Тебя уволят, детка! - Влада Южная

– Да… – счастливым голосом выдохнул он.

– Ты еще сто раз это слово повторишь, пока поверишь, как тебе подфартило? – буркнула я, и тогда Ден рассмеялся и принялся целовать мое лицо.

Я позволила ему безо всякого сопротивления. Черт возьми, мне нравилось! Я ощущала себя так, будто умерла и родилась заново, и это было очумительно.

– Увези меня отсюда, – попросила я. – Хочу снять эти мокрые шмотки.

– Снимем их вместе, – Ден погладил меня по щеке.

Я не стала возражать. Мой язык словно вообще отсох и позабыл, что такое – спорить с Деном Овчаренко.

Пока Ден искал свой мотоцикл, я решила предупредить Ленку. Кое-как перекрикивая музыку, подруга накинулась с тысячей вопросов, главный из которых состоял в том, где я оставила свою голову в тот момент, когда решила бродить в толпе в одиночку? Я вяло оправдывалась, понимая, что подруга из меня очень гадская.

Наконец Ленка сжалилась и отпустила меня с миром.

Усевшись позади Дена на мотоцикл, я обхватила его руками, прижалась щекой к спине и закрыла глаза. Я чувствовала, как расширялась его грудная клетка в момент вдоха, как работали его мышцы, управляя мотоциклом. Он казался таким спокойным и уверенным, и это спокойствие и уверенность передавались и мне. Впервые в жизни я просто отдалась течению, запретив себе думать и анализировать происходящее.

И, черт возьми, это мне тоже нравилось.

Я крепко влипла.

Доказательством служил тот факт, что, проснувшись поутру, я обнаружила Дена спящим в моей постели и даже не взбесилась.

Его голова покоилась на соседней подушке, длинные ресницы чуть подрагивали во сне. Я осторожно повернулась на бок, разглядывая его всего и зачем-то улыбаясь, как идиотка. В прошлый раз, когда мы проснулись вместе, меня переполняли паника и ужас, и образ обнаженного мужского тела как-то ускользнул из внимания.

Теперь я могла неторопливо его изучить. Мне нестерпимо захотелось узнать больше о нем самом, его прошлом, о том, как понемногу складывался его характер. Ведь подростком Ден был совсем другим. Вспомнив, что он проработал несколько лет на автомойке у Ильи, я поняла, почему развилась его мускулатура. Физическая работа помогла худощавому мальчику стать сильным мужчиной. Мне нравилось разглядывать его плечи, грудь, живот. Опустив взгляд еще ниже, я прикусила щеку изнутри, сдерживая ухмылку. Кое-кто даже во сне был готов к новым подвигам на любовном фронте.

Опомнившись, я подумала, что неплохо было бы привести себя в порядок. Окончание прошлого вечера, то, как мы добрались домой и что делали потом, помнила смутно. Голова слегка кружилась, поэтому я решила, что прохладный душ меня спасет.

Осторожно поднявшись с постели, тут же наткнулась взглядом на вездесущую бабулю, сидевшую на этот раз на подоконнике, и порадовалась, что в отличие от Дена не щеголяю прелестями, а легла спать в нижнем белье. Привидение оживилось. Пожилая женщина взволнованно на меня посмотрела, и ее губы зашевелились.

– Тш-ш-ш! – погрозила я и с опаской оглянулась на спящего Дена. – Потом, все потом!

По крайней мере, что бы там ни было, оно могло подождать до той поры, как я стану похожей на человека. Прикрыв бедра Дена уголком одеяла, чтобы не развращать скромницу-бабулю, я ускользнула в душ.

После водных процедур почувствовала себя бодрее. Облачившись в легкомысленный домашний комплект из коротких шортиков и майки на тонких бретелях, я собрала волосы в пучок и отправилась на кухню. Неизвестно почему, но мне хотелось сделать что-то необычное. Что-то простое и милое. Что-то… что заставило бы Дена улыбнуться.

Когда он появился в дверях, уже одетый в джинсы, но еще сонный и позевывающий, на сковороде уже шипели сырники, а на столе его ждал горячий чайник.

– Доброе утро, – ухмыльнулся Ден, поймав мой взгляд.

Следом влетела бабуля.

– Доброе, – я пожала плечом, делая вид, что ничего особенного не происходит. – Садись.

Он послушно опустился на мягкий диванчик. Привидение разместилось возле холодильника и смотрело на нас умильными глазами.

– Хочешь кофе?

Ден кивнул, разглядывая меня, как восьмое чудо света. Впрочем, он всегда пялился на меня, так что удивляться не стоило. На правах хозяйки дома я быстро достала из шкафчика кружку, сделала ему кофе и добавила туда молока. Потом торжественно подвинула Дену.

– Вика… – в его глазах я прочла опаску, – я, вообще-то не люблю кофе с молоком. Предпочитаю черный.

Еще раз пожав плечами, я взяла его кружку, невозмутимо вылила содержимое в раковину, сполоснула и сделала черный кофе.

– Сахар? – указала на сахарницу.

Губы Дена вдруг изогнулись, а зрачки расширились. Он некоторое время посидел так, а потом вдруг расхохотался.

– Что? – не поняла я.

– Да ничего, – смеялся он так заразительно, что заставил и меня невольно улыбнуться. – Я ожидал, что ты наденешь мне кружку на голову с криком: «Пей, что дают!»

– Очень остроумно, – фыркнула я, – совсем меня какой-то истеричкой выставил. Я спокойный уравновешенный человек.

– Когда не танцуешь на пивном бочонке, – поддакнул этот засранец.

– Когда ты не бесишь меня, как сейчас, – я погрозила ему лопаткой.

– Ладно, – пошел на попятную Ден, косясь на оружие в моих руках, – а что ты готовишь?

– Сырники, – я повернулась к плите, – но, по-моему, они подгорели. Я, конечно, не такой суперповар, как Ромыч. Попробовал бы ты фирменные блинчики, которыми он любит баловать меня по утрам! Слюной бы захлебнулся!

При упоминании о Ромке Ден нахмурился, но ничего не сказал. Просто подошел, отобрал лопатку и принялся переворачивать сырники на сковороде.

– Сейчас будет готово.

– Ты умеешь готовить? – удивилась я.

Ден повернул голову и глянул на меня через плечо. Его темные глазищи лучились иронией.

– А как ты думаешь, кто баловал меня шикарными обедами с десяти лет?

Я прикусила язык и смутилась. Ну конечно, его мама рано умерла, отцу было плевать на него с высокой колокольни. Естественно, Ден умеет готовить, иначе давно помер бы с голоду.

– Меня научила Таня, одна из отцовских подружек, – заговорил он, словно в ответ на мои мысли. – Она была неплохой и продержалась у нас достаточно долго… около месяца, кажется. По-моему, Таня честно пыталась быть хорошей мачехой. Во всяком случае, мы с ней ни разу не поссорились.

– Мне очень жаль, – пробормотала я.

– Что? – Ден снова обернулся. – Не-е-ет! Это же дела давно минувших дней. Все в прошлом.

Хотела бы я уметь так легко забывать прошлое. Мое вот преследовало меня по пятам.

Я отошла и присела на диванчик, подобрав под себя ноги. Было так странно сидеть и смотреть на Дена, который ловко управлялся на моей кухне. Ведь раз он здесь – значит, я нарушила все клятвы и обещания, которые давала самой себе столько лет подряд!