Три цвета ночи - Екатерина Неволина

Чушь и чепуха. Кто-то сказал, что не бывает любви без веры. И я верила Артуру – потому что в его любви и был сейчас заключен для меня весь мир. И этот мир обрушится в бездну, если Артур когда-нибудь меня предаст. Кем бы он ни был, я все равно люблю его. Наши сердца уже неразрывно связаны прочными нитями. И грош им цена, если их порвет первый же порыв осеннего ветра.

– Я верю себе и верю Артуру, – ответила я, отставив в сторону бесполезный стакан.

– Ладно, я понял. – Димка выдавил из себя слабую улыбку. – Надеюсь, все именно так. Но, если что, все-таки помни: у тебя есть друг.

Он вытащил из кармана деньги, положил их на стол и, не произнеся больше ни слова, вышел из кафе.

Я посмотрела ему вслед, на его чуть ссутулившуюся спину в темно-синей куртке и одним глотком выпила ледяную воду.

А вечером я отправилась на занятия по карате. Кажется, учитель не ожидал увидеть меня снова, но он ничего не сказал и только отвернулся.

Когда я переодевалась, ко мне подошла девчонка, уже некоторое время занимающаяся в той же группе. Она была младше меня, но несколько плотнее – не за счет жира, а за счет мышц – именно этого мне и не хватало.

– Не переживай, – сказала она, – каждый из нас прошел такую проверку.

Я недоуменно взглянула на нее.

– Ну, готова ли ты к испытаниям и будешь ли действительно ходить. Если ты пришла просто так – например, из любопытства или ради моды, – то после проверки тут же уйдешь. Так лишние люди и отсеиваются. Понятно?

Я кивнула.

– А еще… Тебе же трудно ударить человека? – снова спросила она.

– Я поняла, – обрадовалась я, – на прошлом уроке тренер специально вынуждал меня ударить его, ведь так?

– Ну да, учитель показал тебе, как сломать в твоем сознании один из блоков. Ты молодец. Оставайся с нами, думаю, у тебя получится.

– Спасибо! – Я улыбнулась. – А скажи… сегодня тоже…

Не зная, как продолжить фразу, я замолчала, но девочка поняла меня:

– Нет, тебя никто сегодня бить не будет. Начнешь отрабатывать удары и, главное, стойку. Однако, если займешься карате всерьез, синяков тебе не избежать!

– Ничего не поделать! – легко согласилась я. – Кстати, меня зовут Полина. А тебя?

– Аня, – представилась девчонка, – переодевайся быстрее, а то опоздаем.

Мы переоделись и вошли в зал.

Урок начался.

Медитация, поклоны, разминка…

Идя домой, я едва волочила ноги от усталости.

Но ничего, пять минут под душем – и я снова почти как новенькая. Только позволь себе небольшую слабость – и лень начнет самовластно управлять тобой.

Нажав кнопку вызова, я выслушала голос автоответчика, сообщивший мне, что абонент – то есть Артур – отключен или находится вне зоны действия сети. Мне оставалось только запастись терпением и ждать.

«Если Артур не позвонил до сих пор, значит, так надо», – сказала я себе и, позвав Джима, стала собираться на прогулку.

Ловчий, в это же время

Раз, два, три, четыре, пять —

Я начну мышей считать…

– пробормотал Ловчий, оглядывая двор с крыши высотки.

Врагов было всего пятеро. Двое дежурных снайперов на крыше, машина, где сидят один человек из слуг и один вампир, ну и еще один, тоже человек, с собакой, ходит по периметру двора. Маловато. Могли бы проявить к нему большее уважение.

Машина представляла собой передвижной командный пункт, поэтому операцию нужно провести очень быстро и четко, чтобы там не успели среагировать и предупредить других.

Прежде всего – снайперы.

Ловчий покинул свой наблюдательный пункт и, словно тень, приблизился к тому месту на краю крыши, где занял позицию один из снайперов.

– Все спокойно, – доложил тот по рации.

Вот и прекрасно. В следующий раз стрелок выходит на связь через пять минут, а значит, у Ловчего просто уйма времени.

Всего один короткий рывок – и он, неожиданно вынырнув из-за спины человека, четким спокойным движением переломил крепкую мужскую шею, словно хрупкую спичку.

Раз – мышонок самый белый, —

начал отсчет Ловчий.

Два – мышонок самый смелый, —

продолжил он, расправившись со вторым снайпером.

Начало получилось достойное. Теперь – вниз и за дело.

Того, кто обходил территорию, можно было оставить на закуску. Прежде нужно срочно решить вопрос с командующим, пока он не начал беспокоиться и не вызвал подкрепление. Нет, Ловчий не боялся, просто он не хотел рисковать без надобности.

К машине он полз буквально на брюхе. Ни одного лишнего движения – ни малейшего шума. Натренированное сильное тело служило исправно. Он остался собой доволен: даже опытный вампир из тех, потерявших чутье и остроту слуха, – просто не мог его засечь.

Определить, где сидит человек, не составило труда. Сложнее было с вампиром – он не издавал ни звука, и нельзя недооценивать его опыт. Судя по всему, он серьезный противник. Значит, нужно нейтрализовать человека, после чего вплотную заняться им. Ловчий вытащил из внутреннего кармана куртки припасенный баллончик с газом. Теперь следовало действовать мгновенно. Он, на удачу, прикоснулся к своему амулету и приступил ко второй части операции.

Разбить пуленепробиваемое стекло было тяжеловато даже для него. Однако возможно. Подобрав с земли подходящий остроугольный камень, Ловчий изо всей силы ударил по стеклу, одновременно выпуская в салон весь запас газа. И тут же, отбросив, баллончик, вцепился в горло вампиру. Чутье не подвело Ловчего. Враг находился именно там, где ему и следовало быть.

На мгновение руки обожгло огнем. Ох и не любил он их мудреные штучки! Клыки и когти куда честнее! Ломать шею противнику было сложно. Тот оказался опытным и к тому же успел поставить ментальный блок. Пришлось взламывать его, словно продираясь сквозь тягучий густой воздух. Чужая воля против его собственной силы и упорства – кто победит?.. Мышцы на руках Ловчего чудовищно напряглись, еще немного – и они лопнут, но тут враг дал слабину. Тихий хруст – и с ним покончено.

Три – мышонок самый шумный

И четыре – самый умный, —

продолжал считать Ловчий, методично добивая лежащего без сознания человека и укладывая его рядом с окончательно теперь мертвым вампиром.

– Дом обошел, все спокойно, – послышался голос из рации.

А вот и последний. Добро пожаловать в наш стишок. Не каждому выпала честь послужить творческим материалом.

– Сюда, живо, – прошипел Ловчий в рацию и спокойно принялся осматривать машину. Так, пистолет с глушителем. Прекрасно. Теперь остались сущие пустяки – два выстрела – первый в собаку, второй – в человека.