Сантехник 2 - Иннокентий Белов

Сам предоставляю свою землю для постройки всего этого, своих работников и свой теперь рудник, пусть и неразработанный.

Устрою такую промзону в стороне от деревни, там, где будет удобнее всего загнать реку в правильные берега.

Без таких солидных гидротехнических работ никак не обойтись, как я сам знаю и еще здесь дополнительно поспрашивал, весной и во время дождей река сильно бурная, а со второй половины лета ее воробей может вброд перейти.

Не равнинная река, а горная со сложным характером.

В общем, то — пусто, то — густо, придется этот вопрос как-то правильно регулировать и налаживать.

Пока у меня всего пятеро, скоро будет десять-двенадцать, своих стражников, больше особо не нужно, чтобы замок охранять. Со мной ездить и пары хватит, потому что я больше на другое прикрытие рассчитываю, а в замке десятка тоже будет достаточно, чтобы наблюдать вокруг со стен и тревогу объявить.

Потому что соседи со всех сторон прикрывают мое владение, я на одном только отсутствии содержании полноценной дружины могу озолотиться. Это ежемесячная плата одна по сто-сто двадцать монет золотом, у моих компаньонов по пятьдесят-шестьдесят воинов в строю, плюс хорошая кормежка по пол золотого минимум в месяц, пиво опять же за казенный счет, доспехи, оружие и лошади со своим фуражом.

В месяц выходит не меньше ста пятидесяти золотых, даже если ничего в арсенал не покупать, это в год тысячи две золотых. Я пока от таких расходов очень правильно избавлен, но чувствую себя все равно более-менее спокойно с моими возможностями.

И компаньоны тоже себя так же чувствуют, пока у меня мало своих воинов, то я от них как бы завишу и на расторжение аренды не пойду. Ну, пусть так и думают, мне самому спокойнее.

Скажу спасибо компаньонам и своему везению за это обстоятельство, а пока с интересом разглядываю источник вонючей воды и вонючего воздуха.

— Сильно льет эта вонючая вода? — обращаюсь после раздумий к старосте.

Тому одного предупреждения вполне хватило, поэтому отвечает снова подобострастно:

— Не ходил, ваша милость сам. Кто рядом были, говорят, есть небольшое озерцо, сильно вонючее. И очень горячее.

— Горячее? Это отлично.

Я снова замолчал, вспоминая, что можно выжать из такого сероводородного источника, кроме горячей воды. Много в ней сидеть нельзя и противопоказания есть, лечит в основном кожные заболевания, но беременным не стоит и с астмой тоже.

В общем можно будет определяться опытным путем, кому нужно, а кому уже нет.

Но деревопроизводство и мини-курорт можно запустить довольно быстро, просто облагородить сам источник, под ним выкопать небольшой бассейн, обложить его гладким камнем и построить передевалки или небольшой домик для этого дела. Туалет еще оборудовать, работника или бабу приставлять убираться и деньги собирать. Объявить, что вода лечит кожные заболевания и еще много чего, например, тоже бесплодие.

Сделать мужские и женские дни, начать продавать билеты.

Объяснить, что это вода не от дьявола или еще какого местного нечистого создания, здесь не так трудно, раз религия не имеет такого подавляющего влияния, как в Империи. Даже близко не имеет, так что запрещать купальню некому.

Не факт, что дело сразу пойдет, в любом случае начну сам ванны принимать, да гостей звать, понемногу дело раскрутится. Жизнь наша средневековая скучна на такие аквапарки с горячей водой, а погреться все любят.

Потом просчитали еще два оставшихся участка, которые уходят под аренду и вернулись к замку, где воины норров уже приготовили приличный праздничный ужин из захваченных с собой припасов.

Вообще большой праздник намечается, решили мои соседи это дело отметить и меня еще поддержать, раз слово держу и оговоренное выполняю. Самое простое дело в моем замке это фестиваль устроить, раз тут уже все собрались.

— Одну свинью тоже начинаете готовить! — командую я прислуге.

Нужно поддержать праздник, если так все сложилось, мясо лишним точно не будет, воинов норров здесь с сотню набирается, они все сожрут и все кости обглодают.

Потом обращаю внимание на старосту, ждущего моего разрешения идти в деревню:

— Объяви крестьянам, что сегодня вечером я всех собираю по серьезному поводу. Через два кунда примерно.

— Будет сделано, ваша милость, — бодро отвечает староста, но уходит сильно понурый.

Он уже знает, что пашни и огороды с пастбищами местные крестьяне теряют, но пока ничего хорошего своим соседям сказать не может. Поэтому я отлучусь с подготовленного ужина в деревню и выступлю с какой-нибудь телеги, объясню наконец мужикам и бабам, как они теперь будут жить.

Зато здесь меня встречает Бродус, уже сидящий во дворе замка.

— Хорошо, что пришел. Присмотрел место для мастерской?

— Присмотрел, ваша милость! Там подальше от реки есть очень подходящее место, в овраге много глины, которая дает голубую краску дереву после несложной обработки. Такую, не совсем голубую, а голубоватую!

Ну все одно к одному, голубоватый цвет очень пойдет умывальникам, у бабушки в деревне именно такого нежного цвета умывальник помню.

— Ладно, подожди меня здесь, вернусь и поговорю с тобой. Или завтра уже с утра, пока я занят пиром. Эй, покормите мастера ужином и ночлег покажите! — это уже команда прислуге.

— Сейчас еду к моим крестьянам, скажешь потом, сколько тебе учеников нужно для мастерской? Где ее строить и сколько народу на это потребуется?

Оставляю бондаря в задумчивости и спешу к праздничному походному столу. Норрам есть, что отпраздновать, сегодня они конкретно поделили все земли, завтра старосты приводят крестьян и начинают строить шалаши, поэтому отмечают это знаменательное событие. Впереди у них все хорошо.

Выпил пару бокалов вина, отрезал большой кусок мяса и все быстро зажевал.

Поеду все же, пока дружины норров находятся недалеко и никуда не собираются уезжать, а то, боюсь, закипит волна народного гнева к утру и замок попадет в осаду. Или начнут разбегаться уже этой ночью по лесам в знак протеста. А то и сразу бунт вспыхнет, попробуют меня убить, как тирана и растратчика земель местных.

Поэтому я быстренько перекусываю, прошу меня извинить владетельных норров, что отлучусь на несколько минут с пира, то есть праздничного ужина и спешу на коне со своей стражей на деревенскую площадь.

Норры тоже хорошо понимают, что меня ждет очень непростое объяснение со своими крестьянами и посылают за мной присмотреть пару воинов на всякий случай.

Народ уже собрался, сотни две народа, мужики и бабы, подростки и молодые девки, детей дома все оставили.

Чувствуют, что может