Бросок Саламандры - Алекс Орлов

Завернув за угол, рядовые Глок и Узи неспешно пошли вдоль железной ограды, постукивая по ней дубинками. День выдался солнечный, и хотелось за город, на природу, а тут, как назло, внеплановое дежурство.

– Вот скинем капусов, и выходных будет больше, – мечтательно Ездохнув, сказал Глок.

– С чего это больше-то? – удивился Узи.

– Да это я так, по привычке. У нас все говорят – сбросим капусов, и тогда...

Из окон молодежного центра снова донесся гул голосов.

– Ишь, разошлись, – покачал головой Глок.

Узи ничего не ответил. Ограда и тянувшийся вдоль нее кустарник закончились, и полицейские вышли на открытое место.

Небольшой фонтан, скамейки и отдыхающие горожане. Старушки, коляски и пожилые граждане с газетами и шахматами. Все как обычно – тихо и буднично, если бы только не надрывный вой большого оранжевого грузовика, который качал что-то из канализационного люка.

Рядом с машиной суетились человек восемь рабочих в новеньких комбинезонах.

– Пошли посмотрим, что они делают, – предложил Узи.

– Да ладно тебе, – махнул рукой Глок. -Дерьмо они качают, я даже отсюда чувствую.

– Ну ладно, – согласился Узи. Ему тоже не особенно хотелось разговаривать с людьми, пропахшими канализацией.

Полицейские развернулись и сделали крюк, обходя ассенизаторскую машину.

Когда они завернули за угол, внимательно следивший за ними рабочий сбросил неудобные перчатки и скомандовал:

– Разбираем инвентарь, быстро!

Остальные тут же побросали рукавицы и выстроились у кабины, откуда им быстро подавали комплекты из автомата, «кошки» и нескольких гранат.

– Хорхе и Браун, держать углы! Остальные – вперед!

Заметив разбегавшихся вооруженных людей, отдыхающие в парке забеспокоились и стали спешно покидать скамейки.

Бабушки забрасывали внуков обратно в коляски, пенсионеры прерывали шахматные партии, и вскоре пятачок возле фонтана стал пустынным.

Тем временем вооруженные люди приблизились к стенам молодежного центра и, забросив крючья на кровлю, стали быстро подниматься к украшенным витражами окнам.

Через пару минут восемь человек уже висели на тросах, упершись ногами в оконные откосы, и ждали команды.

Командир взмахнул рукой, и пули разнесли разноцветные витражи, а затем стали стремительно настигать свои жертвы, брызгая кровью и раздирая живую плоть.

Крики ликования сменились воплями отчаяния и боли, но вскоре их заглушила череда частых взрывов – в окна зала полетели гранаты.

«Отходим!» – прозвучало в эфире, и шквал уничтожающего огня прекратился так же неожиданно, как и начался.

Боевики быстро спустились вниз и помчались к ассенизаторской машине.

Выскочившие из-за угла полицейские попытались задержать диверсантов, но были встречены таким яростным огнем, что тут же ретировались обратно, оставив на асфальте несколько убитых и раненых.

Оранжевый грузовик преспокойно уехал, а еще через несколько минут к молодежному центру начали прибывать пожарные расчеты, машины «скорой помощи» и подкрепление для полицейских.

Медики с ходу взялись за работу, сортируя раненых и тех, кому уже нельзя было помочь. Поскольку очагов возгорания не было, им стали помогать пожарные, а полиция выставила оцепление, хотя от этого уже не было никакой пользы.

Вскоре к месту трагедии подъехал сам мэр Смилдакс.

К этому времени на площади скопилось много народу, и в основном это были уцелевшие после нападения.

Почти каждый из них потерял друга или близкого человека.

– Смерть им! Смерть! – кричали перепачканные в крови люди, потрясая кулаками. – Смилдакс, веди нас, и мы отомстим! Смерть им! Смерть!

– Терпение, друзья! Осталось ждать немного! Мы отомстим! Взываю к вашему терпению, во имя будущей победы!

Мэр был опытным политиком, и ему удалось успокоить толпу, предложив им помочь медикам и оказать помощь раненым.

Неожиданно зазвонил телефон, который держал в руке человек из свиты мэра. Стоявшие неподалеку горожане замолчали и обратили свои взоры на Смилдакса.

Испытывая некоторое смущение, он взял трубку:

– Алло, мэр Смилдакс слушает.

– Слушай меня внимательно, засранец, это тебе за самодеятельность на «Ван-Риосе». Если будет еще что-то подобное, умоешься кровью и ты, и весь твой город. Понял меня?

– Понял, – глухо ответил Смилдакс.

– Я крепко держу всех вас невидимой рукой, одно неверное движение – и вы мертвецы. Надеюсь на твою понятливость, Смилдакс.

– Да, конечно.

– Все остальное согласно договоренности.

– Конечно, – кивнул мэр.

– Будем считать, что ты все понял. Прощай. Смилдакс собрал все свое мужество, чтобы никто не догадался, о чем он говорил.

– Кто это был, мэр, скажите нам! Это они?! Те, кто это сделал?! – требовали ответа горожане.

– Нет, это не они, – негромко произнес Смилдакас, а затем повторил уже громче: – Это не они! Это друзья! Они сказали, что обязательно нам помогут! Победа будет за нами! Ура!!!

– Ура!... Ура!...-вырвалось из сотен глоток, а мэр по махал избирателям, быстро сел в свой лимузин, и его кортеж направился в сторону мэрии.