Архимаг - Александр Рудазов

Ведите себя прилично, господа, мы же все-таки в гостях!

Особливо не смейте гадить на рояль — провинция-с, не поймут…

Поручик Ржевский

Очутившись в великой долине Инкванок, Ванесса мгновенно раскаялась, что так необдуманно напросилась быть спутницей Креола. Но отступать было уже поздно — даже если маг и смог бы отправить домой ее одну, в чем Ванесса сильно сомневалась, его мнение о ней ухудшилось бы неминуемо. А ей не хотелось его разочаровывать, хотя коленки уже начали предательски подрагивать. Впрочем, окружающий пейзаж у кого угодно вызвал бы те же самые чувства.

Небо в Лэнге оказалось мертвенно-черным, без единой звездочки, по нему лишь изредка проносились какие-то багровые всполохи. Вон почему-то сразу поняла, что это не потому, что сейчас ночь, — здесь такое небо всегда. Солнцем тут и не пахло. Зато луна была — и не одна, а сразу две. Большие, кроваво-красные и удивительно симметрично располагающиеся на небосклоне, они создавали впечатление чьих-то злобных глаз, взирающих с высоты на эту мертвую пустошь.

Кроме этих самых лун тусклый свет источали гулко ворчащие вулканы, которые занимали все обозримое пространство вокруг. Вон почти сразу же насчитала семь штук, а за ними виднелись и другие, и конца-края им не было. Вулканы были далеки от того, чтобы начинать извержение, но и потухать явно не собирались — тлели подобно углям в костре. Вон попыталась представить, что будет, если все они одновременно начнут плеваться огнем, и ей стало дурно.

Землю под ногами покрывал толстый слой снега вперемешку с пеплом. Эта более чем необычная смесь была неприятной и на вид, и на ощупь. По-видимому, первоначально в Лэнге было холоднее, чем в Антарктиде, но этого не давали прочувствовать все те же вулканы. Получившаяся в итоге температура напоминала о ранней весне или поздней осени. Скорее, все-таки осени — в довершение ко всем прелестям в Лэнге поминутно шел мелкий противный дождик. В общем, атмосфера самая мерзопакостная — у кого угодно испортится настроение, поживи он здесь подольше. Особенно способствовали этому человеческие кости, в бесчисленном множестве валяющиеся под ногами. Так называемый пеплоснег или снегопепел в иных местах скрывался под ними почти полностью.

— И они еще устраивают праздники? — неверяще распахнула глаза Ванесса. — С какой радости, хотела бы я знать?

— Поверь, Вон, весельем там и не пахнет, — горько усмехнулся Хубаксис. — Мой родной мир далеко не мед с сахаром, но по сравнению с Лэнгом это просто земля обетованная…

— И где же состоится это… мероприятие? — подозрительно покосилась на него Вон. — Только не говори, что прямо здесь!

— Оно состоится там же, где и всегда, — в Ониксовом Замке Кадаф, — мрачно объявил Креол.

— И где же он?

— Скрыт вон за той огненной горой.

Вон проследила за пальцем Креола. Маг указывал на самый дальний вулкан, который едва маячил на далеком горизонте.

— Ты хочешь сказать, что мы пойдем туда пешком? — прищурилась Ванесса. — Может, наколдуешь что-нибудь? Ковер-самолет там или еще что?

— Нас встретят и доставят, — отмахнулся маг.

— Только лучше бы мы все-таки добирались пешком, — невесело хихикнул джинн. — Смотри, хозяин, нас уже обнаружили!

— Вижу! — огрызнулся Креол.

Вон проследила за их взглядами и ахнула — буквально у нее над головой в небе порхала жуткая тварь, похожая на отвратительную изуродованную обезьяну с невероятно длинными когтями и парой перепончатых крыльев за спиной. На всем теле у чудища не было ни волоска, лишь голая кожа цвета густых чернил.

— Птица Лэнга, — сообщил Креол. — Разведчик. Скоро за нами приедут.

— Кто?

— Тощие Всадники Ночи, — доверительно сообщил Хубаксис. — Один или двое… Лучше, если один, — я их не люблю.

Тощий Всадник Ночи появился минут через десять. Он был один, но и одного хватало с избытком.

— Непонятно, за что это создание назвали «тощим».

Оно напоминало обычного человека, хоть и невысокого роста, но достаточно крупного телосложения, широкоплечего и коренастого. Еще у него был горб, вздымающийся сантиметров на тридцать над головой. От человека тварь отличалась зеленым цветом кожи и парой длинных изогнутых рогов, растущих из спины по бокам горба. На Тощем Всаднике Ночи было нечто вроде матерчатой безрукавки, оставляющей открытыми руки и ноги, голова же скрывалась под плотной маской, которая облегала все лицо, затылок и шею. Сквозь прорези виднелись только глаза — ярко-красные, без малейших признаков зрачка. В руке всадник держал кнут.

Впрочем, сколь бы ни был ужасен сам всадник, его конь мог дать ему сто очков вперед. Этот зверь больше всего напоминал огромного паука-сенокосца с нежно-розовой кожей. Ног у него было только шесть, зато каждая оканчивалась длинным острым когтем, похожим скорее на сталь, чем на кость. Глаз у твари не было, зато пасть имелась и находились прямо на передней части туловища, без всякой головы. В отличие от большинства животных, у «коня» зубы торчали не сверху и снизу, а слева и справа, и так же раскрывалась сама пасть.

— Это не Всадник Ночи, — заметил Хубаксис. — Это Погонщик Рабов. Наверное, потому что нас трое.