Проклятие рубина - Роберт Энтони Сальваторе

– Все, я закончила колдовать. Отпустите их, – сказала Кэтти-бри Вульфгару и Бренору. – Теперь эльф чувствует ваше присутствие, – прошептала девушка, обращаясь к Сали Далибу и его гоблину. – И он легко определит, ушли вы из города или болтаетесь где-то поблизости. Если вы останетесь в Калимпорте и вздумаете заглянуть в гости к Пууку, эльф сразу поймет это и быстро найдет вас. – После этого Кэтти-бри сделала паузу, выжидая, пока торговец и гоблин полностью осмыслят ее слова. – И тогда он убьет вас, и можете мне поверить, что смерть ваша не будет ни быстрой, ни легкой.

– А теперь забирайте своих горбатых тварей и проваливайте! – рявкнул Бренор. – Если мы еще хоть раз увидим ваши мерзкие рожи, эльф вволю поработает своими саблями!

Не успел он закрыть рта, как Сали Далиб и гоблин, схватив поводья своих верблюдов, ринулись прочь по направлению к северной окраине города.

– Да, я гляжу, эта парочка рванула прямиком в пустыню, – расхохотался Бренор. – Неплохо придумано, девочка.

Дзирт ткнул пальцем в сторону видневшейся неподалеку таверны под названием «Плевок верблюда».

– Снимите там комнаты, – сказал он друзьям. – А я послежу за этими жуликами, чтобы убедиться, что они и впрямь решили покинуть город.

– Только зря потеряешь время, – фыркнул ему вслед Бренор. – Девочка крепко напугала их, или я бородатый гном!

Но Дзирт уже исчез в сутолоке улиц Калимпорта.

Вульфгар, которого несколько озадачила столь необычная хитрость Кэтти-бри, задумчиво взглянул на девушку, и это не ускользнуло от внимания Бренора.

– Имей в виду, сынок, – насмешливо сказал дворф, – эта девочка и впрямь обладает колдовским даром. И я не советую тебе обращать эту магию против себя!

Решив подыграть Бренору, Кэтти-бри взглянула на Вульфгара, прищурилась, и огромный варвар тут же отступил на пару шагов.

– Это старинная магия, – многозначительно прошептала она. – Колдовство всегда дает мне знать, когда ты заглядываешься на других женщин! – Сказав так, Кэтти-бри медленно повернулась и пошла к таверне, на которую указал им Дзирт.

Бренор подпрыгнул и с силой хлопнул Вульфгара по спине:

– Успокойся, она хорошая девочка. Но остерегайся разгневать ее!

Вульфгар помотал головой и попытался рассмеяться. Он уже пришел в себя и вспомнил что «магия» Кэтти-бри была всего лишь уловкой, призванной напугать торговца.

Но взгляд девушки и ее шепот еще долго вспоминались варвару, пока они с Бренором шли к таверне. И при этих воспоминаниях великана варвара охватывали одновременно легкая дрожь и неведомое прежде, удивительно приятное ощущение.

* * *

Дзирт вернулся к Кругу Мошенников, когда солнце уже наполовину скрылось за горизонтом. Несмотря на то что купец и его помощник, нигде не задерживаясь, двинулись прямиком в пустыню Калим, эльф следовал за ними до тех пор, пока окончательно не убедился в том, что они не собираются возвращаться в город. Дзирт не хотел рисковать, ведь они подобрались слишком близко к Реджису и к Энтрери.

Поправив маску, которая делала его похожим на светлого эльфа, Дзирт вошел в «Плевок верблюда» и подошел к стойке хозяина таверны.

Его встретил невероятно худой, морщинистый человек, привыкший держаться спиной к стене и настороженно озираться по сторонам – только так можно было выжить в этом полном опасностей мире.

– Я иду к троим друзьям, – угрюмо сказал эльф. – Это дворф, молодая женщина и светловолосый великан.

– Они наверху. Поднимешься по лестнице – и сразу налево. Два золотых, если собираешься ночевать, – сказал хозяин таверны и протянул костлявую руку.

– Дворф уже заплатил тебе, – сказал Дзирт, поворачиваясь в сторону лестницы.

– За себя, за девчонку и за верзилу… – начал было тот, хватая эльфа за плечо, но, наткнувшись на взгляд лавандовых глаз, застыл как громом пораженный. – Да-да, припоминаю, – пробормотал он спустя несколько мгновений. – Да, конечно он заплатил.

Дзирт, не сказав больше ни слова, начал подниматься по лестнице.

Две комнаты, которые сняли его друзья, располагались в дальнем конце коридора. Дзирт хотел было отправиться в комнату мужчин, чтобы немного отдохнуть перед тем, как на город опустится ночь и надо будет готовиться к встрече с Энтрери. Но тут он увидел Кэтти-бри, которая, стоя в дверях своей комнаты, явно поджидала его. Пригласив эльфа войти, девушка мягко закрыла за ним дверь.

Дзирт присел на краешек одного из двух стоявших посреди комнаты стульев и в задумчивости принялся постукивать ногой по полу.

Кэтти-бри, внимательно глядя на него, уселась на второй стул. Она знала Дзирта уже много лет, и ей еще никогда не приходилось видеть его столь взволнованным и озабоченным.

– У тебя такой вид, словно ты готов разорвать себя на части, – сказала она.

Дзирт метнул на нее испепеляющий взгляд, но Кэтти-бри, нисколько не напуганная этим, звонко расхохоталась:

– Ты что, собираешься меня ударить? Эльф несколько расслабился и откинулся на спинку стула.

– И сними эту дурацкую маску, – сказала Кэтти-бри.

Дзирт потянулся к маске, но в последний момент его рука повисла в воздухе.

– Снимай же! – скомандовала Кэтти-бри, и эльф, не успев передумать, повиновался. – Мне показалось, что на улице, до того как мы расстались, ты был чем-то серьезно озабочен, – заметила Кэтти-бри, и ее голос смягчился.

– Я хотел своими глазами убедиться в том, что они уехали, – холодно ответил Дзирт. – Я не доверяю Сали Далибу.

– Я тоже ему не верю, – согласилась Кэтти-бри. – Но вид у тебя по-прежнему весьма суровый.

– Но ведь не я придумал этот фокус с волшебными заклинаниями! – огрызнулся Дзирт. – Вот и пришлось напустить на себя такой суровый вид.

Кэтти-бри пожала плечами:

– Без этого было не обойтись. Но я сразу же отбросила всякую суровость, когда купец умчался прочь. А вот ты… – И девушка положила руку на плечо эльфа. – У тебя такой вид, словно ты хоть сейчас готов ринуться в бой.

Дзирт хотел было отвернуться, но, поняв, что Кэтти-бри права, взял себя в руки и, зная, что скрыть пылающий во взгляде огонь не удастся, лишь опустил глаза.

– Так в чем дело? – прошептала Кэтти-бри.

Дзирт мельком глянул на девушку и сразу припомнил то, о чем они в свое время говорили в Долине Ледяного Ветра. Сейчас, заметив, как она озабочена его состоянием, эльф мысленно обратился к тем далеким временам, когда детская улыбка – а тогда Кэтти-бри была совсем еще ребенком – впервые вселила в него, темного эльфа, надежду на то, что ему удастся обрести свое место в мире живущих на поверхности.

Кэтти-бри знала о нем больше, чем кто-либо еще, знала, ради чего он живет, и это всегда придавало ему сил. И только Кэтти-бри знала о том страхе, что не покидал его сердце, о той неуверенности, что скрывалась за безупречным танцем его сабель.