстрее, хотя, казалось бы, куда уж быстрее? Итак преграда исчезала почти мгновенно, не выдерживая напора настолько агрессивной энергии.

Я медленно повёл руку вниз, до самой земли, потом снова вверх по тому же маршруту, до точки начала, затем выше, выше и вбок, рисуя сведёнными пальцами ровную (ну, насколько мой глазомер и «прямота рук» позволяли) арку прохода под свой рост и ширину плеч. Такую, чтобы не пришлось ни наклоняться, ни протискиваться.

Меньше минуты понадобилось, чтобы кусок здоровенной, толстенной, укреплённой и зачарованной на дополнительную прочность и стойкость к различным воздействиям воротины отделился от основного её тела и готов был рухнуть от любого легчайшего толчка. Но я не дал ему этого сделать. Я ткнул факелом ровно в центр этого куска и ещё немного отпустил свою силу. «Раковая опухоль» тут же разбежалась от места касания по всей поверхности этого отделившегося куска. Дерево потемнело, почернело, а потом разом вспыхнуло мертвенно-бледным пламенем и за считанные секунды осыпалось жирными хлопьями белого холодного пепла. Всё — проход свободен.

А самое пугающее в этом, было то, что я чувствовал: с точно такой же лёгкостью, я мог превратить в пепел не кусок створки, а её всю! И примерно за такое же время. Это насколько же прыгнул мой уровень-то?!

Я двинулся вперёд через проделанное отверстие спокойно и даже, может быть, величаво. Так, как и должен входить Граф в покорённую им Крепость.

За воротами была решётка. Которая, впрочем, сопротивлялась ничуть не дольше ворот. За решёткой ещё одни ворота, ещё решётка, ещё, и ещё ворота. Но их количество и толщина створок, как и толщина прутьев, уже ничего не решали: я проходил через них уже почти не задерживаясь.

Проблема была в другом: моя магическая сила. Мне было всё трудней и трудней удерживать её под контролем. Использовать такой маленький факел, было всё равно, что пытаться дышать через соломинку. Через очень тонкую и длинную соломинку. Даже не соломинку, а макаронину — бывают такие: длинные, тонкие, с дырочкой посередине. Точно бывают! Я сам видел. И даже пытался продуть одну такую. Оттого и точно знаю это ощущение. Запомнил.

Так вот, сейчас было именно такое. Только не в плане воздуха, а в плане Магии. И это было, пожалуй, даже мучительнее. Мне хотелось «вдохнуть» как следует! Полной грудью. Эта «задержка дыхания» убивала. От того, я ускорял и ускорял шаг, последние ворота, преграждавшие мне путь внутрь Данжа, я даже не успел толком прожечь. Помоему, я их просто снёс всем своим телом, налетев на них.

В физических законах мира Земли такое было бы совершенно невозможно, ведь масса моя и масса ворот были несопоставимы: должен был бы отлететь я, но здесь, в законах Системы, сорвало с петель и вынесло внутрь Крепостного двора именно ворота. Притом, что они, вроде бы, вообще должны были открываться наружу.

Но мне было плевать. Я этого особенно-то и не заметил. Мне хотелось «дышать».

Была, кстати, с этим внезапным, неподготовленным «левелапом» одна незапланированная неприятность: в пламени вырвавшейся из-под контроля Магии, сгорели все те Артефакты, которые я постоянно носил на своём теле для помощи в контроле своей силы. Те самые, с «бафами» на «инту», спокойствие, концентрацию и контроль. Так-то, с этим возросшим уровнем тяжело, так ещё и «костыли» поотваливались… Гад этот де Флёр, а не Граф!

Влетев внутрь территории развалин Крепости, а значит, и внутрь Данжа, что, в свою очередь, означало, что теперь я отрезан от «реального» мира, и за мной никто не последует, что вокруг вообще никого больше нет… из тех, кого жалко, я, наконец, позволил себе «вдохнуть»… Точнее, «выдохнуть». И выглядело это, как толстенная, с молодую берёзу толщиной, молния, рванувшая из моей так и остававшейся вытянутой руки вперёд. Куда-то вперёд, плевать куда.

И этим «плевать», оказалась вода. Много воды. Озеро-болото, которое лежало впереди. Молния ударила в него и разошлась сетью из тысяч разрядов по его поверхности и объёму.

И била эта молния не единое мгновение, как молния нормальная, а, как всё та же дуга электросварки. Секунда, другая, третья… пятая, десятая… На двенадцатой секунде молния прервалась, а я упал на колени прямо там, где до того стоял, тяжело и хрипло дыша.

Рука опустилась сама собой, а судорожно сведённые пальцы разжались.

Ещё через пять или шесть вдохов-выдохов, я поднял голову и посмотрел вперёд, на болото-озеро. На поверхность воды, тут и там, начинали всплывать тела каких-то крупных монстров, вроде-бы лягушко- и змееподобных. И вроде ещё каких-то, пиявок, что ли?

А ещё через пять вздохов, величественно всплыла огромная, толстая и угрожающе выглядящая рогатая змея. И, если я говорю — огромная, то именно это и имею ввиду. Эта «жабо-гадюка» была с электричку размером!

…мёртвая.

А ещё через пару вдохов, я понял/осознал/почувствовал (нужное подчеркнуть), что Данж пройден. И Данж закрылся. Я снова нахожусь в основном, реальном мире. И, видимо, понял это не только я.

— Упс, — только и смог выдавить из себя я.

Глава 32

Мои личные покои в Графской гостинице Крепости Фэр. Да — у меня теперь есть личные, раз и навсегда закреплённые за мной покои в крутой дорогой гостинице. И да — содержание этой гостиницы оплачивается из Графской казны моего Графства. И да — она,