Испытание - Ерофей Трофимов

— Да, к своей семье. Мне надоели пустые разговоры. Решайте, или я ухожу.

— Не нужно угроз, брат. Лично я уже всё решил и готов назвать тебя одним из круга, — уверенно ответил ему хранитель.

— Я тоже, — сказал Квон и, обойдя камень, протянул Арабу руку.

— Согласен, — кивнул Майк, повторяя жест друга.

— Вам виднее, — пожал плечами Пьер, подходя к камню.

— Не уверен, но спорить с древнейшим хранителем не стану, — добавил Алекс, присоединяясь к стоящим.

— Мне нужно подумать, — покачала головой Лиза, оставаясь на месте.

— А я — против! — решительно ответила Кенди.

— Это только ваше решение, — твёрдо ответил хранитель, отставив посох и соединяя протянутые над камнем руки.

В ту же секунду полыхнуло знакомое холодное пламя, разом охватившее всех собравшихся. Пробушевав несколько секунд, пламя пропало, оставив после себя ощущение тепла и слабый запах озона в воздухе. Удивлённо тряхнув головой, Араб вопросительно посмотрел на стоящего рядом хранителя.

— Теперь мы все связаны между собой самыми крепкими узами, какие только можно представить. Любой из нас может позвать другого на помощь силой мысли, и мы всегда узнаем, кто и где находится. Больше того, мы всегда будем знать, что происходит с другими, — медленно пояснил хранитель. — Это не касается тех, кто не стоял рядом с тобой у камня.

— Что ж. Прекрасно, — кивнул Араб. — А теперь я хочу уйти к своей семье.

— Не спеши. Я ещё не всё тебе рассказал. С сегодняшнего дня ты всегда должен быть готов к тому, что тебя могут в любой момент позвать на помощь. Как ни крути, а ты самый сильный из нас. Значит, на твои плечи ложится самая большая ответственность. Точно так же и ты можешь всегда позвать на помощь.

— Я хотел бы знать иерархию по силе в круге, — задумчиво ответил Араб. — Это важно, если придётся планировать массовые операции.

— Согласен, — коротко кивнул Пьер. — До твоего появления самым сильным из нас был Майк. После него шёл Квон. Я был третьим. За мной Лиза, Алекс и Кенди.

— Надеюсь, моё появление не станет между нами камнем преткновения? — спросил Араб у Майка, внимательно глядя ему в глаза.

— Нет. Я давно уже перерос эти детские споры.

— Рад, что не придётся концами меряться, — усмехнулся в ответ Араб.

От души расхохотавшись, Майк показал ему большой палец в знак того, что оценил шутку, и вернулся к костру. Однако его веселье разделяли не все. Мрачная, как туча, Кенди, в очередной раз не удержавшись, громко произнесла:

— Только не надейся, что звание первого по силе даёт тебе право командовать нами.

— Вот уж, чего я меньше всего хочу, так это кем-то командовать. Накомандовался за свою жизнь досыта, — презрительно фыркнул Араб.

— Почему вы так упорно не хотите называть своё имя? — неожиданно спросила Лиза.

— Потому что считаю, что каждый человек имеет право на тайну. Я не лезу в вашу жизнь и не пытаюсь выяснить, за что вас уволили из полиции. Так оставьте мою жизнь мне, — резко ответил Араб.

Не ожидавшая такой отповеди, Лиза резко вскочила, со злостью глядя на него и сжимая кулаки в бессильной ярости.

— Вот только с кулаками на меня бросаться не надо, — покачал головой Араб. — Чревато последствиями.

— Знаю, — мрачно кивнула Лиза. — Кто вам рассказал, что меня уволили?

— Никто. Я много лет прослужил в армии, и умение определять человеческие проблемы было частью профессии. Со временем это умение развилось до почти мистического. Как видите, я его ещё не растерял.

— Вы или очень умный, или очень ловкий мистификатор, — прошипела Лиза, медленно опускаясь на место.

— Знаете, Лиза, — медленно проговорил Араб, которому вся эта история уже начала действовать на нервы, — я буду очень рад, если ни вы, ни Кенди больше никогда не объявитесь в моей жизни.

— Ты слишком горячишься, брат, — остановил его хранитель, примирительно кладя руку ему на плечо.

— Я — это я, мастер. Такой, какой я есть. И вы это знаете, — ответил Араб резче, чем было необходимо.

— Знаю. Как знаю и то, что из своей ярости ты черпаешь силу. Это хорошо, но следи, чтобы твоя ярость не затуманила твой разум.

— Так не было и не будет, — усмехнулся Араб.

— Надеюсь, — кивнул хранитель и, вздохнув, сказал: — Теперь ты можешь идти. Твоя лодка всё ещё на озере, а в лодке — жена и сын. Ступай. Они ждут тебя. И будь готов к тому, что тебя ожидает очень интересное открытие.

Кивнув в ответ, Араб коротко попрощался со всеми присутствующими и бесшумно исчез в кустах. Тренированная зрительная память не подвела его и на этот раз. Спустя десять минут он был на берегу озера, у водопада. Заметив в свете яркой луны стоящий на якоре катер, Араб распахнул своё сознание и, потянувшись, осторожно позвал:

— Салли, девочка, я вернулся. Подгони катер к водопаду.

Уже через минуту, мощно взревев моторами, катер малым ходом подошёл к берегу. Едва дождавшись, когда катер коснётся бортом камня, служившего естественным пирсом, он стремительным прыжком перемахнул на борт и оказался в рубке управления.

Салли едва успела перевести работу моторов на холостые обороты и обернуться. С ходу подхватив её на руки, Араб сжал жену в объятиях и, крепко прижав к себе, тихо прошептал:

— Вот и всё, девочка. Я вернулся.

— Поставь на место, надорвёшься, сумасшедший, — счастливо охнула Салли, прижимая его голову к груди.

— Своя ноша не тянет, — тихо рассмеялся Араб, с упоением вдыхая запах её кожи.

Обнявшись, они замерли, словно боясь отпустить друг друга хотя бы на минуту. Наконец, усилием воли взяв себя в руки, Араб разжал объятия и осторожно, как хрустальную вазу, опустил Салли на палубу и тихо сказал:

— Давай отгоним эту посудину на место и поговорим.

— Просто поговорим? — лукаво улыбнулась Салли.

— Не всё сразу, — рассмеялся Араб. — А если сваришь мне кофе, будет и сладкое.

Рассмеявшись в ответ, Салли ловко спустилась по трапу вниз. Встав к штурвалу, он увеличил обороты, ловко отогнал катер к середине озера и бросил якорь. Заглушив двигатель, он спустился вниз и, войдя в каюту, с удовольствием вдохнул аромат свежесваренного кофе.

Через минуту в каюту вошла Салли, неся на маленьком подносе две чашки, маленькую турку с напитком и сахарницу. Сделав глоток налитого женой кофе, Араб откинулся на спинку кресла, в котором сидел, и испустил тихий стон блаженства.

— Вот именно этого мне и не хватало всё это время, — выдохнул он, не сводя глаз с жены.

— Только этого? Очень интересно, а как же мы? — не удержалась Салли от шпильки.

— Не вредничай, — рассмеялся Араб. — Вас я не забывал ни на секунду. Как малыш?