Нектэрия - Влада Крапицкая

-Лана, это на тебя так спиртное действует? - довольно спросил он, когда я ужеобессилев, стала засыпать.
-Нет, - пробормотала я из последних сил и провалилась в сон.


Проснулась я почти полдень, и Макса рядом уже не было. «Надеюсь, яне слишком испугала его своим поведением. Как-то немного не по себе от того,что я вчера вытворяла» - подумала я, сгорая от стыда.
Встав с кровати, я пошла в душ, а затем оделась и спустилась вхолл, разыскивая по дороге Анну или кого- то из моих хранительниц. Наконец-то янашла Анну и спросила у неё:
-Ты Макса не видела?
-Он на совещании. Бал, это не только развлечение для нас, но и сбор всех главнаших подразделений вместе, - пояснила она. - Они почти до утра обсуждалинакопившиеся вопросы. Потом сделали небольшой перерыв, а сейчас опять решаюттекущие проблемы. Но скоро они уже закончат. А к обеду вообще разъедутся посвоим странам. Хочешь, пока съездим куда-нибудь?
-Давай, - без энтузиазма согласилась я, чтобы хоть как-нибудь убить время.
Анна повезла меня в Берн, и мы с ней и моими телохранителямипросто гуляли по городу. Она что-то рассказывала мне, но я почти неприслушивалась к ней. Ощущение надвигающейся беды опять вернулось, и я началанервничать. Пытаясь разобраться в причинах своего нервозного состояния, яперебирала в голове возможные причины, но всё было как обычно. Поняв, чтопрогулка по городу не успокаивает, а только усиливает тревожное состояние, япопросила отвезти меня домой.
По дороге нам встретилась вереница машин, и я с радостью поняла,что Макс уже, скорее всего, освободился, раз все главы представительствразъезжаются. Поэтому когда мы приехали, сразу поднялась в свою комнату. Зайдя,я увидела Макса. Он стоял возле камина, и когда я вошла, повернулся ко мне.
-Макс, - я улыбнулась, и пошла к нему, чтобы поцеловать.
-Развлекалась? - спросил он у меня, уворачиваясь от поцелуя.
Его тон и поведение испугали меня, и я растеряно посмотрелана него, а потом робко произнесла:
-Мы с Анной ездили в город. Ты был занят, и я решила так скоротать время.
-Да ты что, радость моя, решила прогулками скоротать время? – саркастичноспросил он. - После вчерашнего, сил, наверное, хватило только нато, чтобы гулять по городу. Да?
Меня бросило в жар, когда я вспомнила, как вела себя в кровати ичто делала. Но я никак не думала, что Макс так начнёт со мной говорить и простосжалась от стыда.
-Ну что ты молчишь? – вкрадчиво спросил он и оскалился.
Испугавшись, я попятилась назад. Таким я его никогда не видела ине знала, что мне делать. Неожиданно он оказался рядом со мной и, схватив заплечи, поцеловал. Но это был не нежный поцелуй, который говорил о любви, анаоборот он причинял боль и унижал.
-Макс, ты делаешь мне больно, - отстранившись, прошептала я.
-Меня радует, что ты, по крайней мере, не путаешь имена своих любовников, -издевательски бросил он и снова оскалился.
Внутри всё похолодело от его тона, и я не могла понять, очём он говорит.
-Я тебя не понимаю, - испуганно сказала я.
Он с ненавистью посмотрел на меня и отошёл, а потом циничнопроцедил:
-Да неужели? Можешь не притворять. Я всё знаю, - он сжал кулаки. – Вчера тывыпила, и тебя потянуло на приключения, да? Ждать пока я освобожусь, ты незахотела и потянула в свою постель этого пьяного выродка Грэга. Но он,наверное, тебя не удовлетворил, и ты решила наверстать упущенное со мной. А тыу нас оказывается не такая скромница, как я думал. Я недооценивал твой опыт всексе.
Я стояла, открыв рот, и не могла найти слов, чтобы ответить,потому что его слова казались мне верхом нелепости. «Как ему вообще моглоприйти такое в голову – я с Грэгом?».
-А я то, идиот, волновался вчера, когда ты пошла в спальню. Думал, что тыустала. А ты спешила развлечься с кем-нибудь другим, пока я был занят делами, -он с яростью посмотрел на меня.
-Макс, - я потрясла головой, пытаясь сбросить с себя оцепенение. – Что тыговоришь? Это же бред. Ты же знаешь, я никогда так с тобой не поступлю. Мненикто кроме тебя не нужен.
Скривившись от омерзения, он подошёл к камину, взял с каминнойполки конверт, и опять метнулся ко мне. Вынув из конверта какие-то фотографии,он вручил их мне и презрительно сказал:
-Тут конечно запечатлено не всё. Только начало. Ведь в спальне у тебя камернет.
Ничего не понимая, я опустила голову и посмотрела на первыйснимок. Увидев себя на нём вместе с Грэгом, я почувствовала головокружение ифотографии выпали из моих рук.
-Ты тварь! Мелочная, лживая потаскуха! Дрянь, - закричал Макс, начав трястименя за плечи. – Ненавижу тебя! Ненавижу! Ты решила променять меня на этогоурода! Тебе захотелось разнообразия? Шлюха!
А потом резко отпустил меня и, отойдя, с отвращением начал менярассматривать.
-Макс, - еле слышно прошептала я, пытаясь собраться с силами. – Я сейчас всёобъясню.
-Объяснишь?! Да тут и так всё понятно! – зло заявил он.
-Пожалуйста! Выслушай меня. Это недоразумение, - я подошла к нему и протянуларуку.
-Мне не нужны твои объяснения, - холодно произнёс он и, перехватив руку,оттолкнул меня. – Было время, когда я слушал такие сказки и верил в них, носейчас я стал умнее. Мне вполне достаточно и снимков, чтобы понять твоюнастоящую натуру.
Сердце болезненно сжалось в груди и мне стало так плохо, что яначала оседать на пол, из последних сил стараясь не потерять сознание.
-Кстати, мнимой потерей сознания ты меня не удивишь, - иронично сказал он ипошёл к двери, не оглядываясь.
Когда дверь за ним закрылась, я поняла, что моему счастью пришёлконец. Внутри что-то оборвалось и тоскливо заныло. Было настолько больно, что яне могла пошевелиться. Сколько я так просидела, я не знаю. Наконец, я заставилаподняться себя с пола и подобрать фотографии. С трудом передвигая ноги, ядобралась до дивана, и, упав на него, опять стала рассматривать снимки.
«Кто-то грамотно воспользовался ситуацией. Фотографии явно сделалис записи камеры видеонаблюдения» - поняла я. На одном из снимков, я увиделасебя целующейся с Грэгом. На самом же деле я помнила, как в тот момент япыталась оттолкнуть его, когда он пытался поцеловать меня. Но на этом фото всёвыглядело по-другому - как будто я просто прижимала руку к его груди. Надругом снимке ракурс был приближен, и я знала почему. В тот момент эта пьянаяскотина, схватив меня за запястья, завёл мне руки за спину и крепко держал их,приблизив ко мне своё лицо. На фотографии это выглядело иначе. Здесь не быловидно, что он сжимает мои запястья, а создавалось впечатление, что мы смотримдруг другу в глаза, перед поцелуем. Третий снимок вообще был шедевром.Выхватили момент, когда я давала ему пощёчину. Но, судя по фото, ягладила его по лицу. Дальше смотреть я не могла, потому что прекраснопонимала, что увидел Макс. «Моя жалость к Грэгу сыграла со мной жестокую шутку.Макс видел, что из сада я вернулась в возбужденном состоянии, но он не понял,что я была зла. Он придал этому другой смысл. Плюс моё раскованное поведениеночью» - с ужасом подумала я, понимая какую ошибку совершила, промолчав вчеравечером.
Осознавая всё это, я чувствовала, как сердце кричит в агонии, атело не могло сделать ни одного движения. Было такое впечатление, что на меняположили груз в несколько тысяч тонн, только он меня не раздавил, а отнялвозможность двигаться, чтобы усилить пытку. Хотелось плакать, но слёз не было,потому что я давно разучилась плакать, и от этого было только ещё хуже.