Монах. Шанти - Евгений Щепетнов

– Человеком себя почувствовал… хорошо быть чистым!

– Ты слишком много думаешь о чистоте! – хохотнул Урхард. – Как моя жена! Ада целыми днями чего-то начищает, намывает – меня одолела своими приставаниями, гоняет мыться! А по-моему, для мужчины главное не чистота, а совсем другое!

– Грязь, что ли? – ухмыльнулся Андрус.

– При чем тут грязь?! Ну чего фальшивые кости бросаешь! Прям как Беатка – так вывернешь, что все получается не так, как я имел в виду, а совсем по-другому! – Урхард возмущенно фыркнул и продолжил: – Для мужчины главное уметь защитить свою семью, быть мужчиной, а не тряпкой. Быть стойким. А еще – держать свое слово! Никто и никогда не мог сказать, что я не держу свое слово! Мое слово на вес золота!

– Это хорошо, – рассеянно заметил Андрус. – Нам еще далеко ехать? Скоро к селу выедем?

– Мы только в центр Леса въехали, – невольно оглянулся Урхард, – самая пуща! Смотри, запоминай – тут немногие были! А если и были – отсюда не возвращались! Красотища, да?

– Красотища, – согласился Андрус. – Непонятно, как эти деревья вообще стоят. Интересно, какая у них высота?

– Да кто знает? – довольно хмыкнул Урхард. – Я в детстве видел упавшее дерево. Так вот, пока дойдешь от корней до вершины, замучаешься шагать!

– А может, просто маленький был? – улыбнулся Андрус. – Вот и шагал долго.

– Может, и так, – согласно кивнул Урхард. – Тьфу! Как гляну на твою лысую голову, жуть берет! Такие шрамы… и как ты жив остался – ума не приложу. Даже перевертыш должен был башки лишиться! Везучий ты! Узнать бы, как ты здесь оказался! Любопытно, просто сил нет никаких!

– Любопытно… – бесцветно сказал Андрус, и Урхард покосился на спутника:

– Что? Что случилось? Ты что-то почувствовал?

– Да. И не могу понять, что это. С тех пор как в Лес въехали, ощущение такое, что за нами кто-то наблюдает. Кто-то огромный, равнодушный… и он будто очнулся от сна. Это мы каким-то образом его пробудили.

– Лес. Я тебе уже говорил, – отмахнулся Урхард. – Он живой. Да-да, не смотри так! Я верю, что он живой, и многие наши верят. Мы уже привыкли, а от новичков, что в Лесу никогда не бывали, я слышал такие же слова, как от тебя.

– А не жалко будет, когда уедешь? – прищурился Андрус. – Не жалко бросить Лес?

– Жалко, само собой, – пожал плечами купец, – но семья дороже. Лес живет своей жизнью, мы своей…

– Стой! – перебил его Андрус. – Стой!

– Что такое? – всполошился Урхард. – Твари?

– Не могу понять, – выдавил из себя Андрус. – Ты видишь, лошади волнуются? И я что-то чувствую…

– Да что ты чувствуешь?! – яростно шепнул Урхард. – Ну, что молчишь?

– Подожди… они смотрят. Им… или ему – любопытно. Он не злой. Но и не добрый. Он не сердится на нас. Он был равнодушным, но что-то случилось, и теперь он не равнодушен.

– Ты что, – сдавленным голосом прошептал Урхард, – ты слышишь Лес?! О боги!

– Не знаю… – тускло ответил Андрус. – Я слышу, как вокруг нас собираются существа. Вероятно, это твари. Но они ждут, не нападают. Он чего-то хочет от нас. Чего-то такого, что я не пойму… не могу понять. Он не может сказать.

– Зачем я поехал через лес? – горько спросил Урхард. – Ну какого демона я сюда влез?! Ведь знал, что тут уже давно никто не ездит!

– Вон они! – Андрус показал куда-то вправо, и Урхард увидел толпу тварей разного вида, размеров и облика.

Здесь были такие твари, о которых купец и не подозревал, – похожие на пауков с человечьими головами, лошади с мужскими и женскими торсами и клешнястыми руками, гигантские змеи, голова которых была человеческой, за исключением узких глаз, сумрачно рассматривающих путников. Из пасти каждой змеи торчали длинные и очень неприятные на вид зубы длиной около пяди. Купец прикинул – такие зубы могли бы достать до сердца, если бы «змея» ударила в грудь человека.

Рядом со всеми этими существами шли люди – Беата, Адана, староста с женой и детьми, причем каждый из перечисленных в нескольких экземплярах. Тварей было штук двести, не меньше – отряд, способный уничтожить всех непрошеных гостей, вошедших в Лес, само собой, если у них нет заговоренных клинков. Клинки у двух путников были, и купец тут же выдернул кинжал из ножен, оглядываясь по сторонам – куда бежать?

А бежать было некуда. Твари окружили путников со всех сторон, взяв в кольцо. Старая дорога, заросшая травой по колено, была перекрыта наглухо, и впереди всей толпы тварей медленно передвигались «пауки», пощелкивая зазубренными жвалами. Из панциря чудовищ торчали несколько толстых щупалец, свивавшихся в клубки, как змеи.

Лошади захрапели, попятились, завертелись, и Андрусу с Урхардом с трудом удалось заставить животных остаться на месте. Впрочем, они и сами испытывали желание убежать – паническое, иррациональное, не подчиняющееся разуму.

Андрус огляделся по сторонам, и ему показалось, что кустарник, росший по обеим сторонам дороги, приблизился к обочине. Лес будто смыкался вокруг путешественников. И куда ни бросишь взгляд – везде твари, твари, твари…